Ветка полыни

"You can love someone so much... But you can never love people as much as you can miss them" - Jhon Green

- Джен, проснись, - тёплые руки Аны крепко сжимали плечи девушки, - принцесса, хватит, не пугай меня так. - Яра? - Инстинктивно воскликнула Дженна, вскакивая с места. Голова закружилась и всё вокруг поплыло белыми нитями. Девушка поняла, что она по-прежнему находится в том же самом помещении, откуда, казалось, выхода не было. Дженна упала обратно на подушку и закрыла лицо руками. В помещении было сыро, и становилось трудно дышать. - Не волнуйся, принцесса, я просто потеряла с ней связь... - попыталась успокоить ведьма. - Мы должны её найти! - Повелительно воскликнула Джен, но осеклась - она была с Марией на равных. Она потупила взгляд и добавила чуть спокойнее: - Давай найдём её, пожалуйста. - Не спеши, принцесса, - Мария ласково провела по белокурым волосам девушки и склонилась над её ухом, - я позабочусь о ней. Джен томно прикрыла глаза, эта удушающая атмосфера действовала на неё крайне тяжело. Рёбра болели, кажется, от воздуха. На коже проступали кристальные капли пота, а сам воздух был пропитан солью. Всё-таки у этого моря глиняный привкус, подумала Джен, забываясь. Руки Аны-Марии ласково прикоснулись к её векам. Джен очень опасалась за свой левый глаз, что постоянно болел. Она им практически ничего не видела. Было всего лишь пара секунд, чтобы разглядеть своё отражение в зеркале, а после вспоминать тот бледный выцветший зрачок глаза, мешающийся с небесно-синей радужкой. Это всё пелена. Интересно, а какое небо над этим морем? Или даже море всего иллюзия? - Тише, спи, - улыбнулась Мария, - роза крепнет, вырастая. Спи, моя белая роза.

