Омежье возмездие

      Чувствую себя обманщиком, но не люблю длинные главы, а комкать сюжет, чтоб обязательно в эту главу нцу вставить как-то не круто. +) _______________________________________________________________________       Сизое от утреннего мороза небо выудило из кармана красное пятнышко солнца, радуя ранних путников.       Всё тело пронзала боль. Ноги плохо слушались, а глаза слезились. Ни одного альфу раньше не подвергали такому позору и унижению, думал про себя Мозас, хотя вспоминая брата, понимал, что ошибается. Но всё равно Вил начинал чувствовать себя неудачником.       Эта гонка по пересечённой местности начала раздражать, а конца ей было не видно. Альфа пару раз пытался подстеречь, срезать угол и поймать шибко резвого омежку, но удача явно была не на его стороне. Худенький красноволосый дьяволёнок выскальзывал из рук Виларда, оставляя того с носом, а пару раз Мозал обидно падал, подскользнувшись на наледи.       Вконец замёрзший альфа уже думал просто попытаться, хорошенько прицелившись, повалить омегу и прижать своим весом. Но как раз в этот момент перед ним возникло препятствие в виде двери, омежка вбежал в подъезд незнакомого дома. А он, что делать, за ним! И тут как начнётся!.. Визг, ор, со всех сторон ворчание и даже полотенца полетели. Как в бане в омежский день.       «Студенческое общежитие для омег? Блин, точно, вот я попал», — только и успел подумать альфа перед тем, как его обступили, отрезая пути отхода. А своего омегу он, конечно, упустил из виду. Что за не пруха?       — Альфа?!       — Альфа! Точно альфа, гляньте, нахал какой! Что-то я его не видел… Чужак…, а что ему теперь всё можно? — на разные голоса принялись обсуждать парня.       — Симпатичный… — выдохнул кто-то.       — Что?! Ну, да… Да, что да? Как он, да что он здесь?.. — и понеслась.       — Мальчики-мальчики, успокойтесь, я из полиции, — ляпнул первое, что пришло в голову альфа, прикрывая макушку руками, демонстрируя открытые ладони, показывая всем видом, что-то типа «люди мы не местные, в обычаях не сильны, отпустите подобру-поздорову и пойдём мы семечки домой грызть».       -А-а-й! Мент, полицай! Припёрся, дня ему нет! А чего ему нужно? — но, кажется, только хуже сделал, вот тебе и хвалёное содействие работе полиции.       — Да он врёт всё, бей его, «омежки»! Или хватай пока холостой, ваш будет! — вклинился знакомый голос, и альфа почуял, что пол под ним горит, не скажет чего-нибудь немедленно, и страшное дело на лоскуточки порвут и на сувениры растащат.       — Кто сказал, что я холост? — тишина, омеги замялись.       — Гляньте, душечки, какой худой и неухоженный, точно одинокий! — «Душечки» подхватили весёлыми криками, и начали сдвигаться, в то время, красная макушка бочком-бочком к противоположной стене и на второй выход.       — Прощай, охотник! — и этот нахал ещё воздушный поцелуйчик послал альфе, скрываясь на выходе. В то время, как парня накрывала волна голодных до внимания омежек.       Шаг, другой, стало как-то тесно и …       — Зайки, придавите, никому ж не достанусь! Многовато вас на меня одного, подавлюсь от жадности! — всхлипнул альфа и, как ни странно его, услышали.       Смех. А дышать почти нечем, хлоп и накроет сейчас. Шутки шутками, но, когда омег так много, ни один альфа не справится. Омежий бунт — страшное дело!       — Кожистые крылышки, в вашем городе живёт? — уже скрывшись в надвинувшейся на него толпе, пискнул альфа, и волна отхлынула.       Омежки зашептались.       — Откуда он знает? Что, неужели нашего героя… ищут? Прослышали, министерские крысы, никакой нам защиты? Никакого альфам наказания? — альфа в душе поражался единодушию омежек, их явной осведомлённости и поддержке преступника.       Вот к кому нужно было обращаться с расспросами, и вот кого опасаться сейчас, ведь все эти ребятки сейчас захотят защитить своего кумира, а он был для них эталоном.       — Вы правда думаете, что все альфы заслужили такой участи?       — Побыть хоть раз снизу и на своей жопе ощутить то, каково это быть омегой? Терпеть ваше хамство? «Крылышки» воспитывает альф! Они «шёлковые» возвращаются! Да!       «Возвращаются», а как же те исчезновения? А ещё в участке он сам видел фото неопознанного трупа альфы с признаками в том числе и полового насилия. Тело было так изуродовано, что даже видавшего виды Мозаса весь день тошнило от увиденного, и неделю мяса не ел ни в каком виде.       — А не думаете, что ваш кумир иногда перегибает палку, что он зарвался, или «простой науки» ему уже мало? Вас так доняли альфы, что вы готовы к их массовым убийствам? Мы такие же люди, как и вы!       — Много вы сами об этом думаете?       — У нас должен быть шанс на исправление, мёртвые не каются, их просто нет для живых! — единый вздох замешательства, шепотки, люди уже не так уверены.       — «Кожистые крылышки» — наш герой…       — И вы так уверены в нём? — Альфа сам начал сомневаться.       — Мы будем защищать его, он один из нас. И… значит были причины… Вам, «легавым», не понять! Бей, его!       — Я не коп, я — журналист, и могу доказать! Пишу статью про вашего мальчика! — достал удостоверение с журналистской аккредитацией.       — Ой! Гляньте, это же Вилард Мозас! Я его знаю, но не лично, конечно…       — Да точно, Вилард! Ой, а вас давно по телевизору не видно…       — А автограф можно?       — И вы правда про нашего Омегу сюжет готовите?       — Правда, только мне никто про него ничего не рассказывает, а я хотел бы у него лично интервью взять. — кто ж знал, что признание не только облегчает совесть, но и помогает налаживать контакты.       — Ой! Вот классно! А так мы это…       — Так, ведь…       — Ну да, точно!       — Вам в парк нужно.       — А давайте я вас на машине подброшу. Снова визг, на этот раз восторженный.       — Только нужно поторопиться, он обычно в это время охотится, — от последнего слова альфу передёрнуло. — И мы вас к парку подвезём, ой, у вас руки замёрзли…       — Ой, ну как же можно и без шапки, и без шарфа, — пока вызвавшийся проводить прогревал двигатель, Мозаса приодели, подарив шапку, шарф и перчатки, последние были маловаты на его пятерню, но он не стал обижать омег и говорить об этом.