Illusion

Песня к главе - Evanescence – Cloud Nine. Уроки у меня закончились сравнительно быстро - вроде ещё недавно я писал тест по истории и оставался на дополнительные занятия по математике, как уже прихожу домой - в час, усталый и до жути голодный. В столовой я не появляюсь ради своей же безопасности. Их слова ранят больше, пронзают, словно кинжал, моё сердце... будто мне было мало боли... Но они ведь не знают обо всём, что я пережил. Да и откуда? Я вообще никому не рассказываю, что осознанно режу себя - раз за разом, с каждой сильной вспышкой душевной боли. Если бы это происходило каждый день, я был бы уже весь в этих ужасных шрамах... Я даю себе передохнуть, а потом снова раз за разом вскрываю прежние раны и создаю новые. После этого болит всё тело, но оно того стоит. Если у меня был бы человек, которому я нужен, я бы, возможно, перестал себя изводить таким способом, но пока что его нет, и вряд ли когда-нибудь будет. У меня был такой человек, но исчез... Не думаю, что жизнь смилостивится и вновь предоставит мне шанс на любовь. Ибо первый я пропустил... *** Парк, клён, лавка, я, Фрэнк. Какая идиллия. Но что поделать, если мне даже просто так сидеть с ним нравится, слушая, как он рассказывает мне про своих друзей. И ревную я только потому, что тоже хочу ходить с ним по ночному городу, заглядывая во всевозможные бары или клубы, хотя не факт, что меня туда пустят, если мне всего семнадцать лет... - Знаешь, а ты совсем не похож на восемнадцатилетнего. Я бы дал тебе шестнадцать, ну или семнадцать, по крайней мере. - Я взглянул на Фрэнка, не зная, признаваться или пока не стоит. - Хотя я тоже не выгляжу на свои двадцать три года, правда? Наверное, сейчас я смотрел на него с шоком. Ему двадцать три года? Серьёзно?! Никогда бы не подумал, что он старше меня на целых шесть лет! - Что такое? Ты выглядишь таким удивлённым... Ааа, не знал, что мне уже так много? Понимаю, я уже старый. - Видимо, для того, чтобы повеселить меня, он продолжил уже типичным старушечьим голосом. - Не угнаться мне за вами, молодёжь! Мне б твои годы, я бы... Если бы я мог говорить, то, скорее всего, мой смех разнёсся бы по всему парку. Фрэнк только тепло улыбался, глядя на меня. Лекарство, новый наркотик, обезболивающее - называйте как хотите, но Фрэнк стал для меня чем-то особенным, без чего я вряд ли уже смогу прожить. Он так легко вошёл в мою жизнь, и я не хочу, чтобы он так же легко оттуда вышел. Если честно, я вообще не хочу, чтобы он вдруг внезапно исчез, как Эллисон... ...Мы снова просто ходили по городу, постепенно погружающегося в приятную вечернюю темноту - это лучше, чем ночная тьма. Опять ярко горели огни большого города, и в этом была какая-то своя романтика, я бы даже сказал. Если б я сейчас был с Эллисон, то именно так и думал бы, но я сегодня с Фрэнком, и я даже не знаю, считает ли он меня своим другом. Зачем привязывать человека к себе, если он общается с тобой просто так? Потом будет больнее отпускать его... Мы прошли мимо моей школы, в окнах которой ещё горели огни, зашли в неизвестное мне кафе и пошли обратно. День не был насыщен какими-либо интересными действиями, но мне было приятно осознавать, что я хоть с кем-то провожу время, это лучше, чем сидеть дома одному, в тишине. Конечно, я могу включить телевизор или музыку, но это всё не то. Не для меня... Вновь останавливаясь у моего дома, я понял, что просто не хочу, чтобы всё вдруг закончилось. Хотелось остановить время, хоть как то растянуть его - что угодно, чтобы ещё немного побыть с Фрэнком! На моём этаже было тихо, разве что где-то чуть слышно шумел телевизор. Я не знал, задавать ли свой вопрос "Друзья ли мы?", ведь он может подумать, что я его обязываю ответить "да". А я этого совсем не хочу. - Джерард, ты чего завис? - вдруг услышал я голос Фрэнка и понял, что минуты три смотрю на него, не отрываясь. Странно, должно быть, выгляжу. Господи, ну я и дурак - почему завёл себе такую привычку "выпадать" из реальности, даже если все камеры направлены на меня? Ах да, я же забыл, что я ребёнок; что я тупой выросший ребёнок! - С тобой всё в порядке? - поинтересовался он и взял мою руку. Не знаю, почему, но я вздрогнул, будто от удара током. Это было неожиданным действием с его стороны, и я вообще не думал, что такое могло случиться. Нет, я знаю, что друзья могут держаться за руки и всё такое, при этом