***

Яра снова была в темноте. Или там было слишком светло, чтобы темнота не завладела сознанием ведьмы. Белый был слишком траурным, а в чёрном слишком много света. Яре казалось, что повсюду было битое стекло. По всему периметру этой темноты - а может ослепительно-чёрного света - разлетелись сотни стеклянных капустниц. Как же могло так случиться, разве её сердце могло вот так просто остановиться от удара под рёбра. Сколько раз её ранили в спину за эти пятнадцать лет. И ни разу она не опускала руки, потому что имела смысл жить. И сейчас этот смысл ещё не потерян. Лезвия вонзались в её спину с самого рождения. Некто, кто бросил её на улице, некто, кто забрал у неё Джен. Яра не могла потерять своего ангела. Не могла. Это всё было гораздо выше её. Яра не ощущала телесной боли. Как странно было не чувствовать ничего за эти пятнадцать лет. ... а может это была всего четверть часа(?) Четверть часа вместо пятнадцати лет. Этого было достаточно, чтобы расстаться с жизнью. Но сделать этого Яра не могла. Такие же стеклянные часы отмеряли стеклянные секунды... ... наверное, в такой же стеклянной комнате. А вокруг море - Яра отчётливо слышит его запах. Сливочное море, в котором от боли захлёбываются касатки. Яра их никогда не видела, но очень часто о них слышала. А на дне этого сливочного моря, наверняка, жемчуг. Такой же приторно-серебреный, как и её глаза. И небо над морем. Небо, которое отражает посеребренную гладь солёной воды. Какое то небо на ощупь? Яра сконцентрировала все силы и снова почувствовала боль. Этой боли было достаточно, чтобы понять - Яра еще жива. Боль опоясывала бедро и змеёй ползла к шее, заканчиваясь у затылка. Боль считала рёбра и танцевала на позвонках. Ещё очень болели виски и, наверное, рассечённая бровь. Ярисса очень обрадовалась этой боли, хотя сознание её отчаянно билось в судороге. Придётся платить, подумала Яра. И тут не то темнота, не то свет, а может их комбинация, оглушила её. Чьи-то сильные руки сжимали её плечи. - Да очнись ты уже, -нетерпеливо потребовал парень. Яра кое-как разобрала слова. Медленно она приходила в себя. Волна звуков вновь обрушилась на неё, а после грудь наполнилась воздухом. С громким вдохом Яра открыла глаза. Перед ней, сначала расплывчато, а после более ясно, стал рисоваться образ одного из похитителей. Яра была слишком слаба, чтобы сопротивляться, но чётко понимала всё, что с ней происходит. Ярисса прищурила глаза и всмотрелась в знакомые черты лица Даниэля. Тёмные короткие волосы были покрыты снегом, на длинных черных ресницах и густых бровях лёгкая изморозь. Наверное, он провёл рядом с ней несколько суток. Серые глаза, кажется, выцвели и смотрели преданно, с усталостью. - Наконец-то, - его тонкие вишневые губы тронула легкая улыбка. - Зачем тебе моя жизнь? - Невесело усмехнулась Яра, уже пришедшая в себя, - ради пригоршни золотых монет? - Я не мог позволить тебе умереть, солнце. - Я не солнце, - окрысилась ведьма. - Солнце, - возразил Даниэль. - Почему? - Ты светилась, когда умирала. От этих слов в груди неприятно закололо. Яра по-прежнему не чувствовала тела и не могла пошевелиться. Настолько, чтобы быть в полной власти Даниэля. По взгляду было совершенно ясно, что он это прекрасно понимал. - Даниэль, - тихо прошептала Яра, - больше не говори так. - Не называй меня полным именем, - улыбнулся он, - достаточно просто Эль или, - он почесал затылок, - Ди'Эль. - Ди'Эль, - по слогам произнесла Яра, - как странно звучит... Эль, Ди'Эль. Очень странно, - бормотала она себе под нос. - Солнце, поспи, - рука Эля опустилась на лоб Яре, - я пока раздобуду огонь и еду. - Эль, - продолжала бормотать Яра, - твоё имя пьянит в любых сокращениях... Вечер тянулся бесконечно-долго. Звёзды мерцали, сгорая по одной чьими-то несбыточными желаниями. Даниэль развёл небольшой костёр, достаточный для того, чтобы можно было согреться, но слишком маленький для того, чтобы их нашли. Яра до сих спала, свернувшись на снегу. Даниэль заботливо укрыл её плащом.

***

- Ди, - позвала Яра, откусывая кусочек жаренного хлеба, - зачем ты всё-таки меня спас? - Я обещал, - сухо ответил он. - Кому? - Не успокаивалась ведьма. - Себе, - Эль поднялся с места и подошёл сзади к Яре. Ведьма сидела на небольшом камне, укутавшись в порванный плащ. Ди опустил руки на её плечи и легко потянул на себя так, чтобы Яра не смогла подняться. Его пальцы небрежно впутались в чёрные волосы ведьмы. Даниэль стоял так очень долго, водя пальцами по её волосам. Набрался слегка смелости и поцеловал её в макушку, в висок. Зашёл с другой стороны, пал перед ведьмой на колени, будто бы вымаливая прощение. Его глаза горели ярче любой небесной звезды в этот момент. А Яра была слишком слаба, чтобы сопротивляться. - Я влюблён в тебя, - смиренно и по-прежнему слишком тихо произнёс Даниэль. Его руки всё ещё утопали в её волосах. Яра старалась не шевелиться, будто могло быть хуже. Всё её тело было скованно невидимыми цепями. - Яра... - кажется, в сумасшествии шептал Даниэль, - Яра, Яра. - Нет чувств, нет боли, - грустно усмехнулась ведьма, - ты не любишь меня, - она мягко оттолкнула руки Эля от своих волос и отвернулась от огня. Даниэль плотно сжал челюсть и потянул девчонку на себя. Яра была гораздо слабее его, даже если бы задействовала все свои силы. Ведьма попыталась подняться, но парень крепко удерживал её на снегу. А после поцеловал. Грубо и жадно впился в её губы. Яра оттолкнула его от себя, отползла назад и кое-как поднялась на четвереньки. Было больно осознавать, что сейчас произошло. - Дай мне придти в себя, - тихо попросила Ярисса, мягко отступая назад, - я потом верну свой долг, обещаю. - Хорошо.

