Insane

Куинн не может найти себе место следующие несколько дней, самозабвенно наблюдая за каждый шагом Рейчел, ходя следом, как хвостик и молясь лишь об этом – чтобы Чарли не заметила ее. В последние дни старшая сестра была не в лучшем расположении духа, а с тех пор, как узнала об истории с заколкой, казалось бы, и вовсе вышла из ума. Куинн помнила тот вечер, когда шатенка ломилась в ее дверь с криками не трогать ее и ее друзей, и словно Берри была какой-то особенной для нее. Впрочем, девочке было все равно. Она даже умудрилась выкрасть какую-то фотографию Рейчел из комнаты сестры, повесив ее к себе на стену и украсив вокруг звездочками и сердечками. Это было похоже на какой-то алтарь, и Куинн сама не до конца осознавала, что так сильно тянуло ее к брюнетке, девушке, которая на шесть лет старше ее. Рейчел как всегда выглядела превосходно, даже не учитывая тот факт, что старшие классы всегда дурачились над ее юбками и гольфами, от которых Фабрей сходила с ума. Она всячески старалась подражать той, поэтому стала носить похожие чулочки и даже выпросила у мамы купить ей новый свитер с оленями. Ей хотелось быть Рейчел номер два, такой же талантливой, красивой и умной. Это случилось после обеда, когда был самый длинный перерыв и все школьники просто расслаблялись. Куинн сидела в углу коридора, наблюдая за ребятами и девчонками, яростно обсуждающих что-то, как внезапно до ее уха донеслась знакомая фамилия. Фабрей прислушалась, и даже спрыгнула с лавки, чтобы подойти ближе. Ее одноклассницы обсуждали Рейчел, так же вздыхая, как и сама блондинка, восхищаясь ее игрой в театре, ее популярностью. Куинн сама не могла объяснить себе, почему ее так задевали слова других, и какое-то собственническое чувство всколыхнулось в груди, заставляя повторять про себя, словно проклятой: «Рейчел только моя… моя… моя…». Заметив блондинку, несколько ее одноклассниц обернулись, недовольно наблюдая за тем, как подслушивает девчонка. - Проваливай отсюда, Фабрей, и хватит подслушивать наши разговоры! – одна из них сложила руки на груди, выходя вперед. Явный лидер среди остальных. Куинн знала ее, потому как не раз приходилось получать ее маленькими кулаками по всему телу, и давая нагоняй в ответ. Блондинка усмехнулась, гордо задирая подбородок, и никак не могла не вставить: - Рейчел поможет мне заниматься балетом. Реакция была невероятной: сначала все затихли, как-то с недоверием покосившись на девчушку, после чего раздался дружный смех, а та, что была главной, язвительно цокнула языком: - Тебя-то даже собственная сестра сторонится, Фабрей… проваливай отсюда и не смеши нас! И тут-то в голову и пришла та мысль, что ее кулаки давно чесались, да и время самое подходящее. Чувствуя вскипающую кровь и раздражение, Куинн резко сократила расстояние, практически напрыгивая на несчастную девчонку, что совсем не ожидала подобного. Пальцы вцепились в волосы, заставляя ту противно хныкать и начать отбиваться. Странно, что остальные дети оставались в стороне, не пытаясь растащить дерущихся, они лишь выкрикивали, что-то вроде того, что девочки должны остановиться. Но Фабрей не хотела отпускать это все на произвол судьбы, чувствуя, что не заслуживает такого обращения, к тому же, на секунду в ее голове промелькнула мысль о том, что Рейчел действительно не захочет возиться с ней. Ведь она не обязана… к тому же, она старше, умнее. Зачем ей Куинн? - Куинн! – голос Берри разносится сзади. Взволнованный и настойчивый, но от этого пальцы блондинки сильнее впиваются в девчонку, чтобы ты знала – Рейчел только ее, раз и навсегда. - Что ты творишь? – а это голос Чарли, и, по всей видимости, именно ее руки тянут за свитер назад. Ее голос холодный и мерзкий, совсем не взволнованный, в отличие от брюнетки. Ее руки требовательно хватают за шкирку, как маленького котенка, и только тогда Чарли видит… - Еще чего не хватало… Кажется, Куинн только тогда проводит рукой под носом и замечает кровь на своих кулачках. Она сама не понимает, почему слезы наполняют ее глаза, и дело совсем не в боли, но заметив взгляд Рейчел, она тут же берет себя в руки, зная, что показывать свою слабость перед ней точно не станет. Брюнетка смотрит на нее так тепло и действительно с какой-то заботой, что Куинн на секунду проклинает