Insane

Аудитория стремительно пустела, и тишина уже начинала давить на уши, заставляя сердце биться о грудную клетку в разы быстрее. Рейчел знала, что Куинн непременно останется после занятий, нарочно медленно собираясь и ожидая, пока остальная группа покинет просторный зал, спеша оказаться дома. Берри стояла у станка, непрерывно наблюдая за тем, как молодая блондинка провожает взглядом одногруппниц и едва заметно улыбается, когда дверь с привычным грохотом закрывается, оставляя их наедине. Эти стены хранят слишком многое для несчастных шести месяцев, и Фабрей действительно искренне радуется тому, что никто не может выдать их тайну. Она делает короткие шаги вперед, медленные и грациозные, подобно кошке, крадущейся к своей добыче, и с каждым движением ощущает приятное трепетание в груди и нервное покалывание в кончиках пальцев. Рейчел замирает, когда Куинн подходит к ней так близко, что сбившееся, все еще не восстановившееся после утомительных занятий, дыхание касается ее губ. Жжется, дразнит. Брюнетка выжидает, она всегда делает это, думая о том, как далеко может завести их эта игра, и тот факт, что их могут заметить в любую минуту, лишь раззадоривает их желание. Фабрей заглядывает в темные, чуть уставшие, глаза и видит в них то, что мечтала видеть с самого детства – восхищение. Берри внимательно осматривает самодовольное лицо блондинки, и затаивает дыхание, когда губы Куинн в каком-то неестественно нежном порыве прижимаются к ее собственным, в ту же секунду заставляя приоткрыть губы навстречу. Девушка прижимается ближе к горячему и влажному телу Рейчел, обвивая ее руками и принуждая сократить расстояние. У обеих сердце колотится так быстро и громко, что Фабрей на сотую долю секунды думает о том, что все могут сбежаться лишь на этот стук, что отдается эхом в пустой аудитории, но эта мысль практически тут же покидает ее голову. Виски начинают пульсировать, а тянущее желание наполняет низ живота, и когда губы Куинн сползают на шею, страстной порыве прикусывая влажную кожу, Рейчел хватает ее за плечи, благоразумно напоминая: - Не здесь… Эта система настолько заучена, что Фабрей нечленораздельно соглашается, и почти добравшись до груди, отрывается, вглядываясь в кофейные глаза и находя там беспокойство. Как будто все это не могло происходить на самом деле… Но это было. Когда Куинн затихла и остановилась, брюнетка слышала оживленные разговоры за дверью, юный девичий смех, жизнь стремительно кипела вне этой аудитории, где время останавливалось каждый раз, когда оставалась Фабрей. Блондинка выжидающе смотрит на учительницу, после чего делает шаг назад, разворачиваясь, чтобы забрать свою сумку и переодеться в раздевалке. Все это время в помещении слышны лишь негромкие шаги девушки, и уже у двери, почти уходя, она разворачивается к Рейчел, чтобы по старой доброй традиции предупредить: - Встретимся в машине. И Берри никогда не понимает, зачем Куинн делает это, ведь даже если та не напомнит ей об этом, брюнетка все равно будет ждать ее, пока ее ученица выйдет из здания университета, поправляя сумку и ища машину, в которой сидит Рейчел, нетерпеливо сжимая руль. Ей совсем не хочется, чтобы кто-то обращал внимание на то, что она всегда уезжает с Фабрей и дарит улыбки, предназначенные только ей. И когда Куинн замечает ту самую машину, она оглядывается по сторонам, дабы убедиться в том, что никто не наблюдает за ней, после чего стремительно подлетает к авто, запрыгивая на переднее сидение и откидывая сумку назад. Ей нестерпимо хочется снова прижаться к пухлым губам девушки, и иногда у нее получается это, что вызывает у Фабрей идиотскую довольную улыбку, а у Рейчел укоризненное выражение лица, но Куинн не обижается, она знает, что это все временно… В их комнате достаточно темно, и света хватает лишь для того, чтобы рассмотреть лица друг друга, но им это не так нужно. По крайней мере, не сейчас. Фабрей лежит на широкой, со смятыми простынями, постели, подложив руку под голову Рейчел, и обнимает ее. Брюнетка сама не понимает, почему теперь чувствует себя маленькой, незащищенной девочкой, лежа в объятиях девчушки, которая на несколько лет младше ее. Она мирно лежит, прикрыв глаза и наслаждаясь теплым ароматом, исходящей только от кожи Куинн, обвивая ее талию рукой и водя пальчиками где-то под грудью, что тяжело вздымается и опадает каждый раз, когда все заканчивается так бурно. Фабрей никогда не считает сколько дней они вместе только потому, что в ее памяти Рейчел всегда была с ней, даже когда не подозревала о том или делала вид, что не понимает того, что испытывает к ней Куинн. Вероятно, Берри просто наивно думает о том, что маленькие дети не способны на любовь, или как-то неправильно ее выражают, или просто путаются в понятиях - это совершенно неважно. Брюнетка безмолвно благодарна за то, что у нее есть, поэтому, никогда не прерывает упоительные моменты вроде этого, блаженно закрывая глаза и слушая дыхание Куинн, что касается губами ее макушки и дышит куда-то в волосы. - Рейч, - тихим охрипшим голосом, шепчет Фабрей, привлекая внимание девушки. - М? – Берри блаженно мычит, все еще не открывая глаз и ближе прижимаясь к теплому телу. - Ты ведь знаешь, что я тебя никогда не оставлю? Брюнетка не понимает и совсем не хочет разбираться в том, почему от этих слов у нее пробегают мурашки по всему телу. Она не хочет этого знать. Ей достаточно одного – она знает, что Куинн ее не оставит, поэтому, вместо очевидного ответа, Рейчел чуть приподнимается, наклоняясь к блондинке и щекоча ее кожу волосами, после чего совсем невесомо и мягко касается ее губ, прижимаясь к ним, как к последней надежде… Ведь это так необходимо – чувствовать себя живой в этих объятиях.

