С Рождеством, Гарри.

Я всего лишь хочу рассказать вам очередную сказку, итак, начнем.

***

- С Рождеством, Гарри, - улыбчивая физиономия лучшего друга светилась от счастья. - Рон, ты сволочь! Рань несусветная, а ты скачешь, как корнуэльские пикси, - Гарри плотнее закутался в одеяло и отвернулся. - Ты с ума сошел?! Там же подарки, пошли скорее смотреть. Наверняка мама прислала что-то вкусное, - Уизли тряс Гарри и явно не собирался оставлять его в покое. - Ты! Рыжее чудовище! - рявкнул Поттер, откидывая одеяло. - Это же первое Рождество после победы над Волдемортом, а ты … - Рон махнул рукой и как был, в пижаме, так и отправился в гриффиндорскую гостиную. - Что за семейка!? Вчера Джинни до четырех спать не давала, сегодня её братец будит ни свет, ни заря! В генах у них это заложено, что ли? – недовольно буркнул себе под нос Поттер и отправился умываться, чтобы потом, переодевшись, спуститься вниз. Это, действительно, было их первое «мирное» Рождество. И Рон был совершенно прав. Просто Гарри которую ночь пытался лечь пораньше, но ему постоянно кто-то мешал. То Гермиона до позднего вечера пыталась вести с ним диалог на тему прочитанного накануне «трактата о змееустах», то Рону срочно приспичило поговорить о последнем матче «холихедских гарпий». Ну, а прошлым вечером, после рождественского ужина и дружеских посиделок со всем факультетом в гостиной, Джинни срочно понадобилось обсудить с ним последнюю модель гоночной метлы, и она утащила Гарри в укромный уголок. О метлах, к слову сказать, она забыла уже через несколько минут, и, удобно устроившись у Гарри на коленях, щебетала без устали о последних сплетнях Хогвартса. Ближе к утру, когда Поттер совершенно запутался в хитросплетениях отношений однокурсников, Джин сразила его наповал самой главной и важной новостью всех факультетов. Оказывается, абсолютно всех интересовал только один вопрос, когда же они с Гарри поженятся? И вот тут Поттер не выдержал и просто сбежал. Сославшись на жуткую усталость, он в тихом гневе ушел к себе в спальню. Джинни, сама того не подозревая, затронула очень неприятную для него тему. Вот уже несколько месяцев подряд Гарри терзали смутные сомнения в правильности всего происходящего. Нет, Джинни была прекрасной девушкой и однозначно станет прекрасной женой, но факт оставался фактом - Гарри совершенно не видел в ней свою спутницу жизни. Да, красива, да, умна и сильна магически, но ее всегда было слишком много, она душила своей заботой, вниманием и навязчивостью, да и другом она была однозначно лучше, чем девушкой или невестой. Поттер все чаще ловил себя на мысли, что, в буквальном смысле этого слова, заставляет себя общаться с ней. Он даже загадал желание под бой часов - разобраться в себе, и сразу же, как выпил бокал шампанского, услышал призрачный звон бубенцов и шелест ветра, странно напоминающий слова «как пожелаешь». Но крики и поздравления, раздавшиеся со всех сторон, вымели эти воспоминания. И вот сейчас Гарри, злой и не выспавшийся, спускался в гостиную, а в голове было два желания: оказаться как можно дальше; и побыть в тишине и покое. - Доброе утро, Гермиона, привет, Джин, - поздоровался Гарри, а про себя подумал: «как они умудряются так бодро выглядеть?» - он оглядел всю комнату: везде шум, гам, смех и шелест разворачиваемых подарков. «Один я, как старый Скрудж, всем недоволен». - Гарри, иди к нам, - Рон, как всегда, совмещал несовместимое: жевал, смеялся и разговаривал. Джинни хмуро поглядывала на Гарри - она до сих пор злилась на него за вчерашнее. - Джин, ты чего такая смурная? - спросила Гермиона. «Ну, ничего не скроется от нашего зоркого ока», - подумал Гарри и сел к своим друзьям. И тут Джинни выдала такое, чего Гарри никак не ожидал в рождественское утро. - Я, наверное, чего-то не понимаю, но Гарри последнее время совершенно не уделяет мне внимания. Вроде бы мы встречаемся, но на самом деле пока я сама не предложу, он меня и гулять не позовет, и совершенно не проявляет инициативы. А вчера вообще сбежал, представляешь! Стоило мне только заикнуться про свадьбу, так он скинул меня со своих коленок и убежал. - Джин, а тебя не смущает, что мне всего восемнадцать, а тебе только семнадцать? О какой свадьбе речь? - Гарри подавился от негодования. - А тебя, Поттер, не смущает, что половина моих одногодок уже помолвлена? - Джинни поднялась из своего кресла и уперла руки в бока. Гермиона притихла, а Рон даже жевать перестал. - Сестренка, эй, ты чего? Ну на ком же ему жениться, вы вместе уже третий год. - А, как я погляжу, ему и невдомек, что, как честный человек, он уже давным-давно должен был сделать мне предложение, - продолжала наступать Джинни. - Да куда он денется-то, у него роднее нас и нет никого, правда, Гарри? - Рон толкнул Поттера в бок. - А меня спросить не забыли? Чего я хочу, вас не интересует? - сквозь