Хроники Элвинна

Нижайше прошу прощения за то, что пропал надолго. К сожалению, перерыв в месяц не пошел на пользу моему вдохновению, тем не менее удалось написать новую главу к "Хроникам", а так же начать следующую главу "Нимфомании". - Не удивительно, Тралл, что вся твоя крепость провоняла дерьмом, - прокричал краснокожий орк, глядя на своего лидера. - Помолчи, Гаррош, - спокойно ответил Тралл, не отводя взгляда от черноволосого человеческого юноши в черном длинном плаще, стоящего рядом с Джайной Праудмур. – Прошу тебя, Джайна, прости за такой прием. Я получил твое письмо, но не ждал тебя так скоро. С чем явилась? - Ничего страшного, - улыбнулась в ответ девушка, - я тут и правда по делу. Все присутствующие в крепости разглядывали мальчика: не сводили взгляды эльфы с зелеными светящимися глазами, таурены и орки, советники вождя и стражники, не отрывала глаз и эльфийка в кожаном мундире темного следопыта с удивительно мертвецки темной кожей. - Я прошу тебя принять этого мальчика в ряды Орды. Последние слова волшебницы повергли в шок каждого в крепости. Недоумение, удивление, злоба, недоверие – лица окружающих создавали целый спектр эмоций. Лишь Тралл оставался невозмутимым. - Необычные у тебя просьбы, Джайна. Говоришь на орочьем, мальчик? – обратился он к черноволосому. - Да. Немного, - речь юноши на родном языке орков была ломаной, медленной, с акцентом. - Ты из Штормграда, верно? Почему тебя изгнали? - Сделал… плохо сделал важный человек, - юноша замялся, не выдержав, сплюнул на пол и продолжил на всеобщем, - Покалечил одну высокопоставленную особу. Орк внимательно смотрел в лицо юноше, а тот в свою очередь не отрывал взгляда от собеседника. - Он ведь понимает всеобщий? – он повернул голову к спутнице. Джайна не ответила. - Я прекрасно понимаю всеобщий, - Тралл повысил голос, - Чтобы выиграть в войне, нужно знать язык тех, кого убиваешь, Каин Элвинн, – глаза мальчика округлились, лицо выражало удивление. – И не надо так удивляться, я уже все знаю, зачем и по какой причине ты пришел ко мне. - Ну, так что скажешь? – с улыбкой спросила волшебница. - Мне нужно подумать, - Тралл ответил не задумываясь. Лицо Гарроша исказилось злобой. - Подумать? Подумать, принять ли врага в свою армию? Ты из ума выжил? - Я попросил помолчать тебя, Гаррош. Здесь я решаю, кого принимать в свои ряды, - Тралл взглянул на Джайну, взгляд его стал мягче, - И я решаю, кто для нас враг. Снова ожидание. Ожидание приговора и последствий. Что-то в этой жизни никогда не меняется, меняются лишь декорации. Уютная комната сменилась на орочий город, уединение сменилось на злые взгляды тех, кого он привык убивать. Потолка он больше не видел, теперь он смотрел на вход крепости, внутри которой происходило то, что не изменилось: решалась его судьба. Стоять человеку тут, посреди улиц Оргриммара все равно, что стоять под пушечным выстрелом. Оружие Каин отдал страже при входе в город, а стражники недоверчиво с угрозой косились на него, борясь с желанием прирезать мальчика на месте. Каин старался не обращать внимания на местных прохожих, быстро отводил взгляд, пытался даже не шевелиться. Вдруг, шестое чувство указало ему на приближение сзади. Рефлексы подсказывали ему отскочить вперед, резко развернувшись размашисто ударить ногой и сбить противника с ног. Здравый смысл и желание жить же подсказывали стоять и, как обычно, ожидать участи. Участи долго ждать не пришлось. Кто-то невысокий дергал его за низ майки, резко и шумно, но несильно. Каин повернул голову, увидев за собой маленького орчонка. - Ты человек? – сказано было по-орочьи, но Каин понял и кивнул в ответ. – Что ты делаешь в Огриммаре? Ты же враг. Юноша понял одно лишь слово. «Враг». Рассказывать о своей судьбе ребенку, да еще и говорящему на чужом языке смысла не было, поэтому Каин лишь высунул кончик языка, прислонил пальцы и плеснул рукой, будто выбросил воздух в ней. Орчонок задумался над смыслом этого действия, а спустя время улыбнулся, пожелал удачи на своем языке и побежал туда, куда направлялся до их встречи, оставив Каина одного. Это заставило мальчика задуматься. Этот орчонок без задних мыслей подошел к человеку, решил заговорить. Но кто знает, может ему суждено убить его друзей на поле боя. А может он сам будет вынужден сделать это, присягнув на верность Орде. Мысли затягивали его все глубже, в голове стали рисоваться образы. - Каин, - звонкий голос Джайны Праудмур заставил его очнуться. Он обернулся. – Заходи, тебя ждут. - Прежде чем принять тебя в свои ряды, мы решили тебя испытать. Я