Гирлянды

      Никки вздохнула, смотря зеркальную дверь шкафа. Ей уже двадцать, а в зеркале до сих пор отражается на нескладная девочка-анорексичка, совсем подросток. Кира другая, у неё уже оформившаяся фигура, а у Никки вообще никакой фигуры нет, и надетое по случаю праздника красивое платье на вешалке лучше смотрелось. Да и малиновый цвет, кажется, совсем не сочетается с рвано обстриженными рыжими ломкими волосами... Ладно, плевать!       Вещь отправляется обратно в шкаф, а Никки аккуратно проходит в комнату уехавшего куда-то брата-близнеца, который, как и она, любил Киру. А она любила их двоих, что неудивительно - Питер и Никки схожи, как две капли воды. И внешне, рыжими волосами, серыми глазами, лицами, болезненно-тощим телосложением, и характерами - нетерпеливые, упрямые, весёлые, но при этом стеснительные и относительно спокойные.       Открыв шкаф Питера, девушка быстро выудила оттуда брюки, галстук и рубашку и примерила их. Да, явно лучше, чем платье, да и почти что полное отсутствие груди смотрится более органично. А пирсинг в брови и проколотые в нескольких местах уши лишь придают получившемуся парадному образу какой-то оригинальности.       Добавив немного макияжа, девушка решила, что навела лоск и пошла вниз, где застала любимую за неожиданным занятием.       Кира сидела на полу, поджав под себя ноги и убрав в пучок синие волосы, причём сидела прямо на голом паркете в вечернем платье, и делала из бумаги гирлянды. Это была даже не цветная бумага, а обычные белые листы, некоторые с какими-то надписями. Выудив из стопки листок, Никки в удивлении приподняла проколотую правую бровь. - Ки, это что? Мой прошлогодний курсач? - Угу, - кивнула девушка, не отрываясь от работы. - А зачем ты это делаешь? Какие дураки за пару часов до Нового года делают украшения для уже украшенной квартиры? - Никки искренне не понимала Мацури, которая в творческом порыве могла взяться за что угодно когда угодно. В том числе и делать гирлянды из оригами тогда, когда нормальные люди уже включают телевизор, садятся за стол кушать оливье и бутерброды с икрой и ждут момента, когда пробьют часы и они обменяются подарками с теми, с кем празднуют. - Я не дурак. И вообще, лучше бы помогла мне. - Но мы стол уже накрыли, убрались, что мне ещё сделать? - Гирлянды, - ловкие пальцы ещё раз загнули листок. - Я закончила! Продолжаем. Смотри, Никки...       Дальше Тоу только страдала - она никогда не тяготела и не была талантлива с сфере работы руками, девушка не умела ни рисовать, ни делать скульпруты из глины, пластилина и гипса, ни, собственно, оригами. Единственный плюс - Кира постоянно касалась её пальцев, поправляя неточности, неправильные загибы...       Ещё час работы и две гирлянды, и всё было готово. - И куда это вешать? - поинтересовалась Никки, поправляя убранные в хвостик волосы. - И за что? Петелек-то нет, а гнутся они... - Вполне нормально. Эти две я уже приладила на ёлку, можешь свою повесить ближе к верхушке? - Кира же, наоборот, свои волосы распустила.       Придвинув табуретку, Никки забралась на неё и дотянулась до верхушки купленной её уехавшими братьями ёлки. На старой табуретке трудно было устоять, она постоянно шаталась, поэтому Кире приходилось удерживать Никки за талию, благо та была лёгкой, даже слишком. - Спасибо! - Никки спрыгнула с табуретки и аккуратно поцеловала Киру в уголок губ, чтобы не испортить ей так старательно наведённый макияж. - Ой, - она взглянула на часы на стене, - сорок пять минут осталось! - Как сорок пять? Ой, наверное, всё горячее остыло! - Ничего. Ты так вкусно готовишь, что я и холодное с радостью съем, - хотя Кира, похоже, была бы рада только тому, что Никки съест хоть что-то. - Никки, я с тобой и Питером скоро с ума сойду. Вы слишком превозносите меня. Хотя себя превозносите ещё выше, - девушка присела на диван и запрокинула голову, смеясь и вспоминая линии маркера на карте мира - план его захвата. И главное, близнецы, похоже, всерьёз верили в такую возможность.       Сев за стол, Никки взяла пульт от телевизора, но Кира аккуратно коснулась её руки. - Не надо, Никки. Минут за десять включим, - не любила Ки все эти предпраздничные шоу, а фильмы, которые показывали каждый год, ей уже поднадоели. - Тогда, может, музыку? - Пожалуй. Принесёшь колонки? - Хорошо.       Через пару минут, когда Никки подключила колонки к телефону Киры и включила звук, заиграла тихая, спокойная, приятная, лёгкая музыка. - Мадам, позволите пригласить вас на танец? - шутливо спросила Никки, предлагая Кире руку. - Позволю, - улыбнулась девушка и, поправив заколку-цветок в голубых волосах, вложила свою ладонь в ладонь Тоу.       Раньше они никогда не танцевали друг с другом, но ведь Новый год на то и Новый, чтобы пробовать неизведанное! Несмотря на то, что мужскую партию танцевала Никки, вела Кира, которая умела танцевать много лучше. Иногда она посмеивалась над неловкими движениями Тоу, которая от смущения снова спрятала лицо за рыжими волосами, но не останавливалась. В конце танца Ки убрала чёлку Никки, её сиреневые глаза встретились с серыми. - Уже скоро. - Да. Я открою шампанское? - Нет, подожди пару минут.       Эта самая пара минут прошла в напряжении. Кира включила телевизор, Никки воткнула штопор в пробку бутылки шампанского. Башенные часы в центре города зазвенели, девушки услышали это через телевизор. Никки извлекла пробку, она вышла с характерным "Чпок!". Бокалы наполнились золотистым напитком одновременно с десятым ударом, а зазвенели, чокнувшись, - с двенадцатым.