то, что Чарли ее сестра. - Закрой нос и живо иди к врачу, у меня урок… - даже судя по тону старшей Фабрей, она не особо обеспокоена происходящим, лишь подталкивает младшую сестру в сторону кабинета. Куинн морщится от ноющего ощущения после нескольких ударов и поднимает взгляд на Рейчел, которая тут же начинает суетиться: - Я отведу ее, у нашей группы все равно сейчас окно, - протягивает та, глядя на подругу, - я думала посидеть в библиотеке, но могу отвести Куинн к врачу, без проблем… - Рейчел! – Чарли непонимающе смотрит на брюнетку, не понимая, откуда в той столько заботы. - Все в порядке, честно, - брюнетка улыбается, беря младшую Фабрей за руку, - Куинн, закрой нос, ты закапала кровью весь пол… - и вновь оборачивается к шатенке, - иди на уроки, я все улажу с твоей сестрой… И не дожидаясь ответа той, Берри, все еще держа девочку за руку, удаляется. Куинн чувствует, как сильно и быстро бьется ее сердце, когда теплая рука Рейчел держит ее ручку и почему-то не отпускает, и такое живое тепло наполняет ее тельце, ощущая девушку совсем рядом. Брюнетка молчит, лишь изредка поглядывает на девочку, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, и только дойдя до кабинета врача, она облегченно выдыхает. - Мисс Кёртис, вы не могли бы осмотреть Куинн? – тихо спрашивает Берри, входя внутрь. Женщина тут же подрывается со своего стула, спеша навстречу к девочке, и, заметив кровь, сочащуюся сквозь пальцы, достает несколько кусочков льда, обматывая их в платок и прикладывая к носу блондинки. Та чуть хмурится, чувствуя легкое жжение где-то в области брови, а еще у нее болит голова, ведь та девчонка не хило потягала ее за волосы, и Куинн действительно молилась за то, чтобы у нее не вырвали целые клоки волос. - Как всегда, - сочувственно кивает головой мисс, переводя взгляд с маленькой Фабрей на Рейчел, которая обеспокоенно наблюдает за девочкой. Она подходит ближе, касаясь покрасневшего места над светлой бровью, и едва проводит пальчиками, слыша, как всхлипывает Куинн. - Кажется, у нее может быть шишка… подержи лед здесь, - Берри легко отстраняет руку блондинки, перемещая ее выше. Кровь из носа как раз перестала идти, но судя по выражению лица девочки, меньшей болезненности ей это не принесло. Она старалась держаться, закусывая маленькие губки и смотря куда-то в сторону. Куинн было странно знать, что Рейчел сейчас с ней, она действительно беспокоится и не бросает Фабрей в самый неподходящий момент, как всегда делала это Чарли. - Спасибо, мисс. - благодарит докторшу брюнетка, выводя девочку за руку из кабинета, и после того, как дверь захлопывается, обращает на нее внимание. – Сильно болит? - Не очень… - супится Куинн, не поднимая взгляд с пола, ей отчего-то стыдно, но отпускать руку Рейчел она не намерена, чувствуя, как сильный пальцы чуть сжимают ее ручку, одаривая их теплом, которого блондинка всегда была лишена. – Спасибо… Время тянется для Куинн слишком медленно, лишая возможности подобраться ближе к Рейчел, заставить ее полюбить себя, заставив скучать по ней каждый раз, когда она закалывает заколкой непослушные локоны. Фабрей чувствует себя маленьким маньяком, наблюдая за брюнеткой каждый день, изредка подлавливая ее в коридорах, пока поблизости нет Чарли, которая стала бы кричать на блондинку, а дома устроила бы полный нагоняй, ведь она и так заметила, что фотография Рейчел пропала из ее комнаты, и сделать это мог никто иной, как ее младшая сестра. В один из таких прекрасно-мучительных дней, Куинн вновь подловила Берри около ее шкафчика, не желая больше оттягивать момент, когда они смогут находится ближе чаще. Зная, что другого выхода и повода у нее нет, блондинка рассказала девушке о своем намерении записаться в балет, в свою очередь, выслушивая восхищенные вздохи Рейчел. Вот, чем можно было увлечь ее. Балетом. Берри была словно одержимой, готовой разговаривать об этом часами, забывая даже про Чарли, уроки и все важные дела, которые были в ее плотном расписании. Поэтому, когда Куинн поделилась тем, что решилась записаться в кружок, брюнетка была искренне рада, и даже притянула к себе девчушку, порывисто обнимая ее за плечи. Она поделились с Фабрей тем, что вскоре у них готовится выступление для школьного спектакля, и может быть у нее