Глиняное сердце

– Только осторожно с ним! – Рейн отдала Тому Клауса, малыш громко запротестовал, обливая парня слюнями. – Так, кажется, ты ему сегодня опять не нравишься... – Том и подержать ребенка не успел, как мама его забрала и отдала Биллу. – Вот, а у Вильгельма он довольный! – Ну, и где справедливость? – Том упер руки в бока и с недовольным выражением лица уставился на любимого и Рейн. – Просто Вильгельм ему больше нравится... – она погладила младшего сына по темным волосикам, – Да, Клаус? Что-то нам везет на кареглазых... – вновь заглянула в глубокие шоколадные глаза. – Он такой хороший, – Билл прижал ребенка к груди, позволяя малышу дергать себя за волосы, что черной россыпью лежали на его плечах. – Том, когда у нас такой будет? – Собака и та бы ко мне приветливей относилась... – бурчит разобидевшийся Том, усевшись на диван. – Том! – взмахнула руками Рейн. – Ну, а что... – чесал ладонь, – Я же тоже хочу его на руках подержать, а он только к Вильгельму... Будто я ему не брат! – Ой, какой обидчивый... – вздохнул брюнет, – Клаус, давай братику приятно сделаем? Давай? – малыш поморщился, но Билл этого не оценил и пошел к Тому. Он присел у ног Тома и усадил Клауса на колени к мужчине. – Видишь, Томас тебя тоже любит... – Очень люблю... – Том уложил ладонь на животик Клауса, ребенок, как не странно, улыбнулся. – Вы так мило смотритесь... – Рейн улыбнулась, глядя на счастливых парней. – Дааа... – сюсюкает Билл, – Клаус, красивый... Мне иногда кажется, что он на Тома похож... – Ты не первый, кому так кажется... – Йорг вошел в комнату и остановился возле супруги, обнимая ее. – Ой... – Том приподнял ребенка и поморщился. – Клаус! Черт тебя дери! Ты поссал на брата!!! Билл залился смехом, глядя на довольного Клауса и недовольного Тома. Эти двое будто соперничали. Малыш потянул руки к Вильгельму, тот, конечно, взял его к себе. – Вот же жук! – под смех родителей ругался Том, – Ты меня совсем не ценишь, да? – Ну, Том... – посмеивалась Рейн. – Черт... – Что ты ругаешься, будто на тебя взрослый мужик нассал? – Йорг умилялся тому, как Клаус прижался к груди брюнета, будто вторую маму нашел. – Так, идем, Клаус, я тебя переодену, а парни потом с тобой гулять сходят... – Рейн забрала ребенка и вышла из комнаты. – Мама сначала меня переодень!!! – заржал Том, оглядывая разводы на своих штанах. – Ну, конечно – вздыхает Том и смотрит на отца, – У тебя есть штаны для меня? Не ходить же в сырых... – Сейчас посмотрю... – Только я немного поправился... – крикнул ему вдогонку Том. – Раскормил я тебя... – посмеивается Билл, так и сидя на полу у дивана. – Это да... – снял с себя джинсы, откидывая их на подлокотник кресла. – Какой-то странный он стал... – хмурится, – Он себя так со мной не вел... – Просто вредничает малыш, ничего страшного... – Просто... – высказывает свои опасения, – Я не хочу снова поднимать эту тему, но... Я сжег твою куклу и... Твоя душа отправилась в твое тело, душа Либерти в тело для него... А куда отправился лорд? – он взглянул на любимого, видя, как тот вздрогнул. – Он проклят... Ему не дано попасть в тело человека, если клонишь к тому, что он занял тело Клауса... – Но вы с Либерти тоже были прокляты... – вздыхает, – но огонь отчистил вас, и вы смогли жить в телах... – Хватит, Том... – он поднялся на колени и обнял стоящего рядом Тома за ноги, утыкаясь губами в его живот. – Родной, все закончилось... – Да... Просто Клаус так льнет к тебе... – положил ладонь на его затылок, чуть поглаживая волосы, проникая между ними пальцами. – Я немного ревную... Вот и лезут все эти глупости... – Нечего ревновать, просто я очень хочу ребеночка... Он это чувствует, вот и тянется ко мне, а ты его брат, то есть потенциальный противник перед родителями. Ревнует маму к тебе... Да и меня к тебе. – Ему двух лет еще нет, а он уже ревнует? – Ну, просто я это так назвал, – потерся носиком об участок кожи над трусами, что был не прикрыт рубашкой. – Я люблю тебя... Том погладил его по волосам, разглядывая родное лицо. Билл стоял перед ним на коленях, выражая свою