Заключение

Но все же, сердце человека, даже самого слепого и невежественного, начинает азартно биться, когда он, волею случая или провидения, неожиданно чувствует себя вершителем судеб других. Жорж Санд

      Спенсер Рид неожиданно появился перед квартирой своего начальника около двух часов ночи. Хотч впустил его, даже не спрашивая: он не мог оставить на пороге человека, который почти лишился веры в самого себя и надежды, что хоть кто-то его выслушает и поймет. Очередной урод – очередной серийный убийца хорошо потрепал Рида, и двухнедельное заключение оказалось настолько мучительным, что Спенсер не говорил месяц после спасения из этого кошмара, произошедшего наяву. И вовсе не из-за физических травм: Рид обошелся парой царапин и синяков, но… на его глазах расчленили и убили восьмерых человек, и он совсем ничего не мог сделать, будучи прикованным к стене крепкой металлической цепью, заодно обернутой вокруг шеи, что делало попытки вызволиться еще более травмоопасными и болезненными. Следы от наручников, медленно протиравших кожу каждый день заключения, до сих пор оставались на тонких запястьях рук Рида.       Восемь людей, восемь невинных жертв, восемь трупов, множество частей тел тех, кому не повезло приглянуться маньяку. Спенсера заставили смотреть, как от каждого из них отрезают по кусочку. Одно дело было видеть пытки на видео, сожалея, что не узнал раньше, но понимая, что конкретно твоей вины тут нет. Несовершенство системы, безумство убийцы… Множество факторов, в число которых точно не входит твоя вина. Совершенно другое – наблюдать в реальности, как по живой плоти едет острый нож или скальпель, прорезая кожу кричащих от боли людей, которые не могут двинуться, даже дернуться из-за введенного наркотика, парализующего мышцы, а ты понимаешь, что ничего не можешь сделать и ничем не можешь помочь. Он бы не смотрел, но его заставляли. Заставляли слушать их крики, видеть их слезы и замызганные кровью стены. - Как ты? – вежливый вопрос и открытая дверь. Спенсер осторожно осмотрелся и все же вошел в квартиру. Он не верил, что отныне будет в безопасности с кем-либо и где-либо, и Хотч это видел. Видел, но не мог сказать, поверит ли он когда-то вновь, и пообещать должную защиту, ведь никогда не получится учесть все нюансы, за которые может зацепиться очередной псих. Впрочем, вопрос все равно был довольно глупым. Спенсер не был в порядке. В его глазах читалась вина, он был разбит и растерян, что точно не назвать нормальным состоянием. Рид не стал отвечать и лишь молча прошел в гостиную. Если он пришел, значит, хотел начать говорить впервые за последний месяц, но даже прийти сюда, в эту квартиру далось ему совсем нелегко. - Хочешь чего-нибудь выпить? – надо было хоть как-то расслабить Рида, и простые слова тут точно не помогут. Да и самому хорошо бы было расслабиться, чтобы выглядеть увереннее. Спенсер должен видеть, что ему есть, на кого положиться, и есть, кому доверять, может, не всегда, но конкретно сегодня и конкретно сейчас. - Нет, пожалуй… - с привычной нелепой резкостью проговорил Рид, не глядя на Хотчнера. Он чувствовал себя виноватым и не мог смотреть ему в глаза еще с того самого момента, когда команда снимала с него наручники и цепи. - Уверен? - небольшая пауза и лишь кивок в ответ, выдающий все сомнения сидящего на диване парня. Ему не хватало решительности, не хватало причин и силы воли, чтобы заставить себя говорить. Но хоть кто-то должен был узнать, что у него на душе. Взгляд Спенсера бегал по комнате, он не мог остановиться на чем-то одном. Он все еще не мог решиться. За месяц Рид оброс, его волосы торчали во все стороны, на его лице была неровная щетина, одежду явно давно не гладили: она была мятой и немного потертой – сам Спенсер излишне побледнел за прошедшее время, а под его глазами синели круги. После смерти Хейли Хотч сам долго не мог спать нормально, но трудно предположить, что чувствовал Рид, когда так пытали людей на его глазах и он не мог их спасти, будучи единственной надеждой на спасение. Хотя все могло обернуться гораздо хуже: Рид мог вернуться к наркотикам, покончить с собой – но он оказался сильнее, хотя и выглядел теперь, будто вот-вот сдастся. - Я… К-как у вас дела? В отделе… И у тебя… Никто больше? – заикаясь и с трудом подбирая слова, произнес Спенсер. - Никто, Рид.       