***

Джен осмотрелась по сторонам и поняла, что жёлтые стены по-прежнему ограничивают её реальность. Марии в комнате не было, не было ни кого. Только Джен наедине со свое темнотой и тишиной. Она аккуратно сняла с глаза неприятную повязку и поднялась с места. Голова кружилась. Реальность делилась на две неравные по ощущениям части. Джен подошла к небольшой деревянной столешнице и нащупала на ней коробок со спичками, чиркнула одну и огляделась по сторонам. Тени от маленького огонька плясали на грязных сырых стенах, спичка трещала от влажности. Джен подбежала к двери, дёрнула за ручку, но обнаружила, что она закрыта. Пальцы обожгло и девушка отбросила спичку на землю, та упала, потушившись чёрным дымом. Дженна в темноте нащупала ручку и потянула дверь на себя, после присела и зажгла еще одну спичку. - И куда ты собралась? – За спиной Джен вырос силуэт Марии. - Мне нужно уйти, пожалуйста, - прошептала Джен. - Ты не поймёшь кто есть кто, ведьмы умеют обманывать, - спокойно сказала Ана. - Пожалуйста, отпусти, - взмолилась Дженна. Мария опустилась на колени и достала из складок плаща свой кинжал, провела лезвием по ладони. - Рассейся. Дверь отворилась и Джен увидела, как перед порогом расступилась морская вода, и начали расти ступени из водорослей. Дженна аккуратно ступила на одну из них. Больше не будет больно и плохо. Сегодня не кончится никогда. Вокруг свежая зимняя ночь, спустившаяся на землю водопадом. - Моя дорогая азалия, мой нежный цветок, - шептала Яра. - Я - не цветок, а ты не солнце, - отвечала Джен, отпуская руку ведьмы. - Не говори так, - на глаза Яриссы навернулись слёзы, но плакать она не имела права. Джен смотрела спокойно и хладнокровно: - Я видела, как сгорают цветы, - прошипела она, - я сгорела и осталась жива, не ищи меня, не ищи. У Яры земля ушла из-под ног. Джен вытянула вперёд руки и бесстрастно столкнула ведьму с обрыва. Подобно пеплу развеяла.

***

- Я видела это во сне, как цветы умирают в огне, - грустно говорит Ярисса, грея руки у костра, - пепла лёгкого лепестки распадаются на куски… - О чём ты говоришь? – спросил Даниэль. - Ты пепел, я пепел, - прошептала Яра. - Яра! – Крикнул парень, оттаскивая девушку от костра, она держала руки в огне, словно одержимая. - Это был случайный ожог, - рассмеялась ведьма, обнимая Даниэля. Она решила правдой и ложью выйти из этого костра живой, очень хотела этого. Её рука скользнула по его спине и нащупала кожаные ножны для кинжала, осторожно вынула его и отшатнулась назад. - Я сгорела и осталась жива, - Яра закрыла глаза, улыбнулась и, прежде чем до Эля дошла ситуация, вонзила клинок в руку, - рассейся.