***

Куинн было десять, когда она стояла за дверью кабинета, в котором проходили занятия по балету, и ее взгляд был точно устремлен на смуглую девчонку из средней школы, что старательно повторяла движения за учителем, каждый раз закусывая губы, когда у нее что-то не получалось. В ее движениях было столько грации и легкости, что Куинн никак не могла оторвать своего взгляда, иногда она стояла под дверью целое занятие, молча наблюдая за тем, как занимается группа, и непременно ища глазами ту, одну. Ее звали Рейчел Берри, и Фабрей не знала о ней слишком много, лишь тот факт, что девчонка была подругой ее старшей сестры и занималась балетом. Ее стройное тело обтягивал черный купальник, чуть подчеркивая небольшую грудь. Волосы были туго связаны на затылке в пучок, делая ее лицо более вытянутым и привлекательным, на котором эмоции сменялись так быстро, что маленькая Куинн не могла восхищенно не вздыхать. Рейчел была тихим подростком, и, не смотря на желание быть похожей на нее, блондинка точно знала – вырастет она совершенно другой. Родители не раз говорили про ее жесткий, немного мальчишечий характер, умоляя девочку быть чуточку женственней и не бить других девочек, которые не хотят делиться с ней мороженным. Старшая сестра Куинн – Чарли всегда называла ту то чудовищем, то монстром, демонстративно делая вид, что сестры у нее не существует, так что если маленькая Куинн решалась подойти к той, дома бы у нее возникли большие проблемы, а может, и не виду друзей Чарли. Старшая сестра была совсем не похожа на Куинн, разве что глаза были такого же ясно-орехового цвета, губы чуть уже, волосы намного темней, да и форма лица была не такая утонченная. Блондинка тогда еще не понимала, за что старшая сестра так злится на нее, но чуть позже она стала осознавать какую-то ревность и зависть со стороны Чарли, которой важно было быть лучшей, гоняясь за репутацией так же стервозно и самозабвенно, как Куинн наблюдала за Рейчел, в те моменты, как брюнетка занималась в наполненной школьниками аудитории. Берри было шестнадцать и балетом она занималась с тех пор, как пошла в школу. Поначалу это было просто хобби и занятие, за которое можно убить время, но впоследствии она уже не могла представить себе наиболее приятного занятия. Хотя для девственницы это вполне оправдано. С Чарли Рейчел познакомилась совсем недавно, когда пришлось перейти в другой класс. Не то чтобы брюнетка не знала Чарли Фабрей, но когда девушка сама вызвалась познакомить со всеми одноклассниками, Берри была поражена. Тогда, после уроков, она спросила, почему та вообще помогает ей, на что получила вполне разъяснительный ответ: «Ты – надежда балета нашей школы, пройдет еще несколько лет и тебя узнают за пределами нашего несчастного штата, а ты ведь знаешь, как важна для меня репутация, поэтому, теперь мы подруги». Сначала это пугало, в плане того, что дружба получалась по какой-то надобности и взаимовыгоде, а потом они действительно стали привыкать друг к другу, делиться секретами и ходить вместе по магазинам, как делают настоящие подруги. И Рейчел знала достаточно о Чарли, за исключением того, что у нее есть сестра… Вышло это совершенно случайно, когда брюнетка выходила из балетного зала и спешила в столовую, где подруга обещала подождать ее, чтобы пообедать вместе. Чарли действительно ждала ее, а около нее вертелась светволосая девчушка, недовольно дергая ту за край платья и умоляя купить шоколадку. - Чарли! – едва не хныкала та, силой впиваясь в руку девушки. – Чарли! Ну я прошу всего лишь маленькую шоколадку… - Проваливай, мелкая… - раздраженно отпихнула сестру Фабрей, заметив приближающуюся Рейчел, - все, скройся… живо! Куинн подняла свои глазки и наивно захлопала ими, когда Берри подошла так близко. Она впервые столкнулась с брюнеткой практически нос к носу, не важно, что блондинка слегка не дотягивала, но ее маленькое сердечко забилось так быстро, что она словно позабыла про святое правило, которое придумала