Парень снова ничего не ответил, но ему стало чуть легче - он откинулся на спинку диван, хотя до этого сидел, напряженно выпрямившись, словно пытаясь сохранять гордость и выдержку, когда никто от него этого не требовал. Он давно ничего не слышал о своих единственных друзьях, а потому переживал, что и с ними могло что-то случиться. Больше всего на свете он хотел, чтобы никто и никогда не чувствовал то же, что чувствовал он в те две недели, полные отчаяния и тяжелейшего давления. И тем более, чтобы никто не попался на место тех жертв, тех девушек, парней и даже ребенка, которые ничем не заслужили подобные ужасы. Хотч внимательно посмотрел на снова заметно напрягшегося Рида и как можно спокойнее сел рядом. - Если ты хочешь поговорить, я готов тебя выслушать, - попытался осторожно подтолкнуть Спенсера к разговору Аарон, ведь, если он просто промолчит все это время и уйдет, может после уже не вернуться и уже больше ничего не сказать. Если не попытается открыться сейчас, то может решить, что ему и не стоит этого делать и окончательно закроется от всего мира. Хорошо бы, будь его мысли сейчас о любимых физических фокусах, шутках об экзистенциализме, загадках Вселенной, каких-то подвластных лишь разуму его уровня математических и физических уравнениях, а не о кровавых убийствах, но это было бы слишком хорошо. - Знаешь, я читал про все ваши дела! – радостно сообщил Риду мужчина в белой маске, стоящий посреди комнаты, обклеенной вырезками из газет, фотографиями невыживших жертв серийных убийц и Спенсера, заметками о нем и команде. - Правда я молодец?! Смотри, смотри! – взмахнул похититель, вскинув руки в обтягивающих черных перчатках вверх к зеркальному потолку. – Я даже это сделал! Фрэнк убивал их в фургоне с таким же, да, да?! Я ведь прав?! - Д-да… Ты прав… Ты отлично все знаешь… - проговорил Рид как можно более осторожно, пытаясь как-то вытащить хоть одну руку из наручников. - А маска?! Тебе нравится моя маска? – не прекращал похититель воспевать собственные задумки, требуя новой похвалы от своего пленника. - М-маска?.. Это же… «Ты меня…» - «Ты меня видишь?» Именно! Бинго! Ты все понял! Ты умный мальчик! – радостно воскликнул парень. Видимо, он давно готовился похитить Рида, ведь его счастье невозможно было описать. Разве что назвать «безумным». - Зачем я тебе? – непонимающе спросил Спенсер, а похититель радостно рассмеялся в ответ. - Тебе понравится моя игра. Очень понравится! - Рид? Ты в порядке? – раздался голос Хотчнера, заставляя Спенсера вздрогнуть и очнуться от жуткого воспоминания. - Он… Он пародировал убийства, которые мы расследовали. Он смеялся… Развлекался… - с трудом проговорил Рид. – Для него все было лишь игрой, а люди – игрушками… - Он так и не изменил своего мнения, - кивнул Хотч, поддерживая разговор. Нельзя было давать Спенсеру замолчать. – Трупы, вернее их части были разукрашены детскими рисунками. – Но теперь никто не пострадает от рук этого сумасшедшего.       Он напевал себе под нос какую-то глупую детскую песенку. Одну из тех, которые заедают в голове, а потом очень долго из нее исчезают, и пытаться перебить чем-то совершенно бесполезно. В то же время мужчина резал кричащую на столе девушку. - Как ты, Спенсер? Тебе нравится, как я это делаю? Я похож на них? На ваших прошлых убийц? - Ты лучше… - обнадеживающе сказал Рид, зажмурившись. Он не мог смотреть на происходящее и не мог представить, каково сейчас жертве, но провоцировать преступника было бы глупо. - Молчать! Я не говорил отвечать! – неожиданно рявкнул похититель в сторону Спенсера. Сейчас он хотел сам хвалить себя, чувствуя себя всё увереннее, ведь первая попытка, первый опыт проходил очень успешно. - Они кричали, Хотч. Они рыдали… Там была девочка, маленькая девочка… А я был там и не мог ничего сделать! Ничего не мог! – замотал головой Рид и опустил ее на руки. Все его тело дрожало, но он не плакал и не хотел утешающих объятий – он хотел лишь рассказать свою историю, но Аарон все же поддерживающе похлопал его по сгорбленной спине. - Ты не виноват, Рид. - Я агент ФБР! Я не мог ничего сделать! Ни сообщить, ни помочь! Я просто сидел на месте и смотрел, как они один за другим страдают и умирают! – сорвался Спенсер и закричал. Он не мог себе простить. Он должен был отдать жизнь за них, но только он и выжил. - Рид, ты не виноват. И ты знаешь это. Когда мы столкнулись с делом… Фойета, когда он перестрелял людей в автобусе, я чувствовал себя виноватым, потому что именно я тогда отказался от сделки. Но убил людей не я, а Фойет. А сейчас убивал людей не ты, а серийный убийца, который сейчас ждет смертной казни.       