***

- Насколько это прекрасное место! - Восхищенно прошептала Яра, опасаясь, что её кто-нибудь услышит. Маковая гора - одно из тех мест, где практически никогда не бывает снега. Здесь редко - даже зимой - бушуют морозы, но если становится холодно, то всегда очень сильно. На самом деле, Маковая гора - совсем не маковая. Маковая, потому что по вечерам - а ещё иногда на рассвете - солнце заливает практически всю гору красными кровавыми лучами и кажется, что расцветают невиданной красоты маки. Но до вечера было далеко, а место, куда Джен могла бы спрятать драконьи яйца так и не найдено. За пару часов неудачных и утомительных поисков, Яра порядком устала и сейчас нашла удобное место, чтобы передохнуть. Яра уже не понимала, что она здесь искала. Задаваясь этим вопросом, она сухо шептала себе: «То, ради чего она отдала жизнь» Ярисса часто говорила о ней. Пусть и говорила сама с собой. Но она никогда не произносила имени той девушки, никогда не рассказывала про её внешность. Просто могла часами рассказывать о её прекрасных глазах и тонких руках. Рассказывать ромашкам, рассказывать тополям. Медленно сходить с ума от одиночества и разговаривать с деревьями. Они тоже живы. А ещё иногда всё-таки называла ту девушку. Всего одной буквой "М" или "Джей". Она молилась на ту неизвестную девушку. Качала головой, как обезумевшая, и перекладывала травы из баночки в баночку, если не точила синий кинжал или не полировала стрелы. - Так как её всё-таки звали? – Спросила сама себя Яра и сама же себе дала чёткий ответ: - Melda* Никто не станет ей дороже той самой М. Яра села на камень и огляделась, достала из складок плаща кинжал и рубиновое кольцо, всматривалась в гранённую голову дракона, высеченную из камня. Поднялась и попыталась вскарабкаться еще выше. Из-за платья это сделать было неудобно, и поэтому Яра поднималась наверх слишком медленно. Нашла длинную палку, на которую опиралась и, вкладывая немыслимое усердие в каждый шаг, двинулась вверх. Она неаккуратно наступила на один из камней и оборвалась вниз. Раздался грохот, и почва под ногами Яры рухнула в пропасть. Яра упала следом, словно птица с подбитыми крыльями. Больно ударилась спиной, но не потеряла сознание. Попыталась приподняться на локтях, но не смогла. Она находилась в пещере, из которой выбралась несколько дней назад. Сейчас это место было обрушено. В поле зрения ведьмы попал небольшой сундук, которого здесь доселе не было. - Клевер, - заворчала она, - пытаясь достать из складок платья баночку, перевязанную синими лентами, - клевер. Вдохнула его сладкий аромат и прижала цветок ближе к груди. В этом сундуке было чёрное, словно покрытое бархатом, яйцо. Яра аккуратно и бережно взяла яйцо в руки и переложила на землю. Это будет прекрасный дракон, подумалось Яриссе. Она поджала под себя ноги, обхватила плечи руками и погрузилась в раздумья. Да, надо было найти способ, благодаря которому, Яра без происшествий покинет Маковую гору. Яйцо было довольно тяжёлое, и поэтому Яра не могла спуститься по той тропе, не разбив его. Ведьма достала из ножен краденый клинок и всмотрелась в своё отражение на поверхности голубой стали. Усталая, измученная, с выцветшими глазами и спутанными волосами, она казалась себе волчицей. Яра отвела взгляд от блестящей поверхности клинка и обратила внимание на рану. Рука уже прекратила кровоточить, порез стал затягиваться, покрываясь тёмно-бардовой корочкой. Яра вздохнула и кончиком кинжала вскрыла рану. Да, было больно, ровно как было больно при прошлых ритуалах. Яра приложила кровавую ладонь к яйцу: - Рассейся. От яйца исходило тепло и лёгкая вибрация. Вдоль него пошла тонкая нитевидная трещинка, которая сопровождалась тихим треском. От скорлупы начали откалываться небольшие бархатные кусочки, и в скором времени яйцо стало гладким и прозрачным. Здоровой рукой Яра крепче схватилась за кинжал, ибо не знала, как может себя повести новорождённый дракон. Ведьма не могла дышать, казалось, от любого касания яйцо разлетится на тысячи крохотных частиц. В этот миг мир замер, остановилось скользкое время. Лишь тихий треск и танец трещин. Они сходились в одну, и в том месте образовался крошечный скол, от которого разбежалось ещё несколько трещин. Яйцо качнулось, словно существо изнемогало