Омежье возмездие

Либо вы часть решения, Либо часть проблемы. Элдридж Кливер.

      Почему эта ищейка никак не отстаёт, омега никак не мог понять. После той порции снотворного, что он ему подмешал, красавчик должен был отрубиться ещё в середине ночи. Может, этот парень обладает супер выносливостью или одержимый какой, интересно было бы проверить, но у красноволосого на этот день уже были свои планы, и погоня в них не входила.       Ещё минут пятнадцать можно побегать по набережной, хоть и не май месяц, а потом надо сворачивать в кварталы и отрываться.       Ночь — особенное время, когда искажается пространство, небо кажется выше, а все запреты преодолимы. На пороге нового дня захолустный город казался не спящим, а вымершим. Только в гулкой тишине топот двух пар ног и громкое дыхание. Эта беготня даже возбуждала что-то большее, чем просто азарт, даже желание скрыться поскорее куда-то ушло.       Обоюдная игра в догонялки затягивала не по-детски, ещё преследователь был не альфой или ты бы не так хорошо знал какими тварями они могут быть. Пора отрываться. Решить-то омега решил, только исполнить оказалось не так просто.       Альфа хоть и казался не местным, но неплохо ориентировался в городе. Наверное, он из тех, кто давным-давно уехал на поиски лучшей жизни, а сейчас по случаю вернулся, догадался Стася, кажется, даже понятно по какому. «Благородный принц» припёрся защитить поруганную честь родича, такого же замечательного, как и сам (красноволосый давно не верил в добродетель, особенно альфа-самцов), и восстановить «справедливость».       Решение пришло само собой. Парень хорошо ориентируется в старой части города, но ту, что появилась после его отъезда, наверняка не знает.       «И опять в яблочко!» — с некоторой досадой подумал Стася, ему уже хотелось, чтобы парень удивил его. Но все альфы — тупые самонадеянные козлы, и если он ещё не нашёл недостатков этого, так только потому, что не узнал того ближе. Все они на проверку оказываются одинаковыми засранцами, трусами и слюнтяями, способными лишь обижать слабых затравленных омежек. А если так, то тут этим выродкам точно нечего ловить.       Недостроенная гостиница, а за ней жилой дом, там подъезды с двумя выходами, можно будет сыграть с наглецом, посмевшим преследовать его, презабавнейшую шутку. И как раз вернуться к спрятанной машине, ведь в аллее парка скоро уже он должен начать охоту. Pov Вилл Мозас.       Ещё тёмные улицы, холодный воздух прорезает облачко горячего дыхания. Пустынность обманчива, впереди цель, но чувство, что мишень, как раз ты. Словно заносишь ногу над открытым люком в кромешной тьме.       — Стася! Стас, так, кажется! — омега не слышит или делает вид, что не слышит. От холода перехватывает голос.       Больше ни слова, только ускоренный шаг. Бег.       Останавливаюсь, восстановить сбившееся дыхание, согнувшись в половину роста, погреть окоченевшие руки. Горло уже дерёт:       — Стой! Стой же! Я всё про тебя знаю! И альф, — нехотя добавил я, было противно от одной мысли, что тот, кто мне уже так симпатичен, способен на жестокое убийство. Красавчика будто подменили на моих последних словах, спину передёрнуло, как у оборотня в ужастике. Парень остановился и обернулся через плечо. А на лице такое выражение, будто еле сдерживает злость. Того и гляди накинется и откусит что-нибудь жизненно важное. От его взгляда меня обдало жаром, несмотря на погоду. Будто раздел одними глазами и оценивает, есть ли на что смотреть. Машинально прикрыл пах, точно голый, а он ухмыльнулся как-то вызывающе, слишком вызывающе для омеги. Где его манеры? Это… это мы обычно на них так смотрим.       — Охотник? — хищная искра мелькнула в его взгляде. А голос такой приятный, что заслушался бы, даже ругай он меня последними словами.       — А? — ну и голосок у меня, а ещё взрослый мужик, вот до чего доводит сидение в офисе!       — Чего увязался за мной? Продолжишь в том же духе, утрахаю и подвешу за яйца! — всё так-же спокойно и мелодично отозвался он. И я поверил, что именно так и поступит, но…, а вот, тут в моей голове произошла заминка… То ли хотелось показать кто-же здесь альфа, а значит — главный, то ли позволить ему сделать всё, что захочет. Будто это была справедливая месть за весь мой род.       — Я хочу… — ох, йо! Только не мямли, возьми себя в руки, тряпка! А то получается, что у омеги яйца более стальные, чем у тебя, слизняк! — Хочу понять… зачем? — прозвучало растеряно, авантюра грозится перерасти во что-то, о чём ещё и думать стрёмно. Но мы ж не из тех, кто остановится на пороге бездны, если уж решил прыгнуть, сигай по быстрому, не задерживай толпу.       — Хочешь? — промурлыкал «моя добыча». — Тогда поймай, но если поймаю я — будешь мой. Идёт? — омега прошипел это, точно змея, изогнувшись, и скользнул за угол.       — Идёт… что? Стой! — Альфа, то есть я, стряхнул наваждение, но образ гибкой змеи, оплетающей ноги, исчез не полностью, осталось ощущение. — Блин, да куда ты? Эй! Нам надо поговорить!       Все омеги отлично знают, что альфы сильнее физически, но длительные забеги по пересечённой местности скорее можно отнести к выносливости. Потому, что Мозас-младший не поспевал за шустрым омежкой, а ещё совсем потерялся в новой для себя части города. Знал бы, хоть карту изучил, хотя куда там, главная достопримечательность прямо передо мной, только успевай.