Free as a bird

— Как такое вообще возможно? — Харуно Сакура, размахивая руками, ходила перед дверью в палату новообретенной сестры. — Где они все время были? Почему появились только сейчас? Мебуки пыталась успокоить дочь, но подозрительность проснулась в розововолосой и не желала утихать. Женщина вслух протараторила молитву и обеспокоенно посмотрела на приближающегося деверя – Ягами шел с круглым врачом, который подпрыгивал, пытаясь говорить с ним наравне. Сакура, увидав дядюшку, слегка смутилась и перестала наворачивать круги возле палаты. — Кхм… кхм, — прокашлялся ирьенин. — Господа у меня к вам предложение, от которого я не советую отказываться. Ваша дочь, — он кивнул Ягами. — И ваша, — кивнул Кизаши. — Близнецы, но не по крови, а… как бы сказать. У них абсолютно одинаковая чакра, каналы, источник, кажется, что это один и тот же человек! Абсолютно точные копии, это удивительно, это прекрасно!!! Такой феномен! Я бы хотел изучить его, а ваши дочери получат прекрасную практику в ирьениндзюдцу. И с Ами-чан, и с Сакурой-чан все будет в порядке. — О чем Вы? — Мебуки встала и угрожающе надвинулась на врача. — Зачем исследовать мою дочь? — Мебуки-сан, — Ягами положил руку женщине на плечо, говоря успокаивающим тоном, — Я понимаю, что для вас это дико, но для шиноби это отличная возможность усилиться. Ради силы куноичи пойдут и на более страшные вещи, а я предлагаю эксперименты под моим контролем. Хотя еще не поздно переубедить дочь, жизнь ниндзя, а особенно ниндзя в одной из сильнейших скрытых деревень, безумно опасна. — Я, — Сакура переводила взгляд с матери на дядюшку и обратно. — Я стану первоклассным шиноби, самой сильной куноичи Конохогакуре. Пожалуйста, не надо заставлять меня выбирать. Женщина удивленно посмотрела на дочку и устало опустила плечи. — Так в чем дело? — спросила она у врача, садясь рядом с мужем. — Что феноменального в том, что каналы чакры одинаковы? Разве они не у всех ниндзя идентичны? — Что, что вы, милая Мебуки-сан, — добродушно усмехнулся толстячок. — Общее строение одинаково, но это как отпечатки пальцев, какая-нибудь особенность, да и есть. — Хм… — протянул Кизаши, хватая дочку и усаживая ее на колени. — Чем это поможет Сакуре и Ами-чан? — Скорее всего, — усатый доктор покачал головой. — Они смогут объединять свою чакру, как бы сливаться в одно целое. Возможно, при дальнейшем обучении, если объемы чакры девочек будут все так же совпадать, то они смогут создавать техники сами и использовать что-нибудь очень мощное, например Огненных драконов, не имея главной стихию огня. Дверь в палату тихо отворилась и вышла бледная девочка. Ами-чан обвела всех серьезных взглядом и, пройдя еще немножко вперед, несмело улыбнулась. — Добрый день, — поклонилась она врачу и родственникам. Сакура, находясь в полном шоке, рассматривала сестренку. Казалось, зеркальное отражение ожило и обрело голос, они были не просто похожи, они были идентичны, но это впечатление быстро прошло – стоило Ами-чан улыбнуться, прищурив один глаз. Сакура даже ущипнула себя, не привиделась ли такая схожесть? — Сакура… чан, — Ами слегка замялась, подыскивая, как правильно обратится к розововолосой. — Ты согласна на предложение Уэды-сана? — Почему ты так на меня похожа? — возмутилась Сакура, пропустив вопрос мимо ушей. — Кхм… — Ами отвернулась к окну, проведя пальцем по губам, и ответила: — я родилась раньше, не моя вина, что эта внешность оказалась идеальна, что досталась и тебе. — Раньше?.. — качнула головой Харуно. — Седьмого февраля… — девочка развела руками. — А ты, насколько я знаю, мартовская?! — Согласны, милые? — Уэда подбежал, стремясь прекратить надвигающуюся ссору. Девочки смерили его одинаковыми сердитыми взглядами и, синхронно задрав голову вверх, отмахнулись. — Без твоего согласия, Сакура-чан, все будет бессмысленно, — сказал Ягами, подходя к дочери и приобнимая ее за плечо. — Хорошо, — Сакура встала рядом с отцом. — Можете меня исследовать, Уэда-сан. Ягами, попрощавшись с братом и его женой, быстренько отчалил, таща за собой не сильно упирающуюся дочку. Подойдя к медсестре в регистратуре, они взяли несколько бумажек, необходимых для вступления в Академию, и вышли. Воздух в Конохе даже пах по-особенному, все в скрытой деревне листа отличалось от привычной им Отогакуре. Отец с дочкой переглянулись, и, не сговариваясь, решили пройтись по магазинам. Флажки, протянутые на веревках от одной стены к другой, трепетали на ветру, солнце нагревало мир так, что внезапно появлялись мечты о снеге, обычные люди были спокойны, слегка флегматичны, но по-своему гостеприимны и дружелюбны. Семья новых Харуно посетили магазин цветов, ни чего не купили, но узнали про несколько достопримечательностей от девушки за прилавком. Ягами тянулся к скрытым в полумраке лавкам, а Ами желала пойти туда, где висит яркая реклама, посовещавшись, они разделились. Ягами, потрепав длинные розовые волосы дочки, отпустил ее с несколькими сотнями рё и адресом их нового дома (удачно получилось: хотел номер снять, а купил домик, рядом с кварталом клана какого-то, с продавцом как раз в отеле и познакомился), а сам отправился к магазинчику, торговавшему всякой всячиной для шиноби. Откинув ткань, заменявшую дверь, он, улыбаясь, зашел внутрь. Продавец посмотрел на него очень подозрительно, но Ягами уже привык, не с его-то внешностью казаться джонином. Папа Ами на самом деле выглядел довольно необычно: стройный, с притягательным лицом и раскосыми глазами — создавалось обманчивое впечатление, что он не шиноби, а изнеженный принц какой-нибудь восточной страны. — Ягами-семпай! — растягивая гласные, протянул знакомый голос. — Кого я вижу здесь, под сенью листьев? Неужели решил попутешествовать, Ягами-семпай?