Собственник

- Дженсен, успокойся, твою же мать! Не пялился я на эту девчонку! Я даже имени её не знаю! – орал Джаред, уворачиваясь от летящего в него прикроватного светильника. Падалеки знал, как ревнив его любовник и вовсю пользовался этим. Джареду совсем не нравилось, когда Дженс был с ним ласков и нежен. Ему хотелось страсти, так, чтобы до синяков и бордовых засосов, чтобы потом неделю трудно было сидеть. И Джей нашел прекрасный способ добиться своего – ревность. Подмигнуть Мише, улыбнуться Марку, подольше поболтать с симпатичным ассистентом режиссера, и готово – Дженсен вне себя от ярости, зло щурится, показывая всем видом, что Джаред влип по полной. - Что, девочки стали привлекать? – ухмыльнулся Дженсен. – Я тебе в сотый раз повторяю: ты только мой и ничей больше! Или если ты не понимаешь, сделать так, чтобы другие поняли? – Эклз сильно толкнул Джареда, прижав его к стене своим телом. Джаред мысленно улыбнулся, предвкушая изумительный секс, но тут же охнул, когда Дженсен больно прикусил нежную кожу на шее, засасывая и оставляя стремительно краснеющие следы. Поцелуями-укусами Эклз спустился ниже, к ключицам Джареда, ощутимо прикусывая кожу. - Мой, только мой, - яростно шептал Дженсен, снова присасываясь к пульсирующей венке на шее Падалеки. На секунду Эклз отстранился, чтобы рывком разорвать футболку Джареда. Сам Падалеки понял, что слегка переборщил. В таком состоянии Дженсена он видел редко, и это его немного пугало, но в то же время заводило до покалывания в кончиках пальцев и тягучего желания в низу живота. Дженсен стянул с себя футболку, джинсы и боксеры, стоя перед Джаредом в полной красе. Тот, дрожа от возбуждения, принялся расстегивать ремень, но пальцы все время соскальзывали с пряжки. От нетерпения Падалеки даже закусил губу, а Эклз, не выдержав, резко дернул злосчастный ремень, вырывая его из джинс. Высвободив любовника от остальной мешающейся одежды, Дженсен закинул ногу Джареда себе на поясницу, одной рукой уперся в стену, а второй потянул Падалеки за волосы, заставляя закинуть голову назад и впиваясь в губы властным поцелуем. Необходимости в растяжке не было, ибо утром Дженсен, подмяв под себя ещё сонного Падалеки, не выпускал его из постели около двух часов. Джаред слегка поморщился, когда Дженсен одним толчком вошел на всю длину. Падалеки с трудом стоял на ногах, пытаясь удержать равновесие и скользя руками по стене. Дженсен, вновь потянув Джареда за волосы, облизывает, посасывает, прикусывает губы любовника, заставляя того плавиться от ощущений. Грубые жесткие толчки сотрясают тело Падалеки, слезы застилают глаза, в горле пересохло, но он доволен. Ему всегда это нравилось. По телу Джареда прокатывает волна нарастающего удовольствия, в голове туман. Стонать получается плохо, но Падалеки не может молчать. - Джееенс..- тихий мучительный стон, как красная тряпка для Эклза. Он ещё жестче вбивается в Джареда, попутно умудряясь оставлять засосы на шее, ключицах, целовать до боли в губах. И вот движения становятся резче, сильнее, отрывистее. Джаред содрогается и кончает, даже не прикоснувшись к себе, а через секунд тридцать за ним финиширует и Дженсен, тяжело дыша. - Это..было..охренительно, - с трудом проговаривает Джаред, когда отойдя от оргазма, они обессиленные завалились на кровать. – Только бы теперь замазать твои опознавательные знаки. - Знаешь, - Дженсен потер переносицу, - Засосы и синяки можно легко скрыть, а я хочу, чтобы у тебя всегда было напоминание того, кому принадлежит твоя задница. - Ты на что намекаешь? – Джаред, с трудом оторвав голову от подушки, внимательно смотрит на Дженсена. Тот склоняется, легко проводит языком по губам любовника, и шепчет, чуть улыбаясь: - Скоро узнаешь. Только скажи «да»? - Да, - немного помолчав, ответил Джаред и втянул Дженсена в глубокий поцелуй. *** - Эклз, я тебя ненавижу! Только ты мог придумать такое..такое..Да мне даже слова не подобрать! – Джаред задыхается от злости, смотря на Дженсена. - Детка, не злись. Ты же сам согласился, - довольно улыбнулся Эклз. - Я не знал на что ты способен, придурок! – Падалеки рухнул на кровать вниз лицом, но тут же вскочил, держась за ширинку и морщась от боли. - Скоро пройдет, родной,– обнимая Джареда, прошептал Дженсен. - Иди ты к черту со своей ревностью, Дженс, - устало вздохнул Джаред, медленно растягиваясь на кровати, стараясь не делать резких движений. «Хотя, пирсинг на паху, может, не так уж и плохо. Надеюсь, это значит, что Дженсен не собирается от меня уходить.» - подумал Падалеки, простив Дженсена. Эклз лег рядом и, собственническим жестом притянув Джареда к себе, улыбнулся, как влюбленный подросток. Теперь он был точно уверен, что несносный Падалеки принадлежит только ему и никому больше.