Отныне я горничная

- Почему нельзя? Ты кто такой, чтоб запрещать идти мне домой? - возмутился я. Дома меня не было около недели, я все это время просто лежал в кровати. Когда узнали, что я играю в игры на телефоне, позабирали все на свете. Видите ли, нельзя создавать нагрузку на мозг. Может, мне скучно! И вот однажды я решил все-таки навестить дом. Папа, небось, волнуется, да и вечные звонки Леши просто пугают, особенно когда из трубки доносятся крики: «Собирайся, я еду!». Конечно, мне удалось отговорить от этой безумной затеи друга, но всему есть предел. Уверен, когда-нибудь меня слушать никто не станет (как сейчас) и просто приедет, свяжет меня и увезет подальше. - Лежи и отдыхай. И незачем волноваться. Вредно, - спокойным голосом ответил Саша, собираясь куда-то на совещание. Вот же везучий человек! Он хоть на улицу выходит, а я только мечтаю о свежем воздухе, когда смотрю в окно на яркое голубое небо, на весеннее солнышко, дарящее теплые лучи всему миру. Несправедливо держать меня запертым в доме! Я человек и имею право ходить куда хочу и делать, что хочу! - Ну, пожалуйста! Я много прошу разве? Всего лишь домой, пожалуйста! - немного детским голосом прошу я и смотрю на Сашу так, как упрашивал отца купить мне машинку, когда был маленьким. Вроде бы тогда получилось, значит, и сейчас получится. - Ох, ну что с тобой будешь делать. Хорошо, только немного позже. Я в обед приду домой, и мы вместе поедем. Согласен? Вот она сила щенячьих глазок! Что ни попросишь, все выполнят! Вот только злоупотреблять не стоит, когда-нибудь этот способ не пройдет. - Спасибо, большое. - Но с тебя небольшой должок. А ты что думал, я тебя за бесплатно больного на улицу выпущу? Ан-нет! Простите. Черт, должен же был догадаться, что здесь какой-то подвох. Надеюсь, Саша попросит что-то не космическое, а простое. Я, как бы, еще ребенок. - Ну, и что ты хочешь? - пожалуйста, только простое, только простое, только простое. - Один маленький поцелуйчик. Это же не так много, - прошептал Александр, склоняясь надо мной. - Ну, если только совсем маленький, - согласился я и, закрыв глаза, стал ждать. - Нет, ты целуешь. Вот наглость! Я должен?! Я никому ничего не должен! Не забывайтесь, но все-таки я согласился, так что нечего отлынивать, Евгений. Крепко зажмурив глаза, я потянулся к хозяину и слегка коснулся его губ, таких мягких и теплых. - Мало, это не считается, - прошептал Александр. Да что его не устраивает, сам же сказал, что совсем чуть-чуть. Вот и получил. - Но мы же договорились… - Так я и Игнатия Матвеевича поцеловать могу. - Пф! Ну ладно, захотел мало, получай. Вот только большего не жди. Снова касаюсь его губ, пытаюсь поцеловать, но ничего не выходит. Ну не умею я. А Саша просто ждет, даже помочь не думает. Издевательство чистой воды! Ладно, попробуем по-другому. Не уверен, что получится, но попытка не пытка. На счет три: один, два… Не успел я досчитать, как Александр взял все в свои руки, то есть губы. Жадно целуя меня, он пару раз даже укусил до крови, почувствовался металлически-соленый вкус. Саша языком заставил раскрыться мои губы, углубил поцелуй. Это уже домогательство! Не смей насиловать мой рот! Пытаюсь оттолкнуть его, но ничего не выходит. Попробуйте поднять эту двадцатипятилетнюю тушку, неизвестно сколько весящую! - Вот и все. Нечего бояться, - улыбаясь, произнес Александр и потрепал меня по волосам. - Иди ты!- не выдержал я и укрылся одеялом с головой. - Только с тобой. Ха-ха-ха! Ну, ладно, я пойду. В два будь готов. До встречи. - Угу, - пробубнил я из под одеяла. Сейчас, подожду минутку, пока дверь закроется и вылезу. Хоть бы эта минутка прошла быстро, а то уже дышать нечем. М-да, вот и еще одно утро прошло. Интересно, как там отец? Волнуется ли он? Переживает ли? А Лешка? Я же ему так и не позвонил, что дома, не поговорил на счет прошлого нашего разговора. Может, он уже все и забыл? Было бы неплохо, вот только друг не из тех, кто страдает амнезией. *** В квартиру я поднялся один. Не хватало еще, чтоб отец увидел двухметрового Александра. Тогда же не только расспросы последуют, но и разборки, если кто-то кому-то не понравится. В общем, Саша остался в машине, а я вошел в подъезд. Но если вдруг меня очень долго не будет, Саша может подняться. Но это в крайнем случае. - Пап, я дома! - прокричал я, входя в квартиру. А в ответ мне тишина. Снимаю обувь, следую на кухню. Там обычно сидит отец. Но его