Он почти не давал Спенсеру пить и есть. В комнате было жарко, душно и тошнотворно воняло гниющей плотью. Похититель, а теперь и убийца даже не позаботился о том, чтобы выбросить лишние куски кожи и людского мяса от первой жертвы. Кажется, ему было совершенно все равно. Он лишь иногда протирал металлический стол посреди комнаты, но на блестящей холодной поверхности все равно оставались кровавые разводы. - Не спи, Спенсер, у нас новый гость! – радостно засмеялся убийца. Рид не заметил, когда успел выпасть из реальности, но теперь на ранее пустом столе лежала другая молодая девушка. - Знакомься, милая, доктор Спенсер Рид, агент отдела поведенческого анализа из ФБР, - излишне хвастливо сообщил похититель. Он каждый раз говорил это, чтобы показать, что смог поймать и похитить даже такого человека. - Помогите! – сорванным хриплым голосом прошептала девушка. - Заткнись! – рыкнул мужчина. – Тебя никто не спрашивал, грязь! За каждый звук по удару. Чем больше говорила жертва, тем больше ударов она получала от преступника. Он мог сделать так, чтобы они молчали, но он не хотел: он хотел слышать каждый их крик, хотел бить их за это. Иногда он давал им возможность немного двигаться, но лишь иногда. Это была надежда. Надежда, которую дают, чтобы отобрать. Они не могли спастись. - Я должен был придумать хоть что-то… Должен был. Я просто недостаточно думал. Я… - Рид. Послушай. Ты гений, но даже гениям можно растеряться, даже гении порой могут сделать не все, - старался успокоить Спенсера Аарон, но тот и не собирался справляться с собственными эмоциями. Ему нужно было выкричаться, выругаться, высказать все, что было у него на душе. – Ты же сам все это прекрасно знаешь… - Это все глупые оправдания, Хотч! Всего лишь глупые оправдания… Я понимаю, что я не должен себя винить, я понимаю это, но не могу это… признать. Признать, что он убивал бы и дальше, если бы ему не надоело… Признать, что никто бы не нашел его… - Рид, мы его поймали. Мы нашли его. Больше он никого не убьет. - Кажется, я действительно умнее, чем они, - воскликнул похититель обычным веселым тоном, будто ребенок, получивший самую лучшую оценку в классе впервые в жизни. Его радость всегда была на удивление невинной, даже не хотелось задумываться, что за ней стояло. – Они ищут, но не могут найти… Что ж это за ищейки такие, а, Рид? Или без тебя они ни на что не способны? А, доктор Спенсер Рид? В ответ была лишь тишина. Рид не отвечал, кусая губы и думая о том, что ему врут. Они точно составят верный профиль и найдут его. Спасут. И его, и других возможных жертв. Иначе и быть не может. Оставалось только продолжать верить, пусть пошатнуть веру наручниками на руках, крепкими цепями и столом с очередной жертвой было нетрудно. - Пожалуйста… Пустите… - прошептал лежащий на столе парень. - Заткнись там уже! Никто тебя не отпустит, даже не думай об этом, дурень! – разозлился похититель, подошел к столу и навис над своей жертвой. – Хоть слово – и ты труп! Парень в ответ задрожал и сразу же замолчал, сжав губы. Ему было страшно, он был в ужасе. Еще бы. Мало кто почувствует себя комфортно в тайном логове маньяка в роли его жертвы. - Они спасут нас, - слабо попытался подбодрить его Спенсер, с трудом заставив себя приоткрыть глаза и тут же столкнувшись взглядом с преступником – тот был в ярости от слов Рида: его руки дрожали, он тихо рычал и тяжело дышал. - Нет! Они вас ни за что не спасут! Только если я захочу, только если я им позволю на меня выйти, они найдут вас! – прокричал убийца, а потом вдруг успокоился так же резко, как и разозлился несколько секунд назад. – Я изучил все ваши методы. Я знаю, как заставить их думать обо мне то, что я разрешу, что я дам им знать. В конце концов голос маньяка изменился на хриплый шепот. Он считал себя выше всех, считал, что имеет право управлять другими людьми и решать, жить им или нет. И он был слишком эмоционален, значит, должен был себя выдать рано или поздно, должен был ошибиться, оступиться, не просчитать какую-то мелочь, которую обязательно заметит команда. Дни шли и ничего не менялось. Даже Рид уже стал сомневаться, что их ищут. Хотя Спенсер не был уверен, что прошло достаточно времени… С другой стороны, точно прошел не день и не два, то есть пропажу должны были заметить. Спенсер не