С Рождеством, Гарри.

- С Рождеством, Гарри, - улыбкой Рона можно было осветить пол Лондона. - С Рождеством, Рон. Подожди минутку, я сейчас оденусь, и мы спустимся в гостиную смотреть подарки. - Отлично, я пойду первым, мама, наверняка, передала много вкусного. Гарри улыбнулся. Проснувшись сегодня утром, он знал, что нужно изменить, а в груди жила уверенность в правильности своих поступков. - Всем доброго утра и с Рождеством, - сказал он, выходя из комнаты, - Рон, Джинни, Гермиона, мне нужно с вами поговорить. Они все расселись, и Гарри накрыл их куполом приватности. - У меня к вам просьба. Выслушайте меня, а потом можете бить морду, кричать и высказывать, какой я гад. - Гарри ты чего… - Подожди, Рон, сначала я. Начнем с тебя, Гермиона. Я очень тебя люблю и ты мой друг, но с этого дня я сам решаю, что мне читать, за что бороться, и куда поступать учиться. - Но, Гарри… - Никаких «но», Гермиона, мальчик вырос. Я должен учиться думать своими мозгами. - Теперь ты, Рон. Однозначно ты мой друг и ты мне тоже очень дорог, но с этого дня я не позволю тебе решать за меня с кем мне жить и шантажировать меня нашей дружбой тоже не позволю. Как говорится, не нравлюсь - не ешьте. Рон побагровел от такой отповеди, ничего не сказал, только кивнул головой. - Ну и теперь ты, Джинни, моя малышка Джи, перед тобой я должен извиниться за то, что позволил надеяться; за то, что не оправдал надежд; за все. Но в последнее время я понял, что ты друг, сестра, очень важный для меня человек, но никак не девушка или будущая жена. Я не люблю тебя. Прости. Гарри смотрел в наливающиеся слезами карие глаза и клял себя на чем свет стоит, но по-другому уже поступить не мог. Вчера, на полу грязного кабинета он понял, кому принадлежит его сердце. - Прости, если сможешь. Звонкая пощечина обожгла щеку Гарри. «Заслужил, наверное», - подумал Поттер. Рон и Гермиона смотрели, не понимая, что происходит. - Кто она, отвечай мне, кто та шлюха, на которую ты меня променял? - орала Джинни. - Послушай меня внимательно. То, что мы с тобой не пара, я понял уже давно, а вот любимого человека оскорблять не позволю. Джинни выскочила на середину гостиной, продолжая орать: - Гарри Поттер, ты - неблагодарная сука. Я и моя семья для тебя столько сделали, а ты… - А я не врал тебе ни дня, я только вчера окончательно понял, что люблю его. - Его?! Ты променял меня на мужика? - Джинни вопила все громче. - Значит так, Джиневра Уизли. Раз по-хорошему ты не хочешь, значит, в часть уплаты долга жизни, я требую от тебя непреложный обет о том, что ни ты, ни члены твоей семьи или кто угодно по твоей просьбе, не причинят человеку, которого я люблю, вреда. Гермиона, засвидетельствуй. - Конечно, Гарри, но чтобы правильно составить обет, нам нужно имя человека, о котором идет речь. Гарри схватил Джинни за руку, и, глядя ей в глаза, сказал: - Прости, но я боюсь, что ты навредишь ему, а за него я и убить могу, - и уже, повернувшись к Гермионе, тихо сказал: - речь идет о Драко Люциусе Малфое. Джинни охнула, но обет принесла. Рон подошел к Гарри и, не глядя на него, спросил: - Чем же тебя Джинни не устраивала? - Рон, ты любишь Гермиону? - Конечно, люблю. - А ты представляешь свою дальнейшую жизнь с ней? Дом, детей, старость. - Представляю. - Вот и я представляю, но только с ним. Я его люблю, Рон, пойми ты это. - Может быть, когда-нибудь… - и он увел свою рыдающую сестру. Все находившиеся в этот момент в гостиной гриффиндорцы сидели тихо, как мышки. Но Гарри это волновало меньше всего. Сейчас ему нужно было спешить в Большой зал. Малфоя он увидел завтракающим и, не думая о том, что творит, подошел к слизеринскому столу. - Сонурус! Простите, что отвлекаю вас от завтрака, но я не хочу, чтобы потом ходили слухи. - Поттер, ты что творишь? - прошипел Драко. - Драко Люциус, я тебя люблю, - Малфой прикрыл глаза и стиснул зубы. - Поттер, твои шутки неуместны, прекрати паясничать, - Гарри отменил заклинание и уже нормальным голосом проговорил: - Не соблаговолите пройти буквально на пару слов. - Поттеррр… - Что ж ты, как маленький? Драко встал, убрав салфетку, лежащую на коленях, и вышел из-за стола. Гарри, сияя, словно рождественская гирлянда, пошел за ним. Зайдя в очередной заброшенный класс Драко присел на край парты. - Да, что же ты все время выбираешь новый кабинет, я устал их от пыли очищать, - смеясь произнес Гарри. - Поттер, у тебя две минуты, чтобы объяснить мне, что происходит. - Я тебя люблю. Разве этого объяснения мало? - Скажи честно, тебя Волдеморт ничем тяжелым по голове не бил? Гарри подошел поближе к своему любимому дракону и попытался его обнять. - Руки убери, иначе так прокляну, что нечего протягивать будет. - Что Мордред побери, происходит?! - заорал Гарри, отчего Драко вздрогнул, - хочешь, на колени встану? Что же ты непонятливый такой сегодня. - А вчера понятливее был? - вздернул бровь Малфой. - Вчера - да. Драко, пожалуйста, поверь мне, это не шутка и не розыгрыш, я действительно… - он в очередной раз сел на пол у ног Драко и, заглядывая снизу вверх ему в глаза спросил: - Что я не так делаю, ведь я знаю, что ты меня тоже любишь, почему сегодня все не так? - Я понятия не имею, откуда ты узнал о моих чувствах, но вот так, перед всеми… это отвратительно. У тебя девушка есть, ты о ней подумал? Гарри встал, отряхнулся и пошел из класса. Уже возле двери он обернулся и с тоской в голосе спросил: - Один поцелуй, Драко, чтобы дожить до завтра. Малфой прошел мимо и,так и не обернувшись, вышел из класса. «Почему сегодня все не так? Что я делаю неправильно?» - Гарри решил понаблюдать за Драко на следующий день, а сегодня, сегодня просто надо пережить.