Кто же думал, что он согласится??

Когда Луффи ест, о деле с ним разговаривать бесполезно. Шакки это прекрасно знает. Рейли стоял возле окна, почесывая подбородок. Луффи, конечно, ел, от дармовой еды не отказываются, но пару раз косился на Санджи, почти вздыхая, привык он к его стряпне, как к наркотику. Повар сидел в дальнем углу огромной комнаты и о чем-то говорил с сидящим там же Зоро. Разговора он их не слышал, прислушиваться ему было лень. Лица были серьезные, от этого он еще более не хотел знать о чем они говорят. На встречу с Рейли, Серым Кардиналом Золотого Роджера, он взял только тех, кому доверял полностью. Он собирался взять и Ло, но Сильверс запретил. - Никто из альянса не должен знать, что ты встречаешься со мной, - сказал он по телефону. У Луффи было свое мнение, и сделает он в итоге по своему, но сначала выяснит все до конца, чтобы не подвести товарищей. Золотой Роджер – Король Преступного Мира был мертв, но место так и осталось вакантным. Никто так и не сравнился с ним. Луффи отложил тарелку в сторону, не доев. Шакки недоуменно посмотрела на него, но тарелку убрала. - Рейли, я всегда хотел спросить, почему я? Сильверс недоуменно посмотрел на него. - Почему, например, не Портгас Д. Эйс? - Ты знаешь? Этот Ло рассказал? - Да. Он самый. Рейли примирительно поднял руки, он явно начал разговор не так, как собирался. Всего одно местоимение, и он понял, Луффи может сейчас подняться и уйти. Трафальгар конкретно запудрил ему мозги. - Потому что Эйс… Он не думает об этом. - Мне тоже не нужна власть, как таковая, - пожимает плечами Луффи. - Да. - Власть - это сила. Ты же ищешь силы? - Я не ищу силу ради силы, - уверенно говорит Луффи, и Рейли вдруг понимает, что с момента их встречи, Д. Монки повзрослел. Тогда он разговаривал с шестнадцатилетним пацаном, с непосредственным удивлением разглядывающим мир взрослых, а сейчас он будто говорил с молодым мужчиной. Ему скоро будет восемнадцать, но сейчас в его глазах, таких же больших, таких же невинных, уже нет наивности. Это взрослый, осмысленный взгляд. - Но есть то, что ты должен сделать. И для этого тебе надо стремиться к верхушке мира. - Да, - коротко отвечает Луффи. - Поэтому я выбрал тебя, а не Эйса. Даже займи он это место, он не остался там надолго, ему это не интересно. Ты же – другое дело. Монки снова посмотрел на ребят. Вздохнул. Рейли сел рядом на стул. - Луффи… - он положил свою руку на его, лежащую на столе, - Я могу рассказать тебе, кто такой на самом деле Трафальгар. - Не надо… - Нет. Послушай. Рейли склоняется к нему. Он говорит долго, а Луффи отстраненно слушает. Ло уже ему это все рассказывал, только его рассказ сильно отличался от слов Рейли. - Ты там сам, лично, был? – спросил Монки, глядя прямо в его глаза. - Нет, - честно отвечает Рейли. Сильверс замер, дыхание перехватило. Как же этот ребенок похож на молодого Роджера. Тот же взгляд, уверенность, сила. Даже улыбка, и та похожа. - А он там был. И он рассказывал иначе. - По-твоему, он не может врать? – удивился Рейли, приходя в себя. Луффи лишь усмехнулся. Воспоминания о Ло едва не возбудили его. Ему захотелось быть в совсем другом месте. Ласкать его, медленно заводя, чувствовать, как он раскрепощается и отдает всего себя ему. Нет, Трафальгар не будет ему врать. Когда они вдвоем, он почти не может думать о работе, не может сосредоточиться. И вытащить из него правду – проще всего. Но Луффи не пользуется этим. Лишь то, что Ло захочет рассказать сам. Есть секреты, которые не надо знать. Это он усвоил уже давно. - Насколько же он охомутал тебя? – с укором сказал Рейли, - Разве ты не видишь, что он крутит тобой, как хочет? Перед глазами всплыло лицо Трафальгара, когда они были в ванной. Ло обнимал его за плечи, а взгляд говорил об одном. Нет. Это Трафальгар занимается тем, что забивается в клетку, превращая отношения во что-то невообразимо сложное, а Луффи занимается