Чарли – никто не должен знать, что у нее есть сестра. И словно подслушивая эти мысли, Рейчел спросила: - Что за милая малышка просит у тебя шоколадку? – она даже нагнулась к Куинн, растягиваясь в улыбке. - Я сестра этой мисс недотроги, - корчит рожицу блондинка, кивая на Чарли, - меня зовут Куинн… Брюнетка улыбается, поглядывая на недовольную подругу, которая, кажется, выходит из себя и кого-то ждут большие неприятности. - А я… - Рейчел, - продолжает за Берри девочка, - я знаю… - Довольно, иди! – неожиданно прерывает речь своей младшей сестры Чарли, уже подталкивая ту к выходу, и Куинн знает, что лучше не сопротивляться той, а лучше запереться дома в комнате, чтобы избежать криков и побоев. Но прежде чем окончательно покинуть столовую, она все же оборачивается, показывая шатенке язык и корча рожицу, а переведя взгляд на Рейчел добродушно машет рукой и едва не впечатывается в дверь, не в силах отвести взгляд. Рейчел Берри была для нее практически эталоном: красивая, умная, пластичная, за ней было так приятно наблюдать и мечтать о том, что когда-нибудь станешь такой же. Едва ли Куинн могла объяснить ту потребность общаться с девушкой намного старше ее самой, но она просто чувствовала это, боясь сказать Чарли, потому что точно знала – она выйдет из себя. Но младшая Фабрей не была бы собой, если бы не была смекалистой и хитрой, перед сном обдумывая план, как подобраться ближе к Рейчел. Это была среда, один из тех дней, когда Берри занимается после занятий балетом и Чарли, наконец, выпускает девчонку из поля своего внимания. Куинн, спрятавшись за углом, наблюдала за брюнеткой, что так спешила скорее оказаться в раздевалке и приготовиться к занятиям, она, казалось, была настолько одержима этой мыслью, что иногда не замечала идущих навстречу людей, задевая их плечами, отчего приходилось поправлять сумку снова и снова. И когда Рейчел, наконец, зашла в раздевалку, маленькая Фабрей подобралась ближе, затаившись напротив аудитории и присаживаясь на скамейку, наблюдая за тем, как девочки медленно подтягиваются. Перед глазами мелькнула преподавательница, заходя в класс. Значит, занятие сейчас начнется. Куинн по старой привычке наблюдала за балеринами, что старательно выполняли какое-то движение раз за разом, и нужно было признать, что Рейчел нервничала больше, чем обычно, время от времени сбиваясь с такта. Было видно, что это движение, а как впоследствии оказалось – и номер, давались ей с трудом. Девочка болтала ногами, закусывая маленькие губки и дожидаясь, пока Берри закончит, ведь для нее был приготовлен особый план. Заметив, что занятие должно скоро окончиться, Куинн стремительно подорвалась со скамейки, спеша в раздевалку и проходя мимо аудитории так тихо и незаметно, как только могла. Найти вещи Рейчел не составляет никакого труда, ведь ее сумка всегда пестрит, по крайней мере, в глазах восхищенной девочки. В любом случае, на сумке висит небольшая золотая звездочка, что просто кричит о том, что ее хозяйка – сама Рейчел Берри. Заметив рядом аккуратно сложенные вещи и заколки, Куинн быстро схватила в руку одну из них и мигом вылетела из раздевалки, боясь попасться кому-либо на глаза. Дело оставалось за малым – дождаться брюнетку и сделать из себя героя, ведь в маленькой голове Фабрей столько хитрых мыслей. И вот, когда Берри, наконец, вышла, блондинка чуть позволила ей пройти, почти доходя до конца коридора, после чего рванула за ней, сжимая в кулачке заколку: - Рейчел, - крикнула она в спину девушке, резко заворачивая на углу и едва не падая. Та удивленно обернулась, застыв, и чуть приподняла бровь, пытаясь понять, что происходит. Лицо ее было вымучено изнурительной тренировкой, да и вообще не очень-то было похоже на то, что она довольна тем, как прошло занятие. А может, она всегда такая. Куинн не знала. Сделав еще несколько уверенных шагов навстречу, девочка смущенно подняла глаза: - Ты, кажется, обронила заколку, когда шла на занятия, - Фабрей протянула кулачок, открывая