преданность, верность, любовь... Брюнет хитро улыбнулся и спустился губами к его паху, покусывая спокойно лежащий орган через ткань. Том шикнул, сжимая в ладони его волосы. Проворные пальчики немного спустили его нижнее белье, а губы легли на член. Он все так же смотрел любимому в глаза, облизывая мягкое хозяйство Тома... – Черные или белые? – Йорг появился в гостиной внезапно. – Ну, слушайте, кролики! – он уже не в первый раз ловит парней за подобными играми. Билл в голос засмеялся, поправляя трусы Тома и отворачиваясь, пряча за смехом смущение. – Ну, а что... – Том тоже старался не раскрывать своего смущения, – Молодые организмы, трахаться постоянно хочется... – Уже полгода не переставая трахаетесь! – кинул сыну штаны, – Я вас уже и на кухне ловил, и в машине, и в саду... Не говоря уже о том разе, когда вы сделали это в нашей с Рейн кровати... – напускная злость. – Пап... – Том надел джинсы, – Ну, вот такие вот у вас мы... – Да, ладно уж... – А вот и мы! – Рейн появилась в гостиной, на ее руках сидел Клаус, который расплылся в счастливой улыбке, когда вновь увидел Вильгельма. – Так, пошли одеваться и идем уже... – Вильгельм подтолкнул Тома к выходу. Том же проходя мимо Рейн, словил маленькую ручонку и смешно проговорил: – Я за тебя возьмусь братик, вот только подрасти! – На что Клаус пустил слюни, надувая пузыри и весело запрыгал на руках матери. Ребенок улыбался от уха до уха и вдруг потянул к Тому руки. – Вот же... – парень как-то растерялся и не сразу, но взял брата на руки. Клаус уложил голову на плече Тома, сжимая в ручке ворот рубашки. Вильгельм в этот момент выглянул из коридора и замер, разглядывая парочку. Его любимый выглядел таким взволнованным и растроганным, что брюнет и сам чуть слезу не пустил... Он подошел к братьям и обнял старшего, прижимаясь губами к щеке младшего. – Я вас так люблю... Том, нам нужен ребеночек! – Знаю... – еле проговорил Том, чувствуя, как чертов ком в горле не дает и слова сказать. Но вот Клаус завидел Вильгельма и попросился к нему на руки... Они шли по парку, погода была солнечной и располагала к прогулкам. На улице стояло лето, вот уже полгода они вместе, любят друг друга и наслаждаются каждой секундой жизни. С сентября Билл поступает в кулинарный колледж, решив, что больше всего на свете он любит готовить для своего мужчины... И это умение надо улучшать, чтобы баловать Тома всякими вкусностями. Кенинг, конечно, был не против! – Ты про ребенка серьезно? – начал Том, когда любимый уложил, уснувшего у него на руках, Клауса в коляску, накрывая ее тканевой крышей, которая убережет ребенка от солнечных лучей. – Ну, да... – поправил волосы и взял Тома под руку. Кенинг вел перед собой коляску, почти неотрывно смотря на спящего брата. – Я, конечно, хочу детей... Но надо немного подождать. – он взглянул на Билла, который поднял на него терпеливый взгляд. – Родной, я еще студент, ты с сентября тоже. Или учеба, или ребенок. Я не позволю тебе отказываться от учебы и свою не брошу... Да и вообще, я не хочу, чтобы ребенок воспитывался только тобой... Надо подождать, пока я окончу университет, а ты закончишь колледж, плюс год-два на то, чтобы встать на ноги, устроиться на работу, а потом... – Я понял... – он прижался губами к его щеке. – Я пока с Клаусом понянчусь... – Я рад, что мы понимаем друг друга... – поцеловал его в макушку. Они неспешно шли по дорожке, болтая о чем-то и наблюдая за мелким, который иногда очень смешно морщился во сне. Парни подошли к киоску с охладительными напитками. И пока Билл выбирал, что он хочет выпить, Том отошел к соседней лавке, где продавались глиняные куклы. Он долго разглядывал каждый экспонат, пока не наткнулся на копию самого себя. Вздрогнул, чувствуя, как ноги подкашиваются и как живот сковывает страх. Глиняная кукла выглядела точь-в-точь, как он. – Ты чего? – Билл погладил его по щеке, отмечая про себя, что Том моментально побледнел. – Лорд... – хрипит он и тыкает пальцем в куклу, которая как две капли воды была похожа на него. – Эм... – Билл как-то неестественно хихикнул, – Ну, вообще-то навряд ли... – Я