тем, что разбирает эту клетку по прутикам. Но Луффи готов был идти на эти сложности, потому что чувствовал, насколько Трафальгар любит его. И Монки любил его не меньше. Луффи был уверен, Трафальгар много чего скрывает, но это неизбежно. В этой сфере он намного дольше, он умнее и хитрее. Но он обещал, что не предаст его. Зависть Марко - очень яркое подтверждение. Крутить? Луффи судорожно выдохнул. Да черт возьми! Его снедало желание. Стоило только представить… Луффи через силу уставляется на Рейли. - Нельзя встречаться с тем, с кем делаешь дело, Луффи. Это выйдет тебе боком. Трафальгар уйдет от тебя, не сомневайся, уйдет. И унесет все твои секреты, не выдав ни единого своего. Он тот еще жук. - Жучара, - думает Луффи и расслабляется. - Луффи! – Рейли чуть повысил голос, - Он играет с тобой! Разве ты не понимаешь, что такие, как он, не умеют любить! Монки подпрыгнул, вскакивая, Рейли схватил его за руки, Санджи и Зоро тоже моментально отреагировали, но Шакки попросила их остановиться. - Я тебе нужен для твоей цели, серый кардинал, - сквозь зубы сказал Луффи, - Так что не зарывайся. - Но и я тебе нужен не меньше. - Если заставишь меня выбирать, я предпочту его. - Я уже понял, - Рейли с силой усадил его, и для этого ему пришлось напрячь мышцы, а был он далеко не слаб, и всегда считал себя сильнее Луффи. - Не лезь, - предупредил Луффи, - Не лезь в личные отношения. Ты мне не мать, они тебя не касаются. - У тебя ее и не было, как и отца. Луффи усмехается. - Тем лучше для них. Давай по делу, Рейли. - Хорошо. Полагаю, все, что я скажу, будет знать этот… Прости. Трафальгар Ло. Луффи кивает. - Конечно, он и Робин исправят твой неосуществимый, фантастический план на реально достижимый… Рейли вздыхает. У нормальных людей все наоборот. То, что предлагает Сильверс, логично и реально, но логику Луффи понимают только эти двое. И исправляют под него. На диване тем временем разворачивалась не шуточная полемика. Санджи и Зоро старались разговаривать тихо, но, если для Зоро в том не было ничего необычного, повару приходилось прилагать усилия. - Нет, - спокойно говорит Ророноа, складывая руки на груди. - Но я же вижу! Признай! – хмурясь, говорит кок. - Я сказал, нет, значит, нет. - Да по тебе же видно! Нет, мне он тоже нравится, но ты его все время защищаешь! С того дня, как мы устроили вечеринку у него в комнате! - Санджи, отвали. Я люблю тебя. Не нужен мне чужой парень, что за хрень, - не выдерживает Зоро, едва повышая голос, дергая бровью в нервном тике. Ну что за бред. Ну, симпатичен ему Ло, что в этом такого? Ему примерно так же нравятся Робин и Нами. И их он тоже оберегает и защищает. Что в том такого? Нет, к девушкам повар не ревнует, а к парню, который к тому же при деле, взревновал. Ну не псих ли? К тому же Трафальгар абсолютно непрошибаем. Нет, он не бревно, которое не понимает, что с ним флиртуют, но он никогда не подпустит к себе просто так. Другое дело, если влюбится сам. Санджи замолкает. - Хватит, ладно? – примирительно говорит Зоро, - Ну не мог я тогда отреагировать иначе, просто не мог. Мне казалось, что эти двое сожрут его. Представь на его месте Нами, что бы ты сделал? Смотрел и ждал, пока проблема решится сама? - Но у него был Луффи для этого, - не сдался Санджи. Зоро не знал, как это объяснить повару. Во взгляде Ло в тот момент было слишком много, чтобы Ророноа раздумывал. И уж точно он не мог ждать реакции Луффи. Ни в жизнь Зоро не хотел, чтобы Трафальгар смотрел так на него. Взгляд, меняющийся от нерешительного, до готового убить. Нет. Только не от друга. И позволить Марко и Ло устроить драку он не мог, прекрасно зная, как силен Феникс. А Санджи видел там только какую-то непонятную любовь к Ло! Зоро вздыхает: - У него есть все мы. Если мы не будем держаться друг за друга – долго не протянем. Санджи молчал. Зоро положил ему руку на колено. - Клянусь тебе, мне больше, как