Последний повелитель

Оказалось, что жить бок о бок с Богом огня и коварства не так уж и плохо. Локи был на удивление тихим соседом, а я старалась лишний раз его не злить. Мы виделись довольно редко: он сидел, запершись в моей комнате, что удивительно, поскольку замок в ней был давно сломан; я больше времени проводила вне дома, совсем не боясь оставить трикстера одного. Он редко спускался для того, чтобы поесть, поэтому мне приходилось оставлять поднос с едой у дверей, беспокоясь, что он просто умрет с голоду. Единственное, что он делал часто, – это спускался, чтобы посетить ванную комнату. Если зайдет, то выйдет не скоро. Сразу заметно, что ходить грязным он больше не намерен. Мне приходилось несколько раз закупаться новыми бутылями с шампунем и гелем для душа: Локи совсем не волновало то, что это я не ему покупала. Вещи свои он стирал сам, да и вообще старался ко мне не приближаться. Казалось, он избегает меня. В душу закрадывались подозрения о том, что Мунин уже прилетел к нему и принц просто не желает чувствовать что-то подобное, что чувствую я. Ворон прилетал ко мне через несколько дней после того, как мы с Локи стали жить в одном доме. Даже язык не поворачивается сказать «жили вместе». Я плохо запомнила тот сон. Он был каким-то мутным, но я понимала, что связь все равно окрепла. Я не слышала мыслей аса, но мне все чаще хотелось быть ближе, все чаще понимала, что он чувствует. Поэтому сбегала из дома, а несколько раз и вовсе не возвращалась, оставаясь у Одри. Я продолжила тренировки с Коди. Тот был по-прежнему холоден, но до Локи ему было далеко. И все же что-то изменило моего друга, и это не могло не волновать меня. Я не знала, чем занимался Лофт, когда меня не было. Но каждый раз, когда я возвращалась, встречала его сидящим, то за столом, то у телевизора. Стоило мне появиться на пороге, как он тут же ретировался в свою комнату, оставляя на столе пустой поднос. В комнату он меня не пускал, как бы я его ни просила. Не обратил внимания даже на то, что несколько раз я обращалась к нему, как царю. Однажды, когда он ушел в душ, я, подгоняемая совсем незнакомыми чувствами, решила пробраться в его комнату. Довольно сильно удивилась, когда обнаружила дверь незапертой. Может, он специально не закрыл ее, а может, просто забыл или не смог. Тогда это было не важно, главное, что мне удалось зайти. Локи не побрезгал покопаться в моих вещах, я могла лишь радоваться, что его королевское воспитание не позволило рыться в моем нижнем белье. Благо, он еще в первые дни позволил мне взять все самое необходимое. Пустые полки, вещи с которых он сложил в сумки и поставил у лестницы, заняли книги и его вещи. Трикстер также не постеснялся порыться на чердаке. Вещей у него было немного, это я помнила еще с того дня, когда увела его к себе. Как я и думала, постельное белье с цветочками он снял, заменив на темное, почти черное, на котором красовалась большая белая голова волка. Чистоту в комнате поддерживал идеальную, что странно, если вспомнить то, что творилось в избушке. Я успела заметить несколько белых перьев на подоконнике, прежде чем Локи схватил меня за плечо, резко разворачивая к себе. Я вздрогнула и замерла, внимательно смотря на него. В его глазах я видела свое отражение, и оно мне совсем не понравилось. Я стояла, выпучив глаза, чуть приоткрыв рот и смотря с каким-то обожанием, как фанаты смотрят на своих кумиров, впервые увидев их вживую. Лодур отвечал мне более внимательным и жестким взглядом. Чем дольше мы стояли, тем слабее становилась его хватка. На какой-то миг не показалось, что он сейчас прижмет меня к себе. Мало того, я чувствовала, что он хотел этого, и понимала, что это далеко не Локи на самом деле. В нем говорили мои чувства, но, в отличие от меня, он боролся с ними. Если я была слаба и не способна противостоять этой связи, то Локи оказался куда сильнее, сопротивляясь. На лбу выступила испарина, когда его глаза медленно начали краснеть. Меня пробила дрожь и будто током ударило, отчего я отшатнулась. Еще с минуту мы бешеными глазами смотрели друг на друга, после чего меня вытолкали прочь из комнаты. С того момента мы больше не виделись. Я отмечала крестиками в календаре дни с того момента, как он оказался в моем доме. В один вечер с ужасом обнаружила, что август уже подходит к концу и через несколько дней придет сентябрь. Надежда поступить учиться быстро улетучилась, когда я поняла, что подавать документы уже поздно и то, что у меня не хватит сил уехать от Локи, связь заставляла меня желать быть ближе к нему. Постепенно я все реже покидала дом, засела в нем, как Локи, и, что удивительно, меня совсем не волновало то, что продукты имеют свойство кончаться. Я зарывалась в книги по медицине. Всегда хотела помогать людям и не важно как. Поэтому поначалу я, понадеявшись на свою храбрость, пошла учиться на полицейского. Правда, мои надежды рухнули, когда я едва