не выглядеть плохо, но почему-то меня дёрнуло. Как будто я совершил грех, и Бог, глядя на меня сверху, решил мне показать, что мои поступки на данный момент отвратительны. Хотя почему он не сделал этого раньше, когда я причинял себе боль?.. Я вдруг вспомнил, что на моей левой ладони больше всего шрамов, которые легко можно отыскать - три косые линии, но какие они ощутимые... Я часто провожу по ним пальцами, прежде чем вскрыть снова. Не знаю, зачем так делаю, но это уже традиция. Поэтому я вырвал свою руку, пряча её за спину. Очевидно, я выгляжу полным дураком. Ну что ж, если Фрэнк уйдёт, мне просто станет легче забыть его, ведь мы так мало знаем друг друга, он не видел всего моего тела, всех моих шрамов, которые есть на нём. Ну и хорошо, что не увидит. - Да что с тобой, Джи? Ты меня пугаешь прямо, - Фрэнк выглядел удивлённым, не понимая, что он сделал не так. Но это не он, это я всё испортил; только я! Ненавижу себя, ненавижу; я вообще должен был умереть ещё тогда, в шестилетнем возрасте, но не умер... Судьба решила поиграть со мной в самую жестокую игру, которую знала. Опустив голову, я понял, что снова по моим щекам текут бессмысленные слёзы, показывая всё моё состояние. Я жалок. До жути противен даже самому себе, что уж там говорить о других, которые видят меня таким не первый раз... Отвернувшись к двери, я стал искать ключи в кармане, после чего вставил их в замочную скважину, уже собираясь повернуть его влево, но Фрэнк вдруг резко развернул меня к себе лицом. Я испуганно смотрел на него, пытаясь понять, что он хочет. Я выгляжу сейчас отвратительно - глаза покраснели, весь в слезах, губы дрожат... А он видит это. Уж лучше бы дал мне уйти в квартиру, а там я снова попаду в объятия депрессии. Что ж, видимо, я навсегда останусь один... Так даже лучше. - Почему ты убегаешь от меня? Скажи мне, что случилось, может, я смогу помочь тебе... - едва ли не умоляющим тоном просит Фрэнк. Он не злится, он на самом деле искренне предлагает мне помощь. Вроде бы она мне нужна, но не смогу я рассказать, что мои родители умерли на моих глазах, что из-за того, что я не могу говорить, я лишился работы и от меня ушла девушка, что заглушаю душевную боль физической, без жалости разрывая свою кожу. Тогда он точно оставит меня навсегда. Я покачал головой, сделав слабую попытку вырваться. Не знаю, чего мне хочется больше - зайти наконец в дом, оказываясь в полном одиночестве, или обнять Фрэнка, который пытался меня успокоить. Получалось у него плохо, честно говоря. Это же моя традиция - слёзы. Я к ним привык. - Джерард, пожалуйста, расскажи мне всё, я пойму. Не уходи. Я готов принять всё, что ты скажешь, только останься, прошу тебя. Я снова дал ему понять, что не хочу говорить на эту тему. Не смогу. Знаю же, что он уйдёт и не вернётся... Послышались шаги, и Фрэнк отпустил меня, осознав, наверное, как всё это выглядит. Это просто была моя соседка сверху, она даже не взглянула на нас, зато Фрэнк с некоторым испугом следил за ней, думая, должно быть, не видела ли она чего. Это мой единственный шанс. Быстро открывая дверь, я едва ли не влетаю в квартиру, запираясь на оба замка. Дело сделано. Я внутри, Фрэнк снаружи. И я один... - Джерард, нет, открой дверь! Ну мы же ещё не договорились, Джи! Открой, пожалуйста, я хочу знать, почему ты не можешь сказать мне причину своего поведения! Ложусь на пол, стискивая голову руками и запуская пальцы в волосы. Кричал бы, но не слышу собственного голоса. Мне безумно больно, а это значит, что нужно вновь резать себя. Я и так долго ждал новой боли, так вот она, пришла. Вместе с Фрэнком. Нет, я не виню его, просто хочу сказать, что если бы не я, то сейчас бы мне было хорошо. Всё испортил, как всегда... - Я завтра в три часа буду ждать тебя на нашем месте, ладно? Пожалуйста. Придёшь? Дёргаю себя за волосы, кажется, даже вырываю их. Не знаю, зачем, но это уже физическая боль. Слабая по сравнению с ножом. Не вскрывать вены, просто проводить лезвием по телу, не вскрывать вены... - Джерард, ты придёшь? Я не открою дверь, я не позволю себе увидеть его. Он достоин большего, а я всего лишь жалкое существо, которое вбирает страдания, а не дружбу, любовь и счастье. Я. Не. Открою. Дверь. Скорее отрежу себе руки. Удаляющиеся шаги. Фрэнк ушёл, чтобы завтра прийти на наше место, под старым клёном. Он будет меня ждать в три часа... А я не приду.