парень, никто не интересен. - Ты говорил… Что я влюбил тебя в себя. А что будет, когда ты влюбишься сам? В другого? В другого? Зоро хмуро смотрит на него. Будь они наедине, он бы просто завалил его. Целовал, облизывал, до тех пор, пока повар не начал бы просить трахнуть его. Зоро любил это милое издевательство. Доводить его до грани, наблюдая, как он изнывает от желания, смущаясь и предлагая себя. Иногда почти умоляя взять. Как приятно входить в разгоряченное тело, так желающее его, но, несмотря на это, крепко сжимающее. Кровь прилила к низу, и Зоро не выдержал, сграбастал Санджи, посасывая его ухо. Шакки осуждающе на него поглядела, но в ту же секунду усмехнулась. К самим подобным отношениям она относилась спокойно, но не на виду же у всех! Санджи попытался оттолкнуть Ророноа, но не вышло. Тот за время подготовки к операции “Окинава Паунд” подкачался еще больше. И теперь Санджи в его руках был, как в ловушке. - Другой? – усмехаясь, пробурчал Зоро, засовывая язык ему в ухо и захватывая губой мочку уха. Моментальное средство возбуждения. Самая безотказная точка. Санджи тут же сводит ноги, но Ророноа видит – подействовало. - Влюбил, и я влюбился,- шепчет он в ухо, и снова лижет его, чувствуя, как Санджи краснеет. Рука Зоро полезла к его ширинке. - Нет, Маримо, ты что, сдурел? – испуганно прошептал Санджи. Зоро проводит рукой по его члену через ткань. Санджи выдыхает, чуть откидывая подбородок назад, но вовремя вспоминает, что надо сдерживаться. Зоро посмотрел на Шакки, и та кивнула. Вследствие чего повар был легко, как перышко, закинут на плечо и потащен по лестнице наверх, где были личные комнаты серого кардинала и его бывшего коллеги. Хотя преступники бывшими не бывают, и Шакки это не раз доказывала. - Перестань, Маримо! – Санджи бил кулаками по его спине, но старался делать это не сильно, недавно Зоро перетренировался и пропустил удар от Михавка. Это была такая личная трагедия и депрессия, потому что Ророноа считал шрам на спине признаком трусости, что Санджи прыгал возле него целую неделю. Целая неделя безумного секса плюсом к постоянной готовке. В депрессии зеленая голова любит покушать. Порез был длинный, пусть и не глубокий, но швов там было не мало. Самое смешное для Санджи потом, когда он уже все это пережил, был Михавк, который извинился перед ним, а не перед Зоро. Видимо, повар выглядел куда измученнее, чем Ророноа. Вообще, “извини” и Михавк плохо сочетаются друг с другом, но Соколиные Глаза выдавил это, гордо подняв подбородок. - Перестать, говоришь? – усмехнулся Зоро, перехватывая его поудобнее и одной рукой сжимая ягодицы повара, - Ты так хочешь, чтобы я перестал? Его рука скользит по ложбинке между ягодицами, легонько сжимает его яйца. - Я же могу сделать это прямо в коридоре… - пригрозил Зоро. Санджи дернулся, вспыхнул, а Зоро усмехнулся. Даже не смотря на него, он знал, повар покраснел как помидор. Странно, Санджи почему-то думал, что Зоро на это способен. Хотя сам Ророноа не понимал, почему? Он и так из кожи вон лезет, чтобы доказать свое отношение к нему. Почему Санджи до сих пор думает, что он способен на жестокость или насилие? Нет, конечно, способен. Но не по отношению к этой блондинке, поглотившей все его сознание. Зоро боялся лишь одного, и этого он никогда не расскажет Санджи. Где-то глубоко-глубоко в глубине души он куда больше, чем даже, наверно, Санджи, боялся первого раза с ним. Дело тут было, в отличие от первого, не в какой-то физической боязни. Зоро не мог быть предателем, и не мог быть лицемером. Он был довольно честным и открытым типом, конечно, не без задних мыслишек. Поэтому он боялся очень нелепой вещи, глупость и малодушие которой осознавал. Что, если ему не понравится? Что, если секс с парнем окажется чем-то, что вызовет у него отвращение? Кем он тогда будет выглядеть? Пел песни о любви, а когда дошло до дела, скажет: “Ну, что-то это не то. Давай забудем все, что было!”