Alien

Говорящий о холоде и пустоте Вечности - глупец. Здесь невыносимо жарко, от наковальни Господней идёт нестерпимо-горячее пламя. Здесь нельзя вздохнуть: вокруг тебя мириады таких же, как и ты, сущностей. Здесь нет темноты: свет от глаз существ подобен сиянию раскалённого гнева Создателя. Я появилась давно. Медленно. Мучительно. Это было похоже на взрыв: одновременная смерть и рождение чего-то абсолютно нового. Огонь всё горел, сжигая сущности вокруг, ластясь к моим одеждам, преданно облизывая то, в каком виде я тогда существовала. Огонь горел под взглядом Создателя, и я, точно послушная глина, изменялась в его руках, обретая форму с жаркими поцелуями пламени. Сущности горели, а их мысли, знания, чаяния стекались в моё начало, становясь единым... нечто. Я не знала, как выгляжу: проплывающие мимо меня в вечности осколки льда показывали лишь смазанные очертания чего-то серого, блестящего, окружённого вечными всполохами холодного пламени и горячего огня. Изображение с каждой новой льдиной было различным, сохранялась лишь общая форма тела: четыре вытянутых конечности и пятая, покороче, что несла на себе странный удлинённый шар; позже я узнала, что его называли головой. Сущности горели, и вид мой менялся. Неизменным оставалась лишь любовь к Создателю и желание быть любимой. Но он не мог этого дать мне. Разве хватило бы любви Отца на всех его детей? Одна из сущностей, совсем новая, которую я ещё не видела, была столь отчаянна и жаждала любви, как и я. Она трогательно боялась за своего детёныша, оставленного одного... за оставленную там любовь, как она сказала мне. Я появилась давно, мучительно и медленно сотворяя себя. Но я молода и наивна, точно в первый день бытия. Потянувшись к тонкой нити, связывающей новую сущность и нечто оттуда, я будто вывалилась из привычной реальности. Вокруг не было ни огня, ни других. Но рядом всё ещё был Создатель, и лишь поэтому я осталась спокойна. Громкое восклицание, произнесённое приятным глуховатым голосом, вернуло меня в мою нынешнюю реальность. Плач ребёнка и слёзы мужчины, бережно сжимающего меня в объятиях, стали моими первыми воспоминаниями об этой реальности.