думаю, это очевидно. – Тралл не переставал смотреть в глаза юноше. – Задание предельно простое: найти и устранить. Это человек, разведчик из… - Прошу вас, просто скажите его имя и где его найти. Слова Каина удивили орка. И не только его. Он заметил на себе пронзительный, оценивающий и в то же время впечатленный взгляд эльфийки с мертвецки темной кожей. - Спроси Кевина в Кабестане. Устрани любым методом. Каин почтительно склонил голову и, резко развернувшись, направился к выходу. - Надеюсь, ты понимаешь, Каин, - слова Тралла, отправленные вдогонку, остановили юношу, - тебе придется убивать тех, с кем ты был когда-то рядом. И рано или поздно это может оказаться твой друг или член семьи. Запомни, может я и прощу тебе минутное колебание, сомнение, но Орда не простит. Солнце в степях беспощадно обдавало жаром юношу, а непривычный морской воздух в порту Кабестана казался слишком едким. Тем не менее, Каин был доволен, что ему дали шанс, что его выпустили из Оргриммара живым и что ему вернули оружие в целости и сохранности. Дойдя до пристани, он стал оглядывать все вокруг. Всюду была суматоха, шныряли гоблины, гномы, люди, орки – все, кто сохранял нейтралитет и вел дела с Картелем Хитрой шестеренки. Но, стоя тут, никого конкретного найти было нельзя, поэтому юноша направился прямиком в таверну. В середине дня в таверне было не так людно, тем не менее, посетители были. Каин мельком оглядел каждого, но не приметил никого. - Виски, - выпалил чернокнижник, усаживаясь за стойку. Хозяин, гоблин с серьгой в ухе, не ответив ничего, лишь окинул взглядом посетителя и, спустя мгновение, достал стакан и бутылку с выпивкой. Внутри царил тихий гул от разговоров, телодвижений и звона посуды, но Каин решил разговаривать как можно тише. - Я ищу некоего Кевина, - наклонившись ближе к бармену, тихо сказал мальчик. Неожиданно, он почувствовал резкую и невероятно сильную хватку у себя на шее. Чья-то рука быстро схватила его сзади и так же быстро и резко швырнула назад к выходу. Бросок был такой сильный, что Каин пролетел через все помещение, задевая стулья и, в конце концов, ударившись спиной об косяк входной двери. - Я Кевин, - ровным голосом сказал нападающий и быстрым шагом направился к мальчику. Голову Каина разрывали звон контузии и дикая боль. Он пытался оправиться от удара, но тот был слишком сильным, чтобы позволить сразу же встать на ноги. Кевин встал перед ним, схватив за шиворот, выбросил на улицу, на мощеную дорогу близ порта. Юноша собрал все силы, чтобы оправиться и встать на ноги, а когда у него это вышло, он увидел своего противника. К нему навстречу шел среднего роста мужчина, чуть выше него, крепкого телосложения, в обычной одежде. Мужчина закинул руку за спину и схватил торчащий рукоятью у плеча палаш длиной больше полутора метров. «Нужно собраться. Нужно сражаться. Как и всегда». Каин сделал то же самое. Быстрым, насколько ему позволяло его состояние, движением, он достал со спины косу, взял древко в обе руки и ринулся навстречу противнику, который даже не принял боевую стойку. Инерции и скорости было не достаточно, чтобы совершить пируэт на бегу, поэтому юноша ударил рубящим по диагонали, но Кевин, резко остановившись, подал тело назад и уклонился. «Но что-то в этом бою не так. Что-то не так в этом человеке. Я чувствую…» За тем ударом последовал следующий. Нижним концом оружия он направил удар в голову, но противник будто предчувствовал его и отклонил голову так, что древко остановилось в нескольких дюймах он виска. Сбавлять темп было нельзя. Подавшись вперед, Каин совершил выпад рубящим сверху, но и этот удар прошел мимо цели – мужчина опередил его и снова уклонился, сделав пол-оборота вправо от себя. «Я чувствую… Чувствую, что могу умереть». - Меч в правой руке, он слишком длинный, - юноша пытался анализировать, - а расстояние между лезвием и мной слишком мало для взмаха. Успею сгруппироваться и совершить следующий выпад. Вопреки всей тактике, рука Кевина повела меч за спиной и, описав кончиком дугу, он оказался в левой руке, готовый для удара. Размаха было не нужно, центробежная сила позволяла при небольшом усилии совершить сокрушительный удар, нацеленный прямо в голову. «Но я не могу… Не имею права… Не имею права умирать» Рефлексы спасли мальчика, и тот подал все тело обратно и совершил прыжок назад. Сконцентрировав темную энергию в свободной руке, он высвободил ее, вызвав толчок в земле. Все было отточено: после ошеломления противника приземляешься, совершаешь рывок навстречу и атакуешь рубящим сбоку. Это всегда срабатывало