Затянувшийся эпилог

Девушка огляделась. Ритуальный зал нисколько не изменился. Все так же ужасающе торчал изогнутый то ли клык, то ли шип. По нему все также вились тонкими письменами имена драконов, вкушавших здесь плоть и кровь невинных благородных девушек. Последним в нем стояло имя Арм-Анна… Юту передернуло, и она заставила себе отвести взгляд от жуткого символа Ритуала. Арм-Анн сидел в том самом кресле, на котором восседали его предки в драконьем обличье. Сейчас, будучи человеком, он смотрелся в нем совершенно потеряно и… Юта не могла подобрать нужного слова. Вся эта картина была неправильной. На корню ошибочной! Изможденный мужчина в огромном кресле. Торчащий ритуальный шип, окруженный пустыми винными бутылками. Наконец эта тишина, словно живая, наполнявшая помещение и пульсирующая в такт бьющемуся где-то в горле сердцу девушки. - Арма-ан, - позвала она, не зная, как еще дать знать о своем присутствии. Мужчина поднял голову и посмотрел на гостью каким-то равнодушным и даже немного злым взглядом. Юта попятилась. Она почему-то рассчитывала на несколько иной прием. Интересно, почему это? - Опять ты! – выплюнул он и отвернулся. Девушка окончательно потеряла логическую нить происходящего. В какой-то момент в голове мелькнула отчетливая мысль – сидящей в кресле человек – не Арм-Анн. Не давний знакомец-дракон. Она просто что-то перепутала. Место, время. Себя. Юта упрямо покачала головой – этого не может быть. Она помнила это место и этого мужчину. Но происходящее все больше походило на чей-то ночной кошмар. Ее ли? Арм-Анн схватил пустую бутылку и замахнулся ею на надоедливое видение: - Убирайся! Тело, все еще находясь во власти выпитого алкоголя, слушалось плохо, поэтому на пике движения пальцы разжались и бутылка полетела прямо в Юту. Словно в замедленной съемке дракон видел, как в ужасе расширяются ее зрачки, как она делает шаг назад в попытке уклониться… С громким звоном разлетается зеленоватое стекло. Буквально над головой принцессы, которая успела-таки пригнуться. - С ума сбрендил?! Гор-р-ргулья, ты ведь убить меня мог! Спящий тебя подери, Арман, да что с тобой?! Арман подскочил еще в тот момент, когда по огромному залу только пустилось эхо затихающих звуков разбивающихся осколков. Перед ним стояла Юта. Похищенная им когда-то принцесса! Его горе и беда. Та, кто не позволила обмануть Ритуал и примирить двести первого потомка с многочисленной вереницей его суровых пращуров. Девушка, единственным желанием которой было покататься на спине дракона. Спасшая его от ночных кошмаров и единовластно завладевшая сердцем. И он… Арман схватился за голову и со стоном упал на колени. Наверное, он хотел проснуться. Срочно. Прямо сейчас. Пусть с головной болью и пульсирующим комком в груди. Пусть в плотной тишине одиночества ненавистного ритуального зала… Пусть! Но там, в той реальности была надежда, глупая и непозволительная, но она жила, заставляя сердце кровоточить, но биться. Теперь же. Он не мог поднять голову. Он боялся как никогда. Сил встретится с ней взглядом… да всех сил этого трижды проклятого мира не хватило бы ему сейчас для такого поступка. Он слышал, как она приблизилась и стоит теперь совсем рядом. Маленькая лисица, готовая драпать при первом же намеке на малейшую опасность. И все же она здесь. Стоит. Ждет. Великий Прадракон, чего она ждет? Девушка несмело протянула руку и коснулась его волос. Вновь позвала. -Арм-Анн. Двести первый потомок, посмотри на меня! В голосе теперь скользила железная воля. Дракону стало стыдно. Еще больше, хотя это казалось уже невозможным. Гордость бурлила в груди, требуя выхода, схлестываясь с чувством вины и практически полностью нейтрализуясь под ее силой. Да, он двести первый потомок. Ему больше двухсот лет. И он едва не убил, едва не покалечил единственного человека, который… которую… - Все хорошо, - тихо произнесла Юта и тоже опустилась рядом с ним на колени, - все хорошо, Арм-Анн. Не надо. Не поедай себя изнутри. Там ведь, поди, и не осталось уже ничего, а? – девушка улыбнулась, и нежно провела ладонью по его лбу, касаясь пальцами его рук, все еще сжимавших голову. - Я… - Тс-с-с. Я знаю. Иначе бы я не пришла. Но теперь… теперь все будет хорошо, да? - Да, - глухо. Едва слышно. - Обещаешь? Он, наконец, поднял голову и встретился с ней взглядом. И, словно утопленник, хватающейся за предложенную соломинку, сжал девушку в сокрушающих объятиях. Она ойкнула, и Арман чуть ослабил хватку, но не отпустил. Никогда. Он не отпустит ее больше никогда. Долго и счастливо или тяжело и скоропалительно. Он осушит эту чашу до дна. С ней. Единственным человеком, которого полюбил двухсотлетний дракон, и которая, несмотря на все законы и ритуалы, ответила взаимностью.