Illusion

Песня к главе - Evanescence – Forgive Me. - Бедняжка... 37,5. Я вызову тебе врача, так что откроешь, когда он придёт, ладно? И не выходи никуда сегодня. Я позвоню тебе в двенадцать часов. И... Приду в два, чтобы сменить тебе повязки. Шона вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, а я почувствовал себя ещё хуже. Она пришла вчера немного раньше, чем я думал, и застала меня в ванной, когда я уже хотел остановиться, проводя последний порез на плече. До сих пор вижу её лицо, когда закрываю глаза - она вообще не ожидала увидеть это. Шона не стала кричать, ругать меня, а просто плакала, сидя рядом и забинтовывая мои раны. Я тоже плакал, отвернувшись от неё. Я никогда не хотел, чтобы она страдала из-за меня, но она утешала меня, как могла. Сейчас у меня в душе какая-то пустота. Хочу встать, дойти до парка и сидеть там, пока не появится Фрэнк, но я дал себе слово, что не приду. Не стану совершать самую глупую ошибку в своей жизни. Если я привяжусь к Фрэнку, мне будет больнее терять его. Как, например, Шону. Я очень люблю её, как вторую мать, ибо она воспитывала меня все эти одиннадцать лет, и теперь боюсь остаться без неё. В любой момент наша жизнь может прерваться. Поэтому мне надо держаться подальше от людей. Не говорить с ними, не дружить, не влюбляться. Так будет полезнее - как для меня, так и для окружающих. Закрываю глаза, надеясь немного поспать до прихода врача. Может, мне станет чуть легче... От звона в дверь я резко просыпаюсь и сон лопается, как мыльный пузырь. Он и так был каким-то нечётким - тёмные силуэты, стоящие напротив друг друга, их шёпот было не разобрать из-за шума воды, но они были влюблены, судя по всему - держали друг друга в объятиях, были близко друг к другу... Почти как я с Эллисон. Я поднялся с кровати, но прежде, чем я открыл дверь, она открылась сама. Шона с улыбкой здоровалась с врачом, пропуская его вперёд. Я бросил взгляд на часы - 14:10. Хорошо же я поспал, почти шесть часов... - О, Джерард, ты почему не в постели? Быстренько иди в комнату, давай-давай... - Шона легонько подтолкнула меня к двери. Это была комната её родного сына и какое-то время я жил там с ним, но потом его посадили за торговлю наркотиками, и я остался один с Шоной. Райан вообще был плохим человеком, и издевался надо мной, так что я даже немного был рад, когда его оставили за решёткой. Я не видел его уже десять лет, и не думаю, что хочу видеть. Не знаю, почему я вдруг вспомнил Райана, садясь на кровать и рассматривая свои перебинтованные руки. Точно так же дело обстоит и с моей грудью, на которой были две раны. Наверное, я выгляжу мазохистом, но это не так. Мне больно от этого так же, как и любому другому человеку, но разница в том, что я понимаю всю необходимость этого дела. - Ну что, Джерард, что у тебя случилось? Из-за чего я здесь? - мистер Лейнорт редко приходил ко мне на дом, раза два или три. Я молча указал на градусник, всё ещё лежащий на столе. - И сколько? - спросил он, снова протягивая мне градусник. Голова всё ещё болела, так что я прилёг, чтобы мне было удобнее. - С утра была 37,5... Когда я уходила на работу. - Шона появилась в комнате с аптечкой, садясь на край кровати. Мистер Лейнорт с некоторым любопытством оглядел мои руки, в некоторых местах уже была видна кровь. - А это... - С этим мы сами справимся. - Ответила Шона, замечая мой взгляд. Она улыбалась, но в её глазах всё ещё была боль, когда она взяла мою руку. Чувствую себя умирающим от рака человеком, словно это последние мои дни. А лучше бы так оно и было. - Сейчас 37,3, немного спала. Ну, это не простуда, но всё равно я должен назначить тебе лечение. Не возражаешь, если я на неделю освобожу тебя от занятий? - я улыбнулся немного, глядя на бумагу, которую он держал в руке. - Сегодня среда, так? В следующий вторник выйдешь... - А насчёт лекарств? - вспомнила Шона, поглаживая мою руку. Становилось немного легче от её движений, они успокаивали меня. - Пока можете просто сбить температуру, если легче не станет, то вызывайте скорую. И главное, чтобы он не носился по квартире. Ладно, Джи? Мы договорились? - мистер Лейнорт улыбнулся мне, прежде чем подняться и положить на сто справку. - Вы проводите меня до двери? Шона, кивнув, вышла, а я снял футболку, чтобы Шоне было легче лечить мои раны. Она могла и не делать этого, но почему-то делает... Странно. Они явно о чём-то говорили, но я не слышал ничего, кроме отдельных фраз Шоны: "Я об этом не знала", "Не вижу причины, чтобы сделать такое", "Это был ужас", "Я боюсь за него"... Они... говорят обо мне? Про мои раны? Теперь я чувствую себя ещё хуже, чем раньше. Я дурак, идиот, эгоист - забочусь только о себе, не думая о других. Не хочу быть таким. Хочу всё исправить. - Джерард, мистер Лейнорт сказал, что так делать нежелательно. Ты можешь потерять много крови и умереть, а я этого не хочу. Обещай, что это в последний раз, ладно? Я киваю, хотя понимаю, что помимо своей воли вру. Это явно не в последний раз, такое ещё будет продолжаться. Просто мне было очень больно... *** Я сидел на диване, закутавшись в одеяло, которое принёс из комнаты, и смотрел телевизор. Мне было всё равно, что смотреть, но мой выбор всё-таки пал на музыкальный канал - в основном сегодня здесь были Green Day на пару с Nirvana, так что меня всё вполне устраивало. Плохое настроение понемногу улучшалось. Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть, и я, вылезая из своего кокона, отправился в коридор. Сперва я хотел сразу открыть дверь, но передумал и решил сперва проверить, кто там, кому я понадобился. Так будет полезней. Я буквально отпрыгнул от двери, когда увидел там Фрэнка! Он стоял у моей квартиры в пять часов вечера, потому что я не пришёл в парк. И вот он здесь, зная, что я сижу в своей тюрьме и не выхожу из неё. Просто потому, что нет желания. Сердце предательски дрогнуло, пальцы коснулись замка... Но соскользнули. Я не открою. Мне больно, но если Фрэнк увидит мои перебинтованные руки, он что-то заподозрит. Этого мне хочется меньше всего. Он отошёл от двери, и почти тут же у меня в кармане завибрировал телефон, подсказывая о сообщении. "Дай мне увидеться с тобой, пожалуйста!" Я со вздохом выключил сотовый, оставив его в коридоре, и снова вернулся в гостиную, к телевизору. Прости меня, Фрэнк. Я не отвечу, потому что боюсь привязаться к тебе так сильно, что после не смогу отпустить... Но ты всё же нужен мне! Я слабый, мне нужна чья-то забота... Чья-то любовь. А я просто боюсь. Боюсь, что после могу разбиться о скалы обмана, предательства и одиночества.