Удержи меня, если сможешь, Вампир.Книга 2

      — То бишь… ЭТО как ты не знаешь?! — не поверив, посмотрела я на кота, а потом вцепилась в его тушку, перевернула на спину и начала мучить.       — Стой, Дэйна!!! Хватит меня тискать… Я скоро на хомяка похож стану, — лапами пытался защитить свои щёки Дести. Хорошо, хоть когти втянул в себя, после обещания укротить их вместе с лапами моей катаной. А то быть мне поцарапанным недоделанным вампиром (пора красную книгу на мою персону заводить, а то с такими темпами я рискую вымереть).       Дав ему передышку, пошла снова в атаку.       — Ты мне фамильяр или кто? Дай уже точный ответ, или мне снова придётся навестить одного бога.       Не дождавшись однозначного ответа, пошла выполнять задуманное…       — Дэйна!!! Положи ведро!.. Отойти от стены!.. Таким же путём, как тогда, ты к нему не попадёшь! — Это ещё почему? Та-а-ак. Опять Дести темнит. Спрашиваю, с какого перепуга Анузис стал недоступен, на что получаю шокирующий меня ответ:       — «Он, по вашему жаргону говоря, „сменил замки“».       — А я, по-русски говоря, их взломаю и на этот раз не отступлю, пока Анузис не ответит на ВСЕ вопросы (а их накопилась не просто тележка, а многокилометровый поезд).       — Своими вопросами ты его в могилу сведёшь, — неодобрительно покачал головой он.       — Он и так мёртв, или я чего-то не понимаю?! Может, он притворяется вампиром и сейчас находится здесь, в этом замке (сразу приставила среднее между мумией в бинтах и Кентервильским приведением с цепями на ногах, разгуливающий по замку и пугающий своим воем людей. Жуть)?! Дести…       — Дэйна, я фамильяр, а не ходячий справочник… — И быстро прервал свою многозначительную речь, когда я многообещающе посмотрела на него.       — Не справочник значит… — Ухмыльнулась я. — Напомни, где я тебя нашла, и кем ты притворялся до недавнего времени, а то я запамятовала.       — Книгой, — убитым голосом сказал он и, свесив свои уши, стал похожим на помесь вислоуха и кота. Какая прелесть! Мой фамильяр, оказывается, может быть таким МИЛЫМ! Дести чуть богу душу не отдал, когда я, с криком:       — «МОЯ ПРЕЛЕСТЬ», — кинулась на него, успела схватить за хвост и теперь сижу, обнимая его, используя вместо мягкой игрушки. А как он смешно отбивался и мяукал, забыв от страха о человеческой речи.       По моим прикидкам мы провалялись на кровати минимум час. И то я не хотела далеко отпускать от себя Дести, но в связи с тем, что летать я ещё не научилась, пришлось сесть на стул, задрать голову вверх и смотреть, как фамильяр приводил себе в порядок, обижено смотря на меня.       — Ты мне клок шерсти выдрала! — верещал он, держа в лапах свои волосы. — И здесь! И здесь! И ЗДЕСЬ!!! — с каждым новым маленьким клочком, фамильяр всё больше и больше истерил, а, в конце, вообще схватился за голову и взвыл. — Да ты меня лысым решила сделать!!!       — Отрастёт, — ухмыльнулась я, мысленно погладив себя по голове. Он же сам мне говорил, что эта форма кота не настоящая. Вот мы и проверили, насколько она искусственна.       Дести ещё немного повозмущался, но смирился, когда понял, что от меня раскаяние не получит. Побыв немного в блаженной темноте, глубоко вздохнула и приготовилась перейти к тяжёлой артиллерии. Так легко я от своих вопросов не откажусь.       — Дести. — Мой голос был уставшим. — Ответь нормально. Что со мной? Почему из меня даже нормальный вампир не получился?       Уловив моё настроение, фамильяр приземлился на мои колени и мордочкой начал тереться об мою щёку, успокаивая.       «Я думаю, это из-за силы марионетчика, — побоялся он говорить вслух это. Вдруг комната прослушивается. — Вспомни, когда в твоей голове проигрывались стихи из пророчества, там были такие строки:       „Я вампир, но и человек,       Не отличишь ты меня от обычных людей“…       Если вдуматься в слова, то выходит, что ты занимаешь среднее положение между вампирами и людьми… Давай я объясню это на примере еды: вампиры пьют только кровь, ну, а люди едят обычную пищу, и у обоих видов организм устроен так, что он не может переваривать пищу противоположного вида. А ты устроена по другому. Возможно, если захочешь, ты свободно сможешь есть любую пищу. Поняла смысл? Молодец. Правда есть одно большое НО… люди смертны и слабы, и не известно, какую именно черту ты взяла с обеих из сторон».       «Будет до ужаса не смешно, если силой марионетчика всё и ограничится, — начал рассуждать мой мозг. — Я стану слишком лёгкой мишенью. Достаточно только пули или кирпича по голове (бери выше — сосулька. Мне же по жизни не везёт), и я навечно пропишусь у Анузиса (только, боюсь, что ненадолго. Если на том свете и есть Ад, то он меня именно туда и отправит, ну или в другое место. Главное подальше от божественного величества. Но я же не пропаду. Поэтому будет гораздо проще, если он просто напросто оживит меня, а не заставит реинкарнироваться в дождевого червя)».       «Теперь ты рассуждаешь как вампир», — не знаю, похвалил он меня, или наоборот опустил.       — Нет. Как человек, который не хочет быть убитой родственничками принца, — не согласилась я с фамильяром. Свою человечность фиг кому отдам. Обломитесь, господа зубастые тунеядцы.       «Да, родители принца это что-то с чем-то, а их ментальные атаки вообще убойная смесь. Одна отвечает за чувства, а второй искажает мысли. Я думал, сума сойду, пока защищал твой мозг от их вторжения ».       — Ты о чём? — не поняла я.       «О том. Дэйна, ты ведь должна была почувствовать, что нечто странное творилось с твоими мыслями, будто кто-то ненавязчиво менял их. Может, ты кому-то пожелала кровавой расправы или, наоборот, хотела забиться в самый дальний угол, чтобы никто не смог тебя вытащить оттуда».       «Скорее первый вариант. Значит, мне пытались навязать чужие мысли… А я-то надеялась, что это моя вампирская сущность проснулась и решила расквитаться за нас обоих. Эх, не быть мне мясником». — Даже в мыслях шибко расстроенной я и не была.       «Нет, не быть, — подтвердила мою мысль Дести. — Вместо тебя эту роль сыграет Варак. Он твой родитель, хранитель… жених…».       — Дести! Ещё слово о моей женитьбе и… — Даже не знала, чем угрожать. О! Идея.- Я тебя к Знайсу отправлю. Заодно навестишь его и привет от меня передашь.       «Так я и так недавно от него. Поэтому и не мог некоторое время с тобой общаться. Он тебе передал этот браслет», — как волшебник, фамильяр вытащил из-за пазухи маленький кожаный браслет с какими-то замысловатыми узорами и письменами.       — Кажется, это не простая безделушка, — уже своим голосом сказала я, вертя в руках сей подарок, боясь одевать. Вон, как окажется, что в этой штуке очередной фамильяр сидит, так мне плохо станет. Трое фамильяров — перебор.       «Не-е. Это очень редкая вещь. Таких теперь редко где встретишь… Забытое искусство. Он специально сделан для защиты тебя. Даже и не знаю, сколько сил вложил в это домовёнок, но, явно, этот браслет подзаряжал не только твой второй фамильяр. Вот как раз он-то и спасёт тебя и от пуль, и от других колющих, режущих предметов, но сильно на него не полагайся и постарайся теперь тренировать интуицию. Ой! Кажись, Варак идёт. Мне пора смываться».       — Зачем? Он же тебя не видит, — не хотела я снова оставаться один на один со своим похитителем. От греха подальше, быстро защёлкнула браслет на правой руке и закрыла его рукавом (предупреждён — значит вооружён. Ещё бы пули где серебряные раздобыть, вообще красота бы была).       «Принц нет, а вот его фамильяр очень даже и видит, и имеет на меня гастрономические планы».       «Какие, какие там планы? А поточнее…»       Но Дести не успел ответить, как в комнату буквально ворвался Варак, быстро захлопнул за собой дверь и зачем-то подпёр её шкафом. Вид у принца был явно не презентабельный: мокрые, растрёпанные волосы, глаза в кучку, одежда, словно из стирки, мятая примятая, а местами и порванная, штаны были под стать верхней одежды, и только сейчас я заметила, что шея и часть груди была оголена, выставляя напоказ немыслимое количество красных полосок от царапин и размазанных пятен от губной помады разных цветов и размеров.       