Мой обожаемый дядя

Вот и прошёл этот день, этот замечательный день перед каникулами. Обидно, что вчера пришлось спать одной в своей комнате. Мама с папой вернулись поздно, когда я уже спала. Мне пришлось засыпать у себя, ведь у мамы есть привычка заходить в комнату перед сном. Ну ладно, один день ничего не сделает. — Вставай давай, ты постоянно задумываешься, — улыбнулся Дима, сидя на моей кровати. Я села и обняла его за шею. — Доброе утро, — улыбнулась я. После вчерашнего «доброго утра» было так хорошо, вот только у меня уже на пять дней задержка… ладно, пока не буду поднимать панику. — Доброе, одевайся, скоро в школу, — он поднял меня на руки и понёс в ванну, я рассмеялась, болтая ножками. — Ну и как это называется? Я же и сама ходить могу! — смеялась я, обняв его за шею. — А мне скучно, так что не обольщайся, и не забудь, в школе я просто твой дядя, — он легонько щёлкнул меня по носу и поставил на ноги. — Знаешь, я кое-что вспомнила, ты меня так же на руках носил, когда я ходить не могла… — я прикусила губу, не хотелось это вспоминать, а тем более напоминать Диме. — Да, я помню, — ответил он и, обняв меня, поцеловал. — Митяйка, ну я же не одета, — смутилась я. Он прижимал меня так крепко, что наверняка чувствовал мою грудь. — Митяйка? Давно ты меня так не называла, — усмехнулся Дима и вновь поцеловал меня. Гадёныш, знает же, что я не смущаюсь только в постели, и пользуется этим. — Ну всё, отпусти, я ещё не умывалась, — улыбнулась я, отталкивая его и пряча лицо, чтобы скрыть смущение. — Ну нет, теперь… — он не успел договорить, его телефон зазвонил. — Считай, что тебе повезло, — улыбнулся он мне и вышел. Я включила воду и в процессе умывания слышала его разговор, правда, совсем чуть-чуть, ведь он меня не интересовал. Дима меня любит, и я ему доверяю, особенно после тех слов, которые он сказал своему другу по телефону… — Здравствуйте. Он самый. Выписали? Как так?! Ясно. Ну что же, я рад. Спасибо за звонок, — видимо, на этом разговор прервался, потому что Дима замолчал. Когда я вышла, он сидел с задумчивым видом и гипнотизировал дверь ванной. Пальцы были сцеплены в замок, а взгляд такой, словно он пытается прожечь дверь насквозь. — Ди-и-им, я уже вышла, — обеспокоенно сказала я, смотря на парня. — Угум. Отлично, — сказал он, оживлённо улыбнувшись. — Одевайся и поехали, а то опоздаем. У тебя, кстати, сегодня четыре урока, Еленки в школе нет, она на курсы поехала, это я ещё вчера узнал, но забыл сказать, — сообщил мне Дима, и я, счастливая, понеслась в комнату. Я конечно была рада, что мало уроков, но оставлять Диму одного в этой школе среди толпы старшеклассниц выше моих сил! Ну, зато побыстрее отвяжусь от Никиты. Он хороший, но мне жалко его. Он ведь, вроде, любит, а я с ним так по-свински. Это очень плохо. И ещё, у меня не выходит из головы, почему Дима так переживал? — Я готова! — с этими словами я вышла в коридор. — Ну всё, едем, — улыбнулся Дима и, чмокнув меня в губы, повёл на улицу. Я хочу большего, но сказать стыдно. В школе мы быстренько разбежались, а, точнее, Митя сбежал от меня, сказав что-то вроде «Никуда не уходи из школы», ну или что-то вроде того. — Лена! Лена! Я тебя тут жду! — закричала мне Катя с нашего законного последнего места. — Иду, иду, не кричи, — улыбнулась я и села к ней. — Сегодня четыре урока! — торжественно сообщила она мне, я улыбнулась. — Я уже в курсе. Ещё новости? — спросила я с лёгкой издёвкой. — Эм, ну, Никиты в школе нет, — пожала она плечами с меньшим