понимал, что происходит. - Знаешь что, Рид… А ты не хочешь с ними поболтать? – через некоторое время спросил маньяк, пока резал очередную жертву. - С кем? – не понял Спенсер. - Со своими друзьями. - Он позволил вам себя поймать, - мотнул головой Рид, глядя куда-то в сторону окна. После долгого сидения в душном вонючем подвале улица и свежий воздух казались спасением, но парень продолжал бояться, потому что именно с улицы его украли. - Но Гарсиа успела отследить его звонок до того, как он повесил трубку. Буквально пара секунд, и мы бы не нашли дом, где он держал тебя, - уверенно ответил Хотчнер, а Спенсер снова вздохнул и мотнул головой. - Он хотел, чтобы вы его поймали, Хотч. Он вам разрешил это сделать. Аарон не стал спорить. Не он сидел в этом подвале, испытывая сильнейшее психологическое давление, но продолжая прислушиваться к каждому слову похитителя, лишь бы понять, что делать, как выбраться и спасти людей. С другой стороны, это объясняло странное спокойное поведение преступника, которое не мог объяснить ни сам Хотч, ни Росси, ни кто-либо еще из команды. Скорее всего Рид действительно был прав, как ни трудно было это признавать. - Рид, мы бы обязательно поймали его. Просто он сдался тогда, когда мы почти узнали, кто он. Мы бы поняли. Обязательно бы поняли, Спенсер.       Холодные кнопки коснулись уха Рида. Послышались протяжные гудки. Порой Спенсеру казалось, что важная часть работы в ФБР – дождаться, когда возьмут трубку. - Дерек Морган слушает. - Дерек! Это я! Рид! - Рид?! Ты в порядке?! Где этот маньяк тебя держит, ты можешь описать это место? – взволнованный голос и быстрые слова. Конечно, Морган всегда волнуется больше всех. Возможно, именно поэтому Спенсер решил позвонить ему. - Хэй, здравствуй, Дерек! – неожиданно отобрал телефон мужчина. - Что ты сделал с Ридом?! - Он жив, не беспокойся. Кстати, я хотел позвать вас в гости. Думаю, вам здесь понравится. У меня отличный небольшой домик на берегу озера! Я даже приготовлю что-нибудь к вашему приезду! Можешь взять с собой всех своих друзей, я не против. Места на всех хватит! - Чертов ублюдок, где ты держишь Рида?! - Что же это такое? Я по-доброму, а ты так жестоко! – наигранно расстроенно протянул мужчина. – Но все же зайдите в гости. Думаю, вам у меня понравится. - Ты убил шесте… Тогда скажи адрес! - Думаю, вы сами знаете. Вы ведь уже определили, откуда я звоню, - усмешка, и вновь лишь одни протяжные гудки.       Рид вновь опустил голову на руки. - Но он убил восьмерых. Так… Так не должно быть… Отдел был совершенно бесполезен… - мотал головой Спенсер. – Я был совершенно бесполезен… - Папа, что-то случилось? – раздался сонный тихий голос Джека, услышавшего крики и вышедшего из комнаты. – А кто это? Рид поднял голову и несколько удивленно посмотрел на мальчика. Он совсем забыл о нем. Даже не подумал, что мешает спать не только Аарону, но еще и Джеку. - Я… Хотч, прости, я совсем забыл. Но тот в ответ лишь мотнул головой и посмотрел на зевающего сына. - Джек, это дядя Рид. Он зашел по делам. А тебе бы стоит пойти спать дальше, - пояснил Аарон и, встав с дивана, пошел отводить сына обратно. Кажется, тот в действительности толком и не проснулся, потому что стоило голове коснуться подушки, как мальчик сразу же продолжил смотреть свои сны. Вернувшись из детской, Хотч не обнаружил Рида в квартире       Когда спецназ прибыл в дом убийцы, преступник ждал всех, сидя за столом вместе со Спенсером и трупами двух последних жертв. Посреди стола был огромный торт, из которого торчало две пары рук. Ловить маньяка не пришлось: он сам сдался в руки агентам ФБР, даже не пытаясь отрицать свою вину или шантажировать, угрожая убить Рида. Ему было совершенно все равно. Когда Морган сковал его руки наручниками, он никак не отреагировал, а Хотчу пришлось тащить Спенсера на себе: у парня затекли ноги и руки, ведь сидеть в одной позе пришлось очень долго, да и в принципе он плохо соображал, что происходило. В тот же день Рид ушел из больницы и больше не приходил в Академию, позвонив Аарону и сказав не искать его, пока он не вернется сам, отказавшись от предложения психологической помощи.

Если пытаешься убежать от других, то поневоле всю жизнь идешь по их зыбким путям. Уже хотя бы потому, что продолжаешь от них убегать. Для бегства нужно твердо знать не то, куда бежишь, а откуда. Поэтому необходимо постоянно иметь перед глазами свою тюрьму. Виктор Пелевин