Мой обожаемый дядя

Проснулась я в третьем часу ночи. И, часто дыша, села на кровати, вспоминая свой сон. Я видела Диму, он с ножом в руке шёл к какому-то мужчине… я словно была в том парке, в ту ночь, и видела его убийство. И вот он вонзает свой нож в живот своему отцу… по руке ещё совсем юного Димы стекает кровь, но он холодно смотрит на отца. Тот падает на землю, и Митя разворачивается ко мне. Он идёт ко мне… И на этом месте я проснулась. Я осмотрелась вокруг, ещё темно, хотя и лето. Я села на кровати, поджав под себя ноги, и стала думать, что подарить Диме. Ведь день рождения у него завтра… надо будет попросить родителей уйти из дома. Чтобы они не слышали, как Дима будет смеяться над моим подарком… хотя, завтра же понедельник, их и так дома не будет. Через час раздумий начала болеть голова. Я сходила на кухню и налила себе кофе. Тихо сев у окна и поглаживая кота на коленях, я стала наблюдать за восходящим солнцем. Небо окрасила ярко-розовая полоса, которая становилась всё ярче и краснее. И вот, из-за горы выползло яркое солнце… так красиво, сразу становится хорошо на душе. Рождается новый день. - Давно тут сидишь? — послышался за моей спиной сонный голос. Я взвизгнула от неожиданности и выронила кружку. Но успела поймать её у пола. Хорошо, что она была уже пустая. - Чего так пугаешь-то?! — возмутилась я, повернувшись к Диме. Но как только посмотрела на него, вся злость прошла. Он стоял весь растрёпанный и заспанный. Зевая, он сел рядом. - Ну извини. Не хотел пугать. Ты чего не спишь-то? — повторил он вопрос. - Плохой сон приснился. Вот и не спится, — пожала я плечами и расправила на себе рубашку Мити. - Ага, и я - причина твоих кошмаров, — усмехнулся он, смотря в окно. - Нет, — буркнула я. А ведь он был прав. - Ладно, ладно. Будем считать, что я тебе поверил, — хохотнул он. И вдруг хлопнул себя по лбу. Я удивлённо посмотрела на него. - Забыл! С добрым утром! — сказал он и, засмеявшись, обнял меня, и поцеловал в щёку. Так мило, встречаю рассвет с любимым… дядей. - С добрым. Чего это на тебя нашло? — спросила я удивлённо. - Да так, ничего. Просто, раз уж ты знаешь, что я «убийца», то я должен быть вежливым убийцей, — усмехнулся он, наливая себе кофе. Почему-то мне стало так обидно. Я встала и обхватила его талию руками, обнимая сзади. - Не говори так! Ты не убийца! — чуть ли не крикнула я, но вспомнила, что за стеной спят родители, и сдержалась. - Ну ты чего, я же пошутил, — виновато улыбнулся он и обнял меня, прижав к своей груди. Всегда удивлялась, как он так разворачивается, что я не замечаю! - Плохая шутка, — всхлипнула я. - Ну всё, забудь о том, что я рассказал. А то я начинаю думать, что зря сделал это, — сказал он и поднял меня на руки. Он дал мне в руки свою чашку кофе и понёс меня в комнату. Он уложил меня на кровать и забрал кофе. Похоже, он не выспался. Выпив горячего кофе, он посмотрел на меня. - Похоже, ты полностью выздоровела, — улыбнулся он, попивая обжигающий напиток. - Похоже на то, — улыбнулась я, укутавшись в одеяло. Сразу же стала наваливаться дремота. Ну, так всегда, если встанешь очень рано, то потом захочешь спать. - Спи давай. Я сегодня днём кое-куда съезжу. Не теряй меня, — сказал он и зевнул. - Угу, а куда? — спросила я, хотя глаза слипались. - Не важно. Спи, а то весь день проспишь, — улыбнулся Дима и укутал меня в одеяло. Я попыталась возразить и раскутаться, но он прервал мои попытки, сильно сжав меня в одеяле. - Ладно, ладно. Сдаюсь, — слабо улыбнулась я и уснула… Убедившись в том, что Лена спит, Дима вышел из комнаты. Несколько часов спустя. Лена проснулась от запаха свежесваренного кофе. И тут же пошла на кухню. Там мама варила кофе, а Дима сидел на стуле, что-то делая в телефоне. Я села на стул рядом. - Всем доброе утро, — довольно сообщила я, уже предвкушая как буду пить «Арабику». - Доброе, — улыбнулась мама, а Дима чуть ли не подпрыгнул от неожиданности. Странно, обычно его сложно застать врасплох. - Ты уже встала? — почему-то спросил он. Ну что за дурацкий вопрос?! - Нет, блин, я тебе мерещусь! — рассмеялась я. - Ну да, кто же тебя знает, — усмехнулся он. - Бутерброды с чем будете? — прервала нашу «дискуссию» мама. - Я с колбасой! А папа где? — тут же живо отреагировала я. - Папа на работе, опять командировка, — сказала мама, разливая кофе из турки. - Я порежу бутеры, — подал голос Митя и, нехотя положив телефон в карман, подошёл к разделочной доске. - Держи нож, — сказала мама