энтузиазмом. — Как нет? А куда он делся? — заволновалась я и полезла в карман джинс за телефоном… — Алло, Никит, ты где? — спросила я. Он взял трубку с первого гудка. — Угадай, — усмехнулся он. — Не смешно, а ну быстро говори! — и тут кто-то обнял меня за плечи и прошептал: — Всё равно не скажу, — я оттолкнула этого «кого-то» инстинктивно, мне были противны чьи-либо прикосновения, кроме Диминых. Сзади меня стоял Никита, видимо, он только с улицы, потому что нос и щёки красные. Он был немного растерян от того, что я его оттолкнула. — Стоило немного опоздать, и ты уже переживаешь, — самодовольство так и прёт. — Ну, знаешь ли, — фыркнула я, отвернувшись. Только бы не подумал, что я заигрываю! Слава богу, спасительный звонок, и разочарованный Никита идёт на место, а оно рядом с нашим. После уроков я собиралась к Димке. Ну, а что? Даст мне вкусную витаминку на халяву. — Лена, подожди. Я хочу с тобой поговорить, — меня догнал Никита, ну, как всегда вовремя. — О чём? — спросила я, остановившись. Я скорее хочу к Мите, а тут этот. — Ну не здесь же. Давай погуляем? Сегодня уроков мало, у нас ещё много времени, — вот блин, спалил мою обычную отговорку. Я всегда говорила, что мне нужно уроки делать, а сейчас начало четверти, и он не поверит. — Ладно, только я к Димке зайду, — с этими словами я быстро пошла в мед. кабинет, разумеется, мой недо-парень пошёл за мной. У Димы как всегда много пациентов, но увидев меня с Никитой, он усмехнулся: — Вам снова кушетку одолжить? — он говорил это, смотря на Никиту, словно хотел ущемить его. Если бы ситуация была другая, я восприняла бы это на себя и обиделась. — Мить, я пошла с Никитой погуляю. Я быстро, туда и обратно, — улыбнулась я, глазами говоря ему, что совсем не хочу идти. — Хорошо, но будь осторожна, иди сюда, — сказал «дядя», подходя к шкафу с таблетками. Он дал мне мою любимую витаминку и шепнул: «Его выпустили». Я не поняла, о ком он, но, видимо, он не хотел, чтобы ещё кто-то знал об этом. Никита заметил, что мы шушукаемся, и громко сказал: — Дмитрий, вы мне недавно про нарушение закона говорили. Что вы имели в виду? — спросил он с ехидной ухмылкой. Вот гадёныш, видит же, что в комнате полно народу. — Ах, ты об этом! Я тогда имел в виду, что если ты хоть пальцем тронешь мою племянницу, я не посмотрю на закон и оторву тебе руки. И ещё, если ТЫ нарушишь закон в отношении Лены, я тебя просто убью, — последнее Митя сказал с милой улыбкой. Я была в шоке и все присутствующие тоже. — Ладно, — раздражённо сказал Никита, и я, чмокнув Диму в щёку, ушла. Выходя из комнаты, я слышала шептание девушек: «Какой заботливый! Какой милый! Хочу быть его племянницей» и т.д. — Так зачем мы уходим? — спросила я у парня, когда мы были уже далеко от школы. Тут было много магазинчиков и кафешек, народу много и все куда-то спешат. — Просто не хочу говорить там, где он, — фыркнул Никита. О ком говорил Дима? Его выпустили, выпустили, выпустили. Кого могли выпустить? Преступника? Его выпустили из тюрьмы? Но я не знаю никого из «таких». Выпустили. Выпустить можно из школы, из цеха, из плена. Стоп! Я знаю, кто это, нет, снова ушло. Ну вертится на языке! — Ты меня вообще слушаешь?! — возмутился Никита. — Прости, я задумалась, — виновато улыбнулась я и увидела в толпе людей блондина. Это он, о нём говорил Дима. Блондин смотрит на меня в упор хищным взглядом и ухмыляется. Ошибки быть не может, только от этого взгляда меня сковывает и бросает в дрожь. Это он, Миша, смотрит на меня…