там нет. Иду в его комнату. Тоже нет. Ладно, остается только гостиная, больше негде, конечно, если только папа не в моей комнате. Там-то я его и нашел. На пороге стояли чемодан с моими вещами и еще несколько коробок. - Явился все-таки. Решил вспомнить родного отца, щенок, - сквозь зубы прошипел отец, с отвращением глядя на меня. Что здесь случилось? Чего это отец так завелся? Я думал, что Александр предупредил папу. Неужели, отец опять пьян? Ну, да, так и есть. Если бы было все наоборот, не было бы этого туманного взгляда и странного румянца на щеках. - Па, ты чего? -Да так, просто. Мне тут шепнули кое-что. Сможешь объяснить? - Что? - Откуда у тебя такие деньги? За уборку столько не дают. - Дают, смотря, что убирать, - начал я, но меня перебили. - Хватит врать, щенок! Я знаю, откуда такие деньги. Как ты вообще мог так поступить? Как ты мог спать с мужчиной? А я-то думал, что же за перец такой звонит, все защищает тебя… Любовник твой, как оказалось. Что за бред папа несет? Ничего такого не было! Я ничем таким не занимался, разве что только один раз, и то меня, считай, заставили. Но денег за это я не получал. - Папа, кто тебе сказал эту чушь? Да не важно, если честно. Как ты вообще мог в это поверить? Хотя… - Не в этом суть! Как ты мог так поступить?! - закричал отец, ударив кулаком по столу. Ну, все, сейчас начнется. - Не было такого. Разве что только один раз, но и то по любви. - Значит, было все-таки! И как, понравилось? - вновь повысил голос отец и, больше не в силах сдерживать себя, ударил меня по голове. Я упал на пол, больно ударившись спиной о чемодан. -Папа, успокойся! Я… Пожалуйста! Но меня никто не слушал. Продолжая злобно на меня смотреть, отец склонился надо мной и, схватив за запястья, начал: - По любви… А знаешь, что мне сказал твой Александр? Так, кажется, его зовут? Слушай, парень, и мотай на ус. Он предложил мне денег, сказал, что безвозмездно оплатит наш долг, лишь бы я только тебя не трогал, грозился засудить. Считай, он купил тебя… Аха-ха-ха… А я же поверил, согласился, старый баран. Боялся потерять тебя, тебя, единственного, что напоминало о твоей матери, такой же любительнице построить глазки каждому, кто хоть раз улыбнется. Ты весь в нее, такой же ветреный, безрассудный… Меня купили? Отцу угрожали судом? И все ради того, чтоб… Чтоб… Даже страшно вспоминать. Какой же я идиот. Поверил, поддался… Говорил же Леша, что все не просто так, что не бывает все легко. Надо было слушать его, а я… Как всегда… Черт! Чем же я думал, почему меня так легко провести? А я же поверил Александру, каждому его слову, каждому поступку. А оказалось все так… И сам знал, что все так хорошо не бывает. Даже такое волшебное исправление отца казалось странным. И вот как все «чудесно» получилось. Просто слов нет, как же я «рад»! Горячие слезы медленно скатываются по щекам, попадая на губы. Чувствую их горько-соленый вкус. - Убирайся отсюда. Убирайся из моего дома, чтоб я больше тебя не видел! - закричал отец и указал мне на чемоданы. - Вещи я твои собрал, так что можешь не трудиться. Даю тебе десять минут, чтоб убраться из моей жизни. Здорово! Просто отлично! Договорились, отец, ты больше никогда меня не увидишь, даже знать не будешь где я, как я, что вообще со мной происходит. Я уйду, вот только не надейся, что я вернусь. Ни тебе, ни Александру я больше не верю. Все, хватило одного раза, больше я на одни и те же грабли наступать не буду. - Прощай, пап. Надеюсь, ты больше не встретишь меня, потому что я не собираюсь дальше портить тебе настроение своим видом. Хоть я такого и не совершал и мне, честно, все равно, кто это тебе сказал. Но если ты поверил и больше не хочешь меня видеть, я исполню твое желание. Встаю с пола, не забирая свои вещи, иду в коридор и выхожу из квартиры, даже не дождавшись ответа отца. Так обидно, что родной тебе человек отказывается тебе верить, что он готов согласиться с каждой дрянью, что приписывают мне, даже не выслушав. И кто же, интересно, такой умный, что придумал такую ложь? Он же должен был знать много, очень много. Но кто? Никаких вариантов, ну и ладно. Выхожу из подъезда и вместо того, чтоб направиться к машине Александра, прохожу мимо, зная, куда могу пойти, чтоб больше никто грязью не облил. Остался один человек, которому я могу доверять. Уж Леша никогда ничего мне плохого не делал. Возможно, это единственный человек, которому я дорог, который любит меня.