его, - я случайно заметила ее, но ты уже зашла в раздевалку… - Ты ждала меня все занятие, чтобы передать заколку? – Рейчел добродушно усмехнулась и, шагнув вперед, осторожно взяла с ладошки аксессуар. Блондинка смущенно кивнула, почувствовав, как от улыбки ее любимицы сердце забилось волнительно быстрей, заставляя забыть все заученные слова, к которым она так готовилась. В коридоре никого не было, и маленькая Куинн почему-то чувствовала себя смущенно, стоя здесь с Берри – одной из самых видных девчонок школы, которая, к тому же, на шесть лет старше ее. Рейчел смотрит на нее с непониманием, все еще думая, что это выглядит немного глупо – их затянувшееся молчание и смущенно опущенный взгляд в пол малышки, которая совсем не выглядит таковой. - Это очень мило, Куинн, - наконец, подала голос девушка, закалывая непослушную челку заколкой, - а где Чарли? Она заберет тебя после школы? - Нет, мы редко возвращаемся вместе… - поджала губы блондинка, - но, если ты не против, мы можем пойти вместе, наш дом ведь в одной стороне? - Конечно! Тебе не стоило оставаться здесь, чтобы прождать меня все занятие, - подытожила Рейчел, уже направляясь к выходу с Фабрей, которая сияла, как начищенный самовар, - ты просто могла бы передать заколку Чарли, а она отдала бы мне ее. Девочка пожала плечами, дожидаясь, когда брюнетка наденет свою куртку. Первую часть дороги до дома они шли практически молча, Берри иногда проверяла рядом ли малышка, словно так боялась, что та потеряется или отстанет, ведь на улице давно стемнело. Куинн же до сих пор не могла поверить, что она идет рядом с брюнеткой, достаточно близко, чтобы в любой момент коснуться руками, но эта мысль почему-то так пугала и заинтересовывала ее одновременно, что она решила отложить этот шаг на другой день. Почему-то блондинке нестерпимо захотелось поговорить с Рейчел, она не казалась ей плохой, наверное, именно поэтому, Фабрей сделала вывод, что девушка не станет делать вид, что ей не интересны разговоры с такими, как Куинн. - Давно ты занимаешься балетом? – Тихо спросила девочка, злясь на то, что ее дом будет уже так скоро и придется попрощаться с Рейчел. - С младшей школы, - с улыбкой ответила та, - я была еще младше, чем ты… и начала мне не безумно нравилось это, но потом как-то влилась… - Тебя называют единственной надеждой школы, думаю, это не просто так… у тебя наверняка талант, - протянула Куинн, кутаясь сильнее в куртку, - мои родители часто говорят Чарли о том, что ты такая хорошая, и Чарли должна относиться ко всему серьезней, потому что еще несколько лет и у нее будут выпускные экзамены… ну, ты знаешь… Берри беззлобно засмеялась, и, найдя рукой светлую макушку, чуть потрепала ее. - Сколько тебе лет, Куинн? - Десять… - Знаешь, ты совсем не рассуждаешь, как десятилетний ребенок. - задумчиво протянула Рейчел, кинув взгляд на девочку, что широко улыбнулась ей. – Чарли хорошая и умная тоже, просто она не нашла для себя то, чем могла бы заниматься и искренне любить это… «А я уже нашла, кажется, это занятие» - про себя подумала Фабрей, - «Наблюдать за тобой именно то занятие, что мне нужно… но если я хочу быть ближе к тебе, мне нужно быть не за той дверью аудитории, просто смотря, как ты выполняешь эти упражнения, мне нужно быть ближе…». - Рейчел… - Куинн остановила девушку, заставив взглянуть на себя, - мы пришли… спасибо, что составила мне компанию. Иногда мне страшно возвращаться домой, но родители не всегда бывают свободны, чтобы забрать меня, а Чарли до меня нет дела, так что… спасибо. Маленькая блондинка улыбнулась, чуть поежившись от холодного вечернего ветра. И в темноте, при свете уличных фонарей, она выглядела еще милей: щеки и нос стали красными, а волосы чуть растрепались, но широчайшая искренняя улыбка все еще украшала ее лицо, делая малышку настолько умилительной, как это только могло быть. - Не за что, Куинн, - Рейчел махнула рукой, вслед удаляющейся фигуре, - будь осторожна! И спасибо за заколку…