будет шанс поучаствовать в какой-нибудь небольшой роли, только если та приложит все усилия для этого. И Куинн старалась. Очень старалась. Она помнила, как первый раз зашла в аудиторию, наполненную девочками, которые разминались и ждали преподавателя. Чешки немного жали, и честно говоря, блондинка была несколько удивлена тому, что поначалу все занимаются в чешках, не переобувая пуанты, а ведь именно на это повелась девочка, глядя на грациозную Рейчел. Занималась она усердно, чувствуя, как боль сковывает мышцы, как дико ноют ноги после изнурительных тренировок, но самым обидным было то, что Куинн понимала – ей дается это нелегко. После очередного занятия, измотанная и уставшая, она плелась в раздевалку, заметив там Берри. И брюнетка тоже заметила ее, широко улыбнувшись. - Ну, как проходят занятия? – поинтересовалась она, наблюдая за тем, как Фабрей нехотя скидывает с себя чешки и откидывает носочки в сторону. - Наверное, это просто не мое, - с грустью замечает девчонка, кидая мимолетный взгляд на Рейчел, которая, казалось бы, обеспокоена блондинкой не меньше, чем своими занятиями. - Брось, у меня тоже сначала не получалось, это придет со временем, - обещает та, подсаживаясь ближе и садясь на корточки, - скоро ты наденешь пуанты и будешь одной из лучших, вот увидишь… главное, очень этого хотеть. Светлые глаза уставились в карие, со всей присущей им наивностью и восхищением. Маленькие розовые губки чуть поджались, когда Берри легонько коснулась лица Куинн, ведя пальчиками по теплой щечке. Сердце Фабрей замерло, и ей почему-то так захотелось прижаться к девушке, кинуться в ее объятия и без конца повторять о том, как она хочет быть похожей на Рейчел. Ей хочется сказать намного больше, когда проходят недели и она чувствует, что связана с брюнеткой чем-то большим. Куинн никак не может выбить из головы настойчивые мысли, чтобы послать Чарли к черту, взять Берри за руку и не отпускать никогда от себя. Не так давно она согласилась помочь девочку с движениями в одной постановке. Это было ее первое занятие в пуантах, поэтому, Рейчел почему-то отнеслась к этому со всей ответственностью, сидя в раздевалке перед блондинкой и аккуратно надевая на маленькую ножку пуанты, едва касаясь горячей кожи и чувствуя, как Куинн мелко дрожит. «От волнения» - думает та, не обращая внимания на неподдельный интерес Фабрей к ней, на желание быть ближе, и это желание было очевидным. Для брюнетки же это казалось немного странным, между тем, она понимала, что детки в таком возрасте слишком любопытны, поэтому, это оправдывало Куинн. И когда пуанты, наконец, были завязаны, девочка встала, оказываясь вровень с Рейчел, теперь ее глаза, да и все лицо, было на уровне лица Берри, чувствуя ее теплое ровное дыхание и руки, держащие ее руки. - Вау, - единственное, что может выдавить Куинн от новых ощущений, пальцы немного болят, но это ничего, - теперь я такая же высокая, как и ты… - хвастается она и набрасывается на шею брюнетки, обвивая ее руками. - Эй, задушишь меня, - девушка легонько хватается за предплечье Фабрей, не давай ей задушить себя, - давай уже иди в зал, все ждут. У Куинн все трепещет в животе, когда во время занятий Рейчел наблюдает за ней, внимательно, всматриваясь в каждое движение, в каждый взмах руки или ноги, оценивает каждый прыжок, и от этого чувства у нее бегут мурашки. Она точно запомнила этот день, незадолго до ее Дня Рождения. Это было невероятно, словно самый важный и влиятельный человек в этой школе смотрит на тебя, видя все, на что ты способен - и ты лезешь вон из кожи, чтобы понравится ему. Натыкаешься на его карий взгляд, наполненный такой теплотой, что улыбается в ответ, и крутишься, танцуешь… А потом Берри подходит к девчонке, кладя руку ей на плечо и хваля ту, припоминая то, что она говорила – все получится. Куинн действительно это придавало сил, делала ее сильней, чем кто-либо в ее группе, она даже почему-то чувствовала себе взрослее, смелее, самодостаточней, когда брюнетка так трепетно относилась к ее занятиям. Она заплетала блондинке пучок, рассказывая про ранние постановки и то, что когда-нибудь они бы могли получить совместную роль в каком-нибудь театре, на что Фабрей восхищенно выдыхает, прикрывая глаза и думая о том, как здорово это было бы.