от нетерпения увидеть свет. Сквозь тот скол оно просунуло одну лапку, и было видно, как оно с силой пытается разорвать скорлупу. Яра не могла сдержать восхищения – она видела, как рождается самый настоящий дракон. Между тем, яйцо замерло, а потом, спустя несколько мгновений, скорлупа окончательно треснула, и из яйца вылез крохотный, по сравнению с взрослыми особями, дракон. Он переминался с лапки на лапку, расправляя прозрачные, подобные стеклянным, крылья. Да и сам дракон показался Яре хрустальным. Она улыбнулась и протянула новорождённому руку: - Я назову тебя Фарэн. Дракон широко расставил ноги и закричал. Крик его был похож на мяуканье слепого котёнка. А после из его маленькой пасти вырвался белый искрящийся поток. Яра не убрала руку и почувствовала холод, который стальными иголками покалывал пальцы. Ведьма расхохоталась: - Снежный Фарэн, моё первое дитя. Дракон радостно замахал крыльями, легко поднялся на пару метров и сел на плечо Яре. Ведьма с детской радостью захлопала в ладоши. - Теперь мне будет легче спускаться, - улыбнулась она, - пойдём! Яра поднялась с коленей и отряхнула пыльное платье. Теперь она не чувствовала себя так одиноко. С ней была крупица Дженны. Яра выбралась из пещеры, а потом начала спускаться вниз по каменным выступам. Камни под её шагами содрогались. Ярисса старалась не смотреть вниз – было очень страшно. Фарэн на её плече лишь довольно мурлыкал и изредка озирался по сторонам. - Знаешь, - Яра нарушила тишину, впервые за очень длительное время она нашла подходящего собеседника, - она была слишком тихой, или слишком громкой. Она воспринимала вещи близко к сердцу, или вообще не воспринимала всерьёз. – Яра говорила тихо, но дракон, внимательно слушал её голос. – Она была слишком чувствительной, а могла быть совершенно бессердечной. У неё было каменное сердце и одновременно очень мягкое. Джен… - ведьма впервые осилила себя и назвала ту девушку по имени, - Джен ненавидела меня всеми фибрами своей души, ровно так же, как и любила. Я не замечала, чтобы в её чувствах была золотая середина, всё было слишком ограниченно. Она хотела всё, в итоге довольствуясь ничем. Фарэн сидел тихо, внимая приятному мелодичному голосу хозяйки. Яра, опираясь на палку, смело шагала вниз, рассказывая обо всём. Говорила о том, как красив синий лес, когда случается звездопад, говорила о том, что в лесу иногда можно встретить отшельников, которые, как и она, знают многие заговоры. Дракон лишь слушал, иногда вскрикивал, взмахивал хрупкими прозрачными крыльями и взлетал над головой Яры, когда путь становился слишком опасным. Он кружился над её головой и громко кричал, после опускался обратно на плечо. Через несколько часов аккуратного спуска, Ярисса оказалась у подножья Маковой горы. Куда идти дальше она совершенно не знала, но была уверена, что необходимо податься в лес из-за того, что там есть дичь, и можно не опасаться погони. Ведьма нашла ближайшее дерево и, оставив Фарэна на земле, взобралась на него. Обломала с десяток ровных ветвей и сбросила вниз. Дракон запищал и отпрянул, когда на него посыпались зелёные листья. На удивление, зимы здесь не было никогда. После Яра огляделась по сторонам и увидела небольшой лес. Там, решила Яра, она и вскормит своё дитя, а после решит, что ей делать дальше. - Пойдём, дорогой, - Яра похлопала в ладоши и двинулась вперёд, дракон, чуть медля, двинулся следом, а после взлетел наверх и обогнал хозяйку, весело клокоча. Из тех ветвей она настрогала стрел для лука, а после соорудила колчан для стрел из широких листьев. Оставила Фарэна возле огромной плакучей ивы и отправилась на поиски подходящей дичи. Кусты зашевелились, и Яра увидела кролика. Ведьма осторожно и тихо завела руку за спину и достала из колчана одну из самодельных стрел, натянула тетиву и выпустила стрелу точно в цель. Тетива задрожала и издала протяжный стон. Яра самодовольно улыбнулась и подошла к жертве. Через некоторое время она освежевала тушку и отделила мясо от костей. После разрезала его на несколько равных кусочков и по одному скормила их дракончику. - Мой дорогой, - Яра погладила его по твердому кристаллическому носу, - мой дорогой, мы покажем, какой стальной бывает ярость ведьмы. Этот мир перевёрнут. Перевёрнут и разобран на части.