зубы процедил Гарри. - А на ком ты еще можешь жениться? - Рон посмотрел на друга, как на умалишенного. - Да хоть на хорьке, только решать я буду это сам, а не потому, что я кому-то там чего-то должен! - Гарри встал и выскочил из гостиной. Поттер шел, не разбирая дороги. «Сколько можно, почему все кругом на меня давят, жениться я, видите ли, должен. Задолбали. Они, наверно, всю жизнь мне уже распланировали и видят меня в роли аврора. А вот хрен им всем, уеду к мордреду на куличики и стану, как Чарли, драконов разводить или вообще, с Лавгуд морщерогого кизляка поеду искать». Через час блужданий по бесконечным коридорам Хогвартса Гарри понял, что проголодался и пошел в сторону Большого зала. Открыв дверь и сделав пару шагов, он замер, потому что все присутствующие вдруг замолчали. «Ну, и что на этот раз?» - подумал он, оглядывая всех. А посмотреть было на что - любопытством светились даже глаза профессоров. Отличался от всей этой пытливой братии только, пожалуй, Малфой. Он почему-то был пунцово красным. И именно он, выйдя из-за своего стола, шел навстречу ему, Гарри, гневно сверкая газами. Подойдя, он схватил Поттера за рукав и сквозь зубы бросил: - На пару слов. Гарри категорически ничего не понимал и поэтому даже не сопротивлялся. А Драко, тем временем, привел его к первому попавшемуся заброшенному классу, и, не церемонясь, затолкал его внутрь, прикрыв за собою дверь. - Поттер, или ты мне сейчас все популярно объясняешь или я прокляну тебя так, что твои потомки до седьмого колена заикаться будут, если, конечно, эти потомки у тебя когда-нибудь появятся. Таким злым Гарри не видел Малфоя никогда: руки сжаты в кулаки, на пунцовых щеках играют желваки. С таким Малфоем даже Поттеру находиться было боязно. - Драко, ты чего? Хотя бы намекни, в чем дело, - Гарри был в полной растерянности. - Ох, ничего себе поворот событий, это с каких пор я - Драко? - Малфой обернулся и кинул на дверь запирающее и заглушающее заклятье. - Как скажешь, Малфой. Объясни, в чем я провинился, и мы все уладим, - Гарри попытался выставить вперед руки, но Малфой ударил по ним и схватил его за грудки. - Я не знаю, как ты узнал о моих чувствах, но издеваться над собой я не позволю никому, даже тебе! - Он встряхнул Гарри, как куклу, и продолжил, шипя прямо ему в лицо: - Пять лет, Поттер, пять гребанных лет я себе места не нахожу, на стену лезу от одной мысли о тебе. И хоть раз я намекнул на то, что ты мне небезразличен? Мм? Хоть раз попытался привлечь твое внимание? Подушку по ночам зубами грыз, но ни слова не сказал. А ты узнал, что я тебя люблю и давай потешаться? Женишься на мне? Сука ты, Поттер, хоть и гриффиндорец! Гарри обалдел от того, что услышал. Как за час, брошенная вскользь фраза, могла облететь весь Хогвартс и дойти до Малфоя? Уму не постижимо! - Я не хотел, - придушенно прохрипел Гарри. - Чего ты не хотел? Жениться? Унижать меня? Что? - казалось, что гнев Малфоя можно потрогать рукой. Поттер попытался вырваться из рук Драко, но тот как с цепи сорвался. Гарри и сам не понял, как это произошло, но ему дико захотелось заставить Малфоя заткнуться, и, когда тот встряхнул его в очередной раз, Поттер притянул к себе Драко за отвороты мантии и поцеловал. Малфой замер и разжал руки, а Гарри пользуясь моментом, начал спиной пятиться в сторону выхода. - Я не знал… прости, что оскорбил, я не хотел, мне нужно подумать… я, правда, не ожидал, прости… Драко из всего этого лепета не понял и половины, но, самое главное, до него дошло, Поттер ни черта не знал о его чувствах, и он только что сам, как последний дурак, себя сдал. Прикрыв одной рукой глаза, Драко взмахнул палочкой, открывая дверь. - Убирайся, - тихо, без эмоций и как-то обреченно, прошептал он. - Драко… - Пошел вон, не желаю тебя видеть, - все так же тихо сказал Малфой. Гарри вышел из класса, и, прикрыв за собою дверь, побрел, куда глаза глядят. Весь день он ходил сам не свой - слова, сказанные Драко, никак не хотели покидать его мысли. «Любит, уже пять лет, это же уму непостижимо. Каково это любить кого-то и не сметь ему признаться? Бояться, что не поймут. Пять лет! Это же пытка. А, как бы я поступил на месте Драко?» - почему-то называть его Малфоем после таких слов совершенно не хотелось. Ближе к вечеру Гарри решил пойти в свою комнату и лечь спать, потому что голова разрывалась от массы вопросов: как, почему, зачем, и, самое главное, что теперь с этим делать? Гриффиндорская башня встретила Гарри шумом, продолжающимся весельем и только сейчас он вспомнил, что вообще-то Рождество, а он так и не развернул подарки. Да, и вообще, судя по всему, он многим испортил праздник. Не обращая внимания на окрики друзей, он поднялся к себе в комнату. «Со всем этим буду разбираться завтра», - подумал он, выпивая зелье «сна без сновидений» и проваливаясь в царство Морфея.