. И стать либо предателем, либо лицемером - не выбор для Зоро. Он не хотел быть ни тем, ни другим. Но Санджи, который тогда услышал все, что нужно было, развеял его сомнения. И, сжимая его в объятьях, Зоро решил, что та мысль была форменной трусостью. Никогда и ни за что он не расскажет повару о своих колебаниях. Ророноа открывает первую же комнату и запирает дверь. - Отпусти меня уже! – ворчит повар. Зоро осторожно снимает его с плеча, ставит перед собой, придерживая за талию и внимательно смотря в его голубые глаза. Как легко оказалось в них потонуть. - Что?! – недовольно передергивает плечами под таким взглядом Санджи. Зоро привлекает его за талию к себе. - Чувствуешь? – насмешливо говорит Ророноа, склоняясь к шее повара и проводя по ней языком. Руки спустились с талии на половинки ягодиц, сжимая их. Санджи неуверенно касается руками плеч Зоро, провел по ним к шее, и начал расстегивать рубашку. Ророноа усмехнулся, от чего руки Санджи замерли. - Нет-нет, продолжай… - прошептал Зоро, сам он уже облизывал ключицы повара, оттягивая майку. Зоро не выдержал даже секундной заминки. Оторвавшись от Санджи, в одну секунду стянул с него майку и, расстегнув одну пуговицу, почти сдернул с него штаны. Тяжело дыша, возбуждение потихоньку начало сносить ему крышу, он смотрел на голого повара, как на свою жертву. Сжал обе его руки, снова притягивая к себе. Одной рукой крепко прижал за плечи, а другой, пройдясь по спине, развел ягодицы, слушая нервное сердцебиение своего любовника. Палец Зоро медленно входит в него. Санджи привычно пускает его, но все равно заливается краской, все из-за насмешливой лыбы Зоро, с которой тот не мог ничего поделать. Санджи был слишком мил, чересчур. Повар прижимается к нему, немного расставляет ноги, поднимает лицо к нему, и Зоро впивается в него губами, страстно целуя. Санджи стонет ему в рот, потому что в него вставляют второй палец, и мышцы бедер начинают напрягаться. Усилием он расслабляется, но тяжело дышит в рот Зоро, новый поцелуй отвлекает его. Ненадолго. Вот из уст повара вырывается пошлый стон. Зоро снова усмехается. - Как хочется-то, да? - Что ты несешь, придурок, - шипит, краснеет и отворачивается Санджи, - Как будто сам не хочешь трахнуть. - Хочу… - просто говорит Зоро, опуская руку с плеч Санджи на его зад и немного растягивая пальцами его дырочку снаружи, чуть резче водя пальцами внутри и аккуратно проталкивая третий. Член у Зоро большой, так что он предпочитает хорошенько растягивать Санджи. Ророноа не любит, когда тот терпит от него боль. Санджи теперь сам прижимается к нему грудью, обхватывая руками талию, чуть приподняв бедра и возбужденно дышит. Зоро облизывается. Санджи плотно сжимает его пальцы, чуть подаваясь на них. Невинный кок – развратный кок, это безумно умиляет и возбуждает Зоро. Усмешка всегда бесит Санджи, но когда тот уже так сильно возбужден, он на нее даже внимания не обращает. Пальцы двигаются, каждым движением вызывая тихий стон, и Зоро понимает - повар готов его принять. Санджи чуть приподнимает подбородок, тоже намекая на это. Зоро резко разворачивает его за плечи, наклоняет и плотно входит, не до конца, но наверно больше половины. Почему Санджи замер, даже перестал дышать на секунды, ему непонятно, и он тянет его за бедра на себя. - Нет… Я не хочу так… - слышит он, и тут же слышит стон. Не хочет? Очень даже хочет. Зоро снова дергает его за бедра на себя, входя глубже. Санджи пускает его, но Зоро понимает, что-то не так. Дыхание повара не такое, каким должно быть. Ророноа склоняется к нему, трогая руками его соски, тут же чувствуя, как мышцы сзади расслабляются, вместе с тихим стоном. Он проводит языком по уху, которое тут же краснеет. - Двигайся тоже, - просит Зоро шепотом, - Не зажимайся. Тебе же не больно? Ророноа берет его за плечи и двигает их на себя, входя до упора. Зоро выдыхает. Какой же кайф! И