покупаю! – говорит Том и пихает продавцу двадцатку. Хватает куклу и отрывает ей голову. – Том! – вскрикивает Билл, наблюдая за тем, как любимый разбегается и выкидывает обе части куклы в близь лежащие кусты. – Ты что делаешь? – бьет парня по плечам. – Это кукла, это лорд! Тут и думать не надо! – Так и должно было случиться? – продавец как-то странно поглядывает на парочку и достает плакат, на котором большими буквами написано: «С днем помолвки!» – Что? – Том вскидывает брови и переводит взгляд с плаката на парня. – Кенинг, придурок! Ненавижу! – шипит, боясь, что ребенок от криков проснется, – Иди, ищи куклу, недомерок! В ней кольцо! Я тебе предложение делать собрался! Урод! Везде ему лорд привидится! Вот же тупорылый! Иди, давай!!! И без куклы домой не возвращайся, сволочь! – Пре... – глаз нервно дернулся, – Пре... – лицо застыло камнем, – Пре... – Презерватив! – издевается Билл и бьет друга по затылку, – Иди куклу ищи! – Предложение? – выпучил глаза. – Ты? Мне? – Так от тебя хер дождешься! Вали, ищи кольцо! Клаус скоро проснется, и его кормить надо будет! Мы домой, а ты без кольца не возвращайся! Том рыскал по кустам весь следующий час, выискивая куклу. Он ни о чем не думал. Ни. О. Чем. По приходу домой, Йорг обсмеял горе-сына с ног до головы, Том же виновато пялился в пол, растирая по лицу грязь, в которую вляпался руками еще в кустах. Все его штаны были измазаны в чаче, неудивительно – вчера был дождь. Рукав рубашки был порван. Сам парень выглядел расстроенным виноватым... – Вильгельм, твой недосупруг вернулся... – крикнул Йорг. Через пару мгновений в холле появился Вильгельм и Рейн, на руках которой сидел Клаус. – Прости... – Том протянул парню куклу. – Я идиот... Вильгельм уже давно перестал злиться на парня за испорченный сюрприз, ведь понимал, что Кенинг просто не так все понял. – Иди, ко мне... – брюнет сам сделал шаги навстречу любимому мужчине и обнял его за шею, прижимаясь к дрожащему телу. Том уткнулся в теплую шею и чуть всхлипнул, чувствуя отступившую тоску. Вильгельм отстранился и взял из рук мужчины тельце и голову и вздохнул. – Эх... – поднял глаза на Тома, – Куклу на заказ делали... – усмехнулся, – Ладно... – пальчиками залез в карман кукольных штанишек и достал от туда кольцо. – Согласен? – Угу... – Том не мог говорить, да и не хотел, чувствовал себя по идиотски, но безумно счастливым. Он улыбался, вновь прижимая к себе нежное тело, все тревоги отступили, но лишь на секунды... – он поднял взгляд на Клауса, и на мгновение ему показалось, что ребенок зло сверлит его взглядом... Но, конечно, никто этого не заметил, да и это всего лишь его собственный страх того, что это все далеко не конец... И лорд их так просто не отпустит... – Я люблю тебя... – счастливые глаза его Вильгельма заставляли верить в лучшее и самое невероятное будущее. И Том поклялся себе отпустить эту историю, забыть про лорда и любить брата, не считая его монстром. Клаус красиво смеялся, когда парни подошли к нему с Рейн и вновь принялись миловаться... Том смеялся, чувствуя, как брат дергает его за волосы, да с такой силой, что... Нет, это всего лишь его глупые страхи. И он улыбался брату, целуя его и стараясь унять чертово воображение, которое снова и снова подкидывало ему странные картинки, которые его пугали... Уже у себя в квартире Том смог полностью расслабиться и отпустить гнетущие его мысли. Вильгельм успокаивал, говоря, что то, что приключилось с Томом, никому не даст спать спокойно, и что это все нужно просто пережить и забыть. И Кенинг соглашался, понимая, что любимый прав и стоит просто не думать об этом... Ведь их любовь сильнее прошлого, сильнее страшных воспоминаний и черной магии. Настоящая и чистая, надежная и верная – Любовь. Та любовь, которая связывает их уже семьсот лет, та, которая не бессмертна, но вечна. И та, которая научила глиняное сердце любить... Конец.

От автора: Не знаю, нужен был эпилог или нет, но он есть и я не могла его не выставить. Думаю, что вопросов меньше не стало, а только прибавилось, но хочу сказать, что так и должно быть... ^^