Мой обожаемый дядя

Сколько я плакала? Я не знаю…, но мне точно хорошо. Дима обнимает меня так бережно, так нежно, словно боится, что я рассыплюсь, если он меня отпустит. Митя сидит на моей кровати, я у него на коленях и плачу ему в грудь. Помню, я попыталась посмотреть на него и из-за пелены слёз увидела лишь болезненное выражение его лица и печальные глаза. Дима, я понимаю, что причиняю тебе боль! Но если я перестану плакать, ты перестанешь меня обнимать… поэтому я буду плакать, пока слёзы не кончатся. Я слишком устала сдерживаться… — Лена, не стоит так убиваться… всё наладится, я обещаю… — прошептал он, поглаживая меня по волосам. В ответ я промычала что-то несвязное и сильнее прижалась к нему. — Ну, Леночка… сколько тебя помню, ты никогда не была плаксой. Ну перестань… я тоже плакать буду, — улыбнулся он, смотря на меня. — Ты хороший… у тебя даже лицо доброе… — всхлипнула я как-то не в тему. Митя помрачнел. — Лен, ты же меня знаешь… ты слышала песню «Lumen — А мы не ангелы»? — спросил он меня. Как ни странно, но я отвлеклась и почти перестала плакать. — Это та… про которую ещё говорят, что её поют «Агата Кристи и Би-2»? — переспросила я, усаживаясь на нём поудобней. — Да, она самая. Ты помнишь припев? — тут же спросил он, смотря на меня. Что-то настораживает меня в этом взгляде. Я быстро прокрутила в голове строки песни и, дойдя до припева, кивнула: — Да… помню… — я поняла, о чём он. Ну в принципе он прав, он не ангел… НО это не значит, что он плохой! — Вот ты и не плачешь, — улыбнулся Дима, проведя по моим щекам кончиками пальцев. Они такие холодные… так приятно. — Да. И всё это началось из-за этой дуры… — начала говорить я, но меня прервал мой телефон: «Долго смотрела в лица, искала принца, сама не рада…». Песня Слот — Лего. Машка мне уже мозг вытрахала! Ну сколько можно! У меня и так нервы расшатаны, да ещё она звонит каждые полчаса! — Дим, я её придушу! — прохрипела я, из-за слёз и переживаний голос сел. — Успокойся, зай, я сам с ней поговорю, — улыбнулся Дима, и только я хотела возразить, как он снял трубку. — Да… нет, Лена не может подойти… она в ванной…, а что передать?.. хорошо. Пока… нет, я всё ещё не могу…пока, Маша! — Дима отключился. — Чего ей было надо? — недовольно буркнула я, смотря на него. — Про лагерь говорила. Ты же с ней туда через два дня едешь, вот она и спрашивала, собрала ли ты вещи, — спокойно пояснил он, перебирая пряди моих волос. — Я не хочу ехать… там скоро начнётся учёба, и я не смогу быть с тобой целый день… — тихо сказала я, смотря на свои ноги и стараясь сделать очень заинтересованный вид. — Надо ехать. Развеешься перед школой, тем более, я тоже ненадолго уеду. Меня друзья из Самары в гости позвали… — улыбнулся он, и я вздохнула. — Ладно, уговорил…, но когда я вернусь, ты обязательно должен быть на месте и встречать меня, — улыбнулась я. Почему-то перед глазами всплыл тот сон… когда Дима разбился. — Обещаю, что буду тебя встречать, — улыбнулся он и чмокнул меня в щёку. — И не езди на мотоцикле! — взволнованно добавила я. Митя удивлённо на меня посмотрел и кивнул. — Хорошо… постараюсь… — он как-то странно на меня посмотрел, я лишь отвела взгляд. Весь день я провела с Димой. Мы обсуждали мою поездку в лагерь и его отдых в Самаре. Я узнала от него, что он едет к другу-гею и его парню. Услышав это, у меня был шок. Я даже испугалась за ориентацию Димы! Но он уверил меня, что едет туда поддержать Ваню (так зовут друга), ведь он хочет признаться родителям о своих «предпочтениях» и познакомить их с Кирой (Кириллом). Убедившись, что Дима нормальный, я, довольная, накормила его пельменями. До сих пор удивляюсь, как он так быстро всё съел! Вот бездонный-то! Со всеми делами мы закончили к вечеру и благополучно устроились на диване. Димка обнял меня за плечи, и мы стали смотреть телик. Там шёл «Comedy Club», и как раз к концу