он начинает двигаться. Повар плотно сжимает его член, но не мешает ему двигаться, чуть расслабляясь в нужный момент. - Сейчас…- Зоро чуть придерживает его, чуть наклоняет, выгибая спину, выходит до половины и плотно входит. Ноги Санджи вздрагивают, и Зоро слышит судорожный стон. Тихонько усмехается. Зоны возбуждения Завитушки и правильный углы захода он знает куда лучше, чем сам Санджи. Повар выгибается, чуть приподнимаясь, и Зоро снова плотно входит в него. Ророноа проводит руками по его бокам, чуть сжимая их и в тот же момент ритмично входя в него, доходит руками до зада, спускается по бедрам, оглаживая ноги и снова поднимает руки вверх, заводя большие пальцы к ягодицам Санджи и надавливает ими возле дырочки. Слышит всхлип Санджи, дрожь, проходящую по всему телу, и в этот момент еще раз входит в него, слушая громкий стон. - Черт… Черт возьми… - тяжело говорит повар. - Засунуть в тебя еще палец? – усмехается Зоро. Повар сжимается, а Зоро валит его боком на кровать, придавливая собой, чувствуя его тяжелое дыхание. Вытаскивает почти до конца и медленно вставляет в него, следя за своим любовником. Его рука берется за член Санджи, и сам он склоняется к нему. - Это была шутка, идиот, - он нежно целует его за ухом, и стоит Санджи чуть повернуть голову, впивается в его губы. Зоро с наслаждением входит в него несколько раз, заметно ускоряясь и чувствуя, как Санджи сильнее сжимает его и тут же расслабляется. Блондину нравится. Но Зоро хочется слышать его стоны, и он входит полностью, входит резко, вздрагивая всем телом. Он опускается к блондинке, чувствуя его тяжелое дыхание, целуя его смущенную моську. Сколько раз они это делали, почему он так смущается, этот развратный эро-кок? Зоро целует его настойчиво, заставляя отвечать. И видит эти невинные голубые глаза. Черт! Ну нельзя же быть таким! Зоро стонет в рот Санджи. Так и кончить можно. С трудом Зоро отрывается от Санджи, растягивая слюнку и со стоном снова приникает к нему. Для него Санджи - наркотик, с которого он уже не слезет. В прямом и переносном смысле. Придержав его ногу, Зоро входит так, что Санджи дрожит всем телом, пытаясь вывернуться и сбежать, потому что невыносимо это мучительное наслаждение. Зоро повторяет, добиваясь стонов, пошлых вместе с тихим всхлипом. То, что надо. Он слегка усмехается, смотря, как Санджи подходит к разрядке, сжимая руки в кулаки, пытаясь выгибаться, задирая подбородок. Зоро прижимает блондинистую голову к простыням и с удовольствием продолжает, сжимая член Санджи в такт и чувствуя, что скоро. Он видит, как по подбородку скатилась слюнка, но повар даже не замечает этого, весь принадлежа Зоро. И Ророноа помогает ему кончить, чувствуя, что скоро наслаждение станет болью. - Вот так, сейчас… - сжимает его зад, резко входит и, плотно обхватывая его член рукой разряжает его, одновременно выдыхая сам и кончая в него. А потом и сам почти падает на него, одной рукой на локоть, другой обнимая и привлекая тяжело дышащего Санджи к себе. Он крепко обнимает его. Этот человек целиком и полностью его. Какие другие? Что несла эта блондинка? Зоро целует его в шею со стороны спины. - Теперь тебе все понятно, надеюсь? - шепчет Зоро и выходит из Санджи. Плечи повара вздрагивают. - То есть… Я тебя… устраиваю…? Зоро притягивает его за голову к себе, разворачивая, и крепко сжимает. - У тебя что, ПМС? Сколько можно? – шепчет он, но на него уставляются голубые глаза, во взгляде которых он тут же тонет, аж дыхание перехватывает. - Такой как я… тебя… устраивает? – повторяет он вопрос. Зоро догадывается, что наверно там есть какой-то подтекст, но он его не улавливает, поэтому он просто целует его в губы и говорит: - Именно такой мне и нужен. Такой и только ты. Ты мне поверил, и я тебя не предам. Крепко сжимая Санджи, он чувствует, как тот тоже обнял его в ответ. Потерять Санджи? Нет, Зоро уверен, что тогда бы он сошел с ума.