на прежних противниках. Но он был совершенно другим. Кевин прыгнул вслед за чернокнижником, избежав его заклинания. Мгновение – меч занесен, готовый для удара. Мгновение – меч в полуметре от головы юноши. Лишь чудом Каину удалось парировать выпад, взяв в обе руки древко косы, однако удар своей силой заставил рухнуть его спиной на землю. Клеймор давил на древко, руки мальчика предательски истощались, позволяя лезвию приближаться к его лицу. Паника и бессилие овладевали им, но собрав остаток сил, Каин оттолнул лезвие и пихнул мужчину ногой в живот. Воспользовавшись мгновением, мальчик задрал ноги к голове и совершил перекат назад. Оказавшись на четвереньках, он оттолкнулся и отпрыгнул на несколько метров назад, приземлившись на ноги. Не теряя шанса атаковать, сконцентрировал энергию в руках, создав в ладонях алое пламя, и метнул в противника. Лишь в этот момент Каин заметил – Кевин не был ошеломлен, он ожидал атаки и уже был готов контратаковать. Мужчина рывком понесся к мальчику, рубанул палашом из-за головы, рассекая пламя, летящее в него. Лезвие оказалось достаточно близко, чтобы зацепить Каина, и оно оставило серебристый след в воздухе и кровавый след на груди юноши. Для мальчика время будто замедлилось, будто сама смерть остановила его, чтобы он мог отчетливо слышать, как клинок режет его плоть, как трещат его ребра, как плещет его кровь на мощеную дорогу. Но думал он лишь об одном. «Не имею права умирать. Только не здесь. Только не сейчас». Каин ощущал, как сила в его ногах истощается, будто вытекает на землю и смешивается с густой алой кровью. Он понимал, что ноги больше его не держат, что сейчас он упадет. Но думал лишь об одном. «Не имею права… Элин…». Резким размашистым ударом Кевин пнул юношу ногой в бок, отбросив его к самой пристани. Обессиленное тело медленно катилось к краю, затем с плеском упало в воду, оставляя красный след, который с каждым мгновением становился все больше. Каин видел сквозь увеличивающуюся толщу воды, как солнечный свет отчаянно пытается пробиться к нему. Но мальчик уходил в морскую пучину, бесконечную и всепоглощающую. В ушах сейчас звучала мелодия. Та мелодия, которую она сочинила для него. Мелодия, ставшая для него реквиемом. Мелодию, которую… - …слышал только Каин, - Элин смущенно опустила взгляд, с ее лица не сходила тихая, немного печальная улыбка. Андуин не сводил глаз с Элин, сидящей за пианино, и пытался взглядом поймать ее взгляд, который она все время отводила. - Сыграй ее для меня, - прервал молчание принц. Элин улыбнулась чуть шире, вместе с улыбкой увеличилась и печаль на лице. - Я серьезно, сыграй, - принц не сдавался, - Мне было бы интересно послушать то, на что тебя вдохновил Каин. Элин подняла взгляд, ее лицо озарило солнце, свет которого проникал в этот большой просторный зал с огромными окнами и с пианино в центре. Ей, наконец, удалось заглянуть в голубые глубокие глаза принца, а с лица сошла тень печали. Лицо Андуина внушало девушке доверие, надежность, рядом с ним она могла забыть о разлуке, терзавшей ее в моменты одиночества. Лежа в кровати перед сном, завтракая по утрам и ужиная по вечерам, ей хотелось плакать от расставания, от неизвестности, от одиночества, в котором оставил ее Каин. Лишь игра на пианино, беседы с Лореной и общество принца помогали Элин отвлечься и забыться. И сейчас, просьба Андуина не вызывала печаль. Хоть эта мелодия была мелодией Каина, печаль уходила, когда она смотрела на человека, в котором смогла найти поддержку и опору. Еще мгновение Элин смотрела в глаза юноши, а после кивнула и повернулась лицом в пианино. Девушка вздохнула, закрыв глаза, провела кончиками пальцев по клавишам. Нащупав нужные, она принялась играть. Зал заполнила мелодия, с каждым мгновением ставящаяся более волнительной, трогательной. Идя плавно и переливаясь нотами, она переходила в резкую и обрывистую, и обратно. Принц был поражен навыком девушки, словно завороженный, он смотрел на ее лицо, на ее тонкие руки, на пальцы, бегающие по клавиатуре. Андуин будто на мгновение увидел ее сущность, увидел эту беззащитную девочку, а вместе с ней крепкого и сильного человека. Увидел ее печаль. Увидел ее временное облегчение. Тревогу. Надежду. Ожидание. Увидел, что душа девушки сейчас смотрит не на него, она смотрит далеко, в неизвестность, в жаркие степи Калимдора. Смотрит и играет эту мелодию. Мелодию, которую… …он слышал в последний раз. Но и она постепенно затихла. Как затих и исчез свет солнца, который будто сдался и перестал пытаться пробиться сквозь толщу воды и крови.