выступления Павла Воли вернулись родители. Нам пришлось тут же прекратить обнимания, и идти их встречать. Мама тут же заобнимала Диму и расцеловала в щёки, папа просто пожал руку и поздравил с двадцатиоднолетием. Я с улыбкой наблюдала за ними. Как же он хорошо смотрится в объятьях и с помадой на щеках. Такой смешной, я прямо заумилялась. — Так, подарком тебе будет квартира… ну, точнее, объединение квартир, и у тебя будет комната. А сегодня будем с тобой смотреть матч. Наши с финами играют! Футбол — игра мужская, — довольно сообщил отец, и Дима довольно кивнул. — Ну, а мы с тобой будем делать салатики, отметим семьёй, так сказать. Дима отказался звать друзей, — сказала мама, как-то печально вздохнув. «Он вчера отметил, хватит с него» хотела сказать я, но сдержалась и, просто улыбнувшись, кивнула. Вечером папа и Дима сидели на диване и смотрели футбол. Таким напряжённым я Митю видела только в парке, когда он Мишу бил! У него даже вены на шее вздулись, а кулаки сжались. Впрочем, у папы был видок почти такой же… Нам в кухне то и дело были слышны крики «Ну, давай же! Мазила! Куда ты прёшь!» Мы с мамой тихо хихикали над этими криками и, почти закончив с готовкой, пришли к ним. Я встала позади Димы, облокотившись о спинку дивана. А мама села на подлокотник с папиной стороны. — Не футболисты, а кучка х… — начал Дима, дёрнувшись вперёд, но мама осадила его, дав подзатыльник. — Не выражайся! — возмутилась она, сложив «руки в бока». Вид у неё был «грозный», но он послушался. — Не футболисты, а кучка хаотично движущихся молекул, — прорычал он сквозь зубы, не отрывая взгляда от экрана. Слова он буквально выдавливал из себя, так и норовя сорваться на мат. Хех, интересная формулировка…. Хотя очень точная. — Сразу видно, что на врача учишься, — довольно сказала мама, словно он был её собственным сыном. — Почему? — Дима впервые за долгое время оторвал взгляд от экрана и уставился на маму. Та же реакция была и у папы. — Ну слова эти умные: молекулы, хаотично… — пожала она плечами, посмотрев на парня, а потом переведя взгляд на мужа. — Ну понятно, — коротко ответил Митя и вновь вернулся к футболу. — Всё, женщина, не мешайся, когда мужики футбол смотрят! А ты, Диман, молодец, я бы такое не смог сказать, — усмехнулся отец. Про маму он сказал шуткой, но с ней такие шутки не проходят… — Щас мужчина кое-чего лишится, — усмехнулась она и хлопнула отца полотенцем по макушке. Тот рассмеялся и чмокнул её в руку. Они начали смеяться и как-то шутить, но я уже не слушала их, я ушла к себе в комнату. Мне кто-то звонил. Песня «Слот — Зеркала» давала понять, что это незнакомый номер. На моих губах всё ещё была улыбка, но когда я посмотрела на экран монитора… улыбка тут же пропала. Этот номер… я знаю его. Я удалила его из памяти, надеясь на то, что он больше не позвонит. Я была уверена в этом! Но… я уже выучила этот номер за пару недель. Это звонил Миша. Описать то, в какой ужас меня погрузил этот звонок, словами нельзя. Тут же перед глазами всплыли картины той ночи в парке. Те синяки на теле… я выглянула из комнаты, ноги тряслись, а тело похолодело. Руки тряслись, а телефон всё звонил и звонил… — Дима… — тихо позвала я, боясь завизжать. Он словно почувствовал меня и резко обернулся. Увидев моё перепуганное лицо, Дима сорвался с места и вбежал в мою комнату, утащив меня за собой. Хорошо, что мамы и папы в гостиной не было. Наверно, на кухне. — Что случилось?! Чего ты так боишься?! — тут же взволнованно спросил Дима, придерживая меня, потому что я начала падать. — Это он Дима, Дима, это МИША! — чуть ли не завизжала я. Страх… какой-то животный страх пронзал меня. Даже ноги отказывались держать. Мне было так холодно и страшно. Дима весь напрягся, прижав меня к себе, забрал телефон и нажал на «приём». — Слушаю… (Кстати, песня «мы не ангелы» не в моём любимом стиле, но почему-то зацепила))