Вот тебе и сцена, взятая прям из анекдота про неверного супруга и его случайного столкновения с губами чужой девушки. Только, судя по всему, эта случайность была минимум раз десять.       Когда Варак отдышался, он с какой-то обреченным страхом посмотрел на меня.       — Дэйна… прости…       Бабах. Остатки двери с грохотом разлетелись по всей комнате, и только чудом первые куски древесины пролетели мимо меня. Не теряя больше ни секунды, я упала на пол и закатилась под кровать, избегая участи деревянного кола в сердце. Вот не успела стать вампиром, как меня уже хотят прикончить стандартным способом. На кровать сверху что-то упало, и она со скрипом осела. В комнате поднялась пыль. Ничего не видно. Хорошо, что я была на полу, иначе задохнулась бы, как пить дать. Даже здесь я старалась дышать через рубашку, натянутую до носа. Интересно, а Варак жив? Он же вплотную к двери стоял. О-о-о! Судя по отборным матам наперевес со стонами, принц очень даже жив, и как раз его тушка и лежит на кровати.       Но… что это было? Война? Переворот? Тейта наступает? Или принц так неудачно решил пошутить? А может у аристократов это вообще в порядке вещей взрывать двери?       «Нда. Дурдом, а не замок», — подвёл итог Дести. Он не смог промолчать, пусть и рискует быть раскрытым.       «Почему мне кажется, что это только цветочки», — чуть ли не плача (пыль в глаза попала и слезятся) подумала я и оживилась, когда в поле зрения увидела женские ярко- красные сапожки, приближающиеся к нам. Варак прекратил изображать умирающего и резко встал. Кровать при этом совсем жалобно скрипнула, грозясь сложиться домиком прям на мне (и никакого гроба не понадобилось бы). Сглотнув, поползла назад и медленно начала вылезать из-под кровати, пятой точкой вперёд. Осторожно подняла голову, чтобы можно было увидеть, что в спальне творится и зависла, когда глазам открылось ЭТО… Не понял… что за мымра накинулась на МОЕГО вампира и обнимает его?! Стоп… Моего?! Бл… дь. Лучше бы и правда меня убила эта кровать. Видимо ударная волна повредила остатки моих мозгов, иначе как объяснить, что я РЕВНУЮ?! Ну, милый… как захочешь ты поесть, так зубки тебе поотрываю.       — Любимый. Я так скучала по тебе, — висла на шеи принца эта блондинистая нечисть, видимо одетая по последнему писку моды вампиров. Помните, я сказала, что сапожки были красными… Так вот… у неё вся одежда была такого же цвета и кожаная, плотно прилегающая к телу, позволяя увидеть все изгибы женских прелестей. Фу, женщина-кошка нынче у людей не в моде. Это же схватиться даже не за что, руки будут соскальзывать.       Меня они в упор не замечали, а я ведь от шока встать успела и буквально взглядом убивала их обоих.       — Милена, — слишком обречённым голосом обратился Варак к своей знакомой и пытался её от себя отодрать. Но куда там. Одной мужской силы здесь не поможешь. Женские загребущие ручки способны удержать любую понравившуюся вещь, пусть даже это принц вампиров. А девушка не промах. Она умудрились ногами прижаться к нему и теперь облюбзивала его шею, словно пиявка. Интересно, мне помочь ему или оставить всё, как есть?!       — Ничего не говори, зайчик мой… — Кхе-кхе. Кто-нибудь… спасите меня!!! Я сейчас помру… от смеха. Пришлось даже до боли ущипнуть себя за руку, чтобы подавить начало истеричного смеха. Нетушки. Пусть дальше считают меня невидимкой, а я послушаю. Сейчас мне явно не достаёт позитива. — Я знаю, ты тоже ждёшь, когда мою кандидатуру утвердят, и я стану твоей невестой.       Улыбки как не бывала, вместо неё прорезались зубки и… во мне что-то резко начало меняться. Кажется, я начала понимать, что значит их ГОЛОД, и поверьте… это ни в каком сравнение не идёт с людским понятием. Жажда… я хочу пить… господи! Горло не болит, оно просто пылает… обжигает… заставляет податься самому низменному инстинкту… выживания. Схватив одной рукой себя за горло и с силой вонзила ногти в него, зубами вцепилась в кисть второй руки. При этом я думала только об одном:       «Главное не сорваться. Не поддаться вампирской сущности».       