ему и протянула нож для хлеба. Парень покачал головой и достал из кармана джинс складной ножик. - У меня свой есть, — Дима махнул ножом, словно здоровался с нами. Сразу Эммета из «Сумерек» напомнил, тот так же делал, только большим — поварским. Дима усмехнулся, смотря на то, как я нервно сглотнула. - Какой интересный нож. Охотничий. Ты только им не порежься, Мить. Я скоро приду, постарайтесь без меня не натворить дел, — сказала мама с улыбкой и ушла. Она как будто ножа испугалась. - Я не буду есть то, что ты порежешь ЭТИМ! — тут же взвизгнула я, как только за мамой закрылась дверь. - Да чего ты, «это» было давно. Не о чем беспокоиться, — фыркнул Дима, ловко орудуя ножом. - Ну и что! — крикнула я и, сложив руки на груди, надула губки. Дима лишь хихикнул. Мама вернулась из магазина и, войдя в кухню, удивлённо посмотрела на нас. - Чего это с вами случилось? Меня не было пару минут, — переводя взгляд с Мити на меня и обратно, сказала она. - Просто Лена злится из-за того, что теперь я режу хлеб и хожу в магазин, — рассмеялся Дима. - Да? Не знала, что ты это так любишь, Лена, — сказала мама, пожимая плечами. Я чуть ли не зарычала. - И ещё, спасибо тебе, Дима, — сказала Света. - За что?! — тут уже пришло время Димы удивляться. - С тех пор, как ты приехал, Лена стала есть, — улыбнулась она. - А, ну не за что, — хихикнул он. - Ты чего? — удивилась я. - Ничего, — сказал он спокойнее. Интересно, о чём он подумал? Позже мы все позавтракали, в меня всё-таки запихнули пару бутербродов, хотя я не особо-то и сопротивлялась. Стараясь не думать о истории этого ножа, я жевала бутеры, но стоило мне хоть на секунду вспомнить, что было с ЭТИМ ножом, как завтрак тут же просился обратно. Дима поел на удивление быстро. Попрощавшись с нами, он уехал на своём мотоцикле, не сказав ни слова о том, куда едет. Ну и ладно, я пока смогу поговорить с мамой… - Мам, ты ведь знаешь про Диминых родителей, — сказала я как бы случайно. Мама закашлялась, и ложечка, которой она помешивала чай, упала на пол. - Что ты имеешь в виду? — с натянуто-спокойной улыбкой спросила она. Хотя по ней было видно, что нервничает. - Я говорю о том, что своего отца убил Дима, — резко сказала я, и мама вздохнула. - Откуда ты знаешь? — спросила она, смотря на меня каким-то усталым взглядом. - Он сам рассказал мне, — спокойно ответила я, медленно поворачивая в руках чашку чая. - Ясно… что ж, этого следовало ожидать от Димы, — вздохнула мама, убирая со стола. - Эй! Ты так говоришь, словно разговор закончен! — возмущённо выкрикнула я, встав со стула и стукнув кулаком по столу. Сама от себя не ожидала! Что уж про маму говорить. - В смысле? А ты разве ещё что-то хотела сказать? — удивилась мама, повернувшись ко мне. - Да… точнее я хотела спросить… - робко спросила я. Вся моя решимость куда-то убежала… видимо, к Диме. - Ну… спрашивай… — немного сдавлено сказала женщина. Видимо, она тоже боялась моего вопроса. - Почему вы пустили Диму? — тихо спросила я, смотря в пол. - Что? О чём ты? — удивлённо спросила мама, смотря на меня в упор. Я прямо чувствовала её взгляд. - Ну… когда вы увидели Диму в крови и узнали, что он убийца. Почему вы его не испугались? — спросила я смелее, смотря на неё. - Ах, вот о чём ты… - вздохнула мама и села. Она жестом указала мне сесть рядом на небольшой кухонный диванчик. - На самом деле, всё было не так. В ту ночь он вернулся домой очень поздно. Как только я открыла дверь, то увидела на пороге Диму, в руке по-прежнему был зажат нож, во всю грудь кровавое пятно. Я испугалась, что он ранен и тут же отвела его в ванну. Там он рассказал мне о происшедшем и попросил ничего не рассказывать тебе. Ведь ты была ещё совсем маленькой, всего 13 лет. Поначалу, мы с Костей опасались его. Ну мало ли может выкинуть подросток, который уже убил?! Но потом всё успокоилось. Мы похоронили его родителей.… А он всегда улыбался. Мне даже жутко делалось, когда ему звонили по телефону, высказывали соболезнования, а он улыбался. Можно даже сказать, что нам стало легче, когда он уехал… но стоило ему уехать, ты замкнулась в себе. И сейчас мы рады его приезду, рады, что ты в надёжных руках. Мы точно знаем, что Дима не причинит тебе вреда, — улыбнулась мама. Ещё около получаса мы обсуждали это с ней, а потом я ушла к себе в комнату. Ведь мне сегодня ещё идти в магазин за подарком Диме… мама отказалась мне помогать! Вот блин! Ну ничего, я ещё припомню. И мстя (она самая) моя будет страшна.