Почувствовав неладное, принц пытался повернуть голову назад и посмотреть, что случилось, но руки девушки мешали этого сделать. Правда, вскоре даже до блондинки дошло, что в комнате происходит что-то нехорошее. Она подняла свой взгляд и посмотрела на меня. Я видела, как зрачки глаз её расширились, и Милена неуверенно начала освобождать из захвата Варака.       — Так ты контрактер моего жениха, — довольно быстро пришла она в себя и с высокомерием начала говорить. Видимо, моё прикрытие всё ещё не раскрыли. Не зря я приводила себя в порядок. — Хм. А ты ничего. Не то, что обычный скот. Может даже я уговорю своего любимого оставить тебя при себе. Интересно, какова на вкус твоя кровь… — И глаза её налились красным, превращая девушку в большую красную фигуру. — Я хочу попробовать. Что же ты молчишь, парень? Ах, да, я тебе ещё же не давала разрешения. Какой послушный мальчик. Даю тебе позволение разговаривать… Что же ты продолжаешь молчать? Говори!       Вот не поверишь, вампирша, у меня был точно такой же вопрос, но к Вараку. Почему он позволяет так разговаривать какой-то швабре со мной? Он даже не повернулся ко мне лицом, словно всё, что происходит в комнате, это его не касается. Будто я пустое место, хотя, в его мире, так оно и было… Ненависть, как яд, расползалась по моим венам, причиняя дополнительную боль моему телу. Да уведите эту смертницу от меня, пока я её не убила, а я могу… чувствую, что могу, и эти знания тяжёлым грузом ложатся в мою душу. Когда эта пытка кончится? Чтобы заглушить хоть немного боль, я глубже клыками вцепилась в свою руку, разрывая кожу. Рот наполнился кровью, и я непроизвольно начала глотать её.       «Нет. Не та. Я хочу другую… более вкусную», — снова эти пугающие мысли. Варак! Да повернись же ты, наконец-то!!! Разве ты не чувствуешь, как мне плохо?! Почему ты так поступаешь со мной?! Всё, больше не могу… Анузис мне в свидетели, я пыталась бороться…       Шаг, шаг, ещё шаг… Словно вдалеке я слышала, как вампирша продолжала отпускать мою человечность ниже плинтуса и почему-то я ей за это ещё должна быть благодарна, чуть ли не ноги целовать. Шаг. Милена яростно кричит, требуя моего повиновения и ответов на свои вопросы. Шаг. Вампирша сказала какую-то белиберду и с превосходством начала смотреть на Варака, будто чего-то ожидая от него. Шаг. В воздухе запахло страхом, и я с наслаждением вдохнула его, по-прежнему не отпуская кисть из-за рта. Блондинка запаниковала. Теперь уже она делает шаги назад, боясь повернуться ко мне спиной. Подходит к Вараку и пытается что-то ему доказать, показывая на меня. Принц даже не шевельнулся и стоял на том же самом месте. Шаг. Милена вытаскивает из кармана какой-то пузырёк с зеленоватой жидкостью и подносит его ко рту вампира. Тот резко хватает её за руку, выворачивает её. Пузырёк летит на пол, разбиваясь, а вампиршу он толкает в сторону выхода. Пролетев несколько метров, она резко вскакивает с пола и шипит, как рассерженная кошка. Варак не остаётся в долгу, и замок содрогнулся от его рыка. Милена, поняв свою ошибку, оказалась на коленях и склонилась в глубоком поклоне.       — Простите принц мою глупость, — затряслась она от страха, и голос это не скрывал. — Прошу вас помиловать меня.       — Милена Хартен Киесан. — От его обращения в коридоре значительно понизилась температура воздуха. — У тебя хватило наглости отравить меня запретным зельем подчинения! Так тебе это показалось недостаточно, и ты меня ещё хотела напоить зельем отрицания и заставить напасть на своего контрактера, а потом и на свою семью!!! Ты виновна по всем законам, и твоя вина доказана. Никакой суд проводиться не будет. Но я смягчу твоё наказание, потому что твои родители оказали неоценимый вклад нашей короне. Посему… ты приговариваешься к изгнанию и наложением запрета на способности, сроком три века. Стража! — Из ниоткуда выскочили знакомые ниндзя и скрутили девушку.       — Дайте ей чёрную кровь и выгоните из наших земель…       — Неееет! — Вдруг заорала, как резаная, вампирша, услышав последний приказ принца. — Господин! Повелитель! Прошу — пощади! Я согласна на изгнание, только не надо чёрной крови. Прошу вас…       — Три века, Милена. Именно столько ты не сможешь пить людскую кровь. Научись приспосабливаться, как это сделал я. Уведите её…       И больше не церемонясь, охрана связала девушку. Ещё долго были слышны крики мольбы и помощи вампирши. Принц ни на секунду не сожалел о своём решение. Когда в коридоре не осталось никого, он повернулся назад и… ужаснулся. Его контрактер был, мягко говоря, не в себе (ах, мягко?! Да ты… да я… придушу): волосы лохмотьями спадали на плечи, кроваво-красные глаза безумно смотрели на него; на шеи красовались пять кровавых глубоких отметин от ногтей; вся одежда в пыли и кровавых разводах. А завершал весь этот ужас её рот. Было видно, как Дэйна со всей силой вцепилась клыками в свою кисть, и часть крови вытекала из уголков губ, капая на пол. Варак мысленно прочертил расстояние между кровавыми пятнами на полу и приблизительное количество крови, которое она потратила. КРОВЬ?! Во имя Анузиса! Да она же сейчас ведёт себя как новорождённый вампир, с той только разницей, что не бросается на всё, что видит. Девушка каким-то чудом смогла сдержать свою жажду и не наброситься на Милену. Вот почему та требовала уничтожить моего контрактера. Она инстинктивно чувствовала он неё опасность. А я, глупец, подумал, что Дэйна, не зная наших правил, нагрубила изменнице, ведь из-за зелья не мог повернуть голову и слышал только обрывки разговора. И если бы Милена не отдала противоречивый приказ «уничтожить контрактера», пришлось бы потратить больше времени на нейтрализацию яда. Дура, кукла накрашенная без мозгов!!! Само по себе уничтожение контрактера приравнивается к убийству себя самого. Видимо, на уроках истории, эта девушка занималась всем, кроме самой истории. Иначе бы не совершила такую непростительную ошибку.       Кап, кап. Дэйна продолжила идти и впервые Варак… растерялся и не знал, что делать…       «Глупец! Ты что творишь?! Сам каким местом думаешь?!» — чертовски злым голосом заговорил внутри Варака Нарак.       Не дождавшись ни ответа, ни привета, Нарак буквально закипел от злости.       «Всё, ты доигрался! Меняемся», — бесцеремонно выгнав опешившего принца из их общего тела, Нарак, ни теряя ни секунды, подбежал к Дэйне, схватил её и понёс в свою комнату, где были целы все двери. Лишние зрители им ни к чему. Положив девушку на кровать, он с силой начал вытаскивать из её рта руку.       — Да отцепись же ты. Глупая, себе только хуже делаешь, — шипел он и боялся, что его птенец может отравиться собственной кровью и потерять себя навсегда, став одержимым.       «И откуда столько силы в этом теле? Недавно стала вампиром, а уже может противостоять древнейшим», -искренне недоумевал он. Поняв, что если и дальше продолжит с силой вырывать её кисть, то получит: самое меньшее, это перелом руки, а то и массивное кровотечение из-за порванных зубами артерий и вен. Нарак надеялся, что его новый план удастся.       — Одни проблемы от вас обоих, — с рыком вонзил он в свою руку клыки и, удерживая рану над ртом Дэйны, начал ждать.       Почувствовав вкус чужой крови, его птенец вздрогнул и мгновенно вцепился обоими конечностями в руку вампира.       — Тише, тише. Пей медленней. Никто не собирается останавливать тебя, — обнимая, качал он её в своих руках и немного отодвинул руку, чтобы Дэйне было удобнее из неё пить. Спустя минуту девушка уже спала, доверчиво прижимаясь к телу принца. Нарак осторожно перебирал её волосы, боясь разбудить.       «А ты наказан. Теперь сиди здесь и подумай над своим поведением», — мысленно обратился он к Вараку и ухмыльнулся, когда тот вежливо велел катиться ему куда подальше. Ничего. День сегодня обещает быть очень долгим, а ночь пленительно красивой и… опасной.