упала в обморок при выполнении одного учебного задания. Пришлось расстаться с мечтой помогать людям посредством ловли преступников. Тогда я решила поступать на медика, но из-за произошедшего в Нью-Йорке мне не удалось этого сделать, а сейчас было уже поздно. - Локи! Локи, открой, пожалуйста, дверь. – Уже около пяти минут я пыталась достучаться до трикстера, но тот упорно не желал открывать дверь. Даже отсюда я чувствовала, как он сражается со своим желанием впустить меня. Утром я поняла, что так жить больше не могу. Если я не в состоянии покинуть дом, отойдя от Локи на большое расстояние, то я просто обязана вытащить и его задницу из дома тоже. Но как это сделать, если со мной даже не хотят разговаривать? - Локи, черт возьми! Открой эту дверь, если не хочешь просидеть там всю оставшуюся жизнь. А если не откроешь, то я что-нибудь придумаю и вышибу ее. Ты знаешь, что я могу это сделать, потому что тоже самое постарался бы сделать ты сам. Кончай вести себя, как маленькая девочка, и отопри ее, наконец! Как и говорил Лодур: я начала испытывать не только то, что чувствует он в данный момент. Я стала чувствовать, как он, говорить, как он, вести себя, как он, вне зависимости, что чувствует, говорит или делает сейчас он сам. Я окончательно запуталась в себе: мне было страшно, безумно страшно, но в то же время я ощущала в себе такую уверенность, какой не ощущала никогда. Порой казалось, что я способна захватить весь этот жалкий мирок. Чувства будто устроили битву внутри меня. На одной стороне выступала прежняя я, на другой – я – Локи, а на третьей – пустота, которая хоть как-то, но помогала. Иногда к ним присоединялись чувства, которые испытывал сам Локи в какой-то момент. Не знаю, была ли пустота у самого трикстера, но я знала точно, что он борется между старым собой и другим – тем, что становится похож на меня до встречи с Мунином: добрым, бескорыстным, пугливым. Жаль, что он так и не рассказал, что делать, когда мы оба начнем меняться. Все было так запутанно, что голова была готова лопнуть от всего этого. Еще несколько минут я ждала, когда он откроет дверь, а затем, сердито плюнув на пол, развернулась. Стоило сделать пару шагов по направлению к лестнице, как дверь тихо отворилась. Я усмехнулась, как любил усмехаться Локи, разворачиваясь. На пороге красовался принц, в упор смотря на меня. - У меня есть идея, чем можно заняться, чтобы развлечь себя. - Я не сдала дожидаться, пока Лодур хоть что-нибудь скажет. - Меня твои развлечения не интересуют. – Понятно. Видимо, Мунин прилетал к нему не так часто, как ко мне, и принц еще не утратил не только свое упрямство, но и остроту на язык. - Не упрямься, я знаю, тебе так же надоело сидеть в четырех стенах, как и мне. Так что пошли, езда на лошади тебе придется по нраву. Не забывай, я видела твои воспоминания и знаю, что лошадей ты не ненавидишь, в отличие от людей. Дверь закрылась у моего носа. Все как всегда. Спустя несколько минут Локи все же спустился вниз в знакомых черных кожаных штанах и рубашке болотного цвета. Я протянула ему куртку моего отца, которую он принял без вопросов, что меня немного, но удивило. Локи выбрал лучшего, по его мнению, коня из конюшни. Я же остановила свой выбор на простой кобыле, не чувствуя особой разницы, на ком ездить. Все лошади были хороши собой. Мы вышли на поле, где я каталась в прошлый раз, давно, если подумать. Довольно быстро оседлали своих лошадей и разъехались в разные стороны. Несмотря на то, что меня тянуло к нему, я все равно попыталась противостоять этому неприятному чувству, уезжая все дальше и дальше, прочь от трикстера. Я резко затормозила, заметив в нескольких метрах от себя женщину. Она стояла лицом ко мне, но у меня не выходило разглядеть ее. Подъехав чуть ближе, слезла в лошади, поспешив приблизиться к ней. Лицо все еще было не разглядеть, оно было каким-то размытым, а когда фигура женщины дернулась, я догадалась, что это не больше чем проекция. Я помнила, что в одном из моих снов о прошлом Локи был момент, когда он учился создавать свои копии. На женщине было длинное платье нежно-голубого цвета с длинными рукавами, а на груди красивая вышивка. В светлые волосы были вплетена небольшая корона, что дало мне понять, что передо мной стоит царица. Это чья-то глупая шутка? Если да, то мне ничуть не смешно. Я приблизилась, сощурившись, стараясь разглядеть женщину получше. Проекция дернулась и стала четче. Я тихо ойкнула, когда смогла рассмотреть ее лицо и узнала приемную мать Локи. Она множество раз появлялась в моих снах, и я смогла понять, что он безумно любит Фригг. Очень хочется надеяться, что это чувство еще не умерло в нем и он хоть то-то испытывает к ней. Я не знала, что делать. Не знала, действительно ли передо мной царица, или это Лодур решил пошутить. - Здравствуй, Анна. Не волнуйся, Локи ничего об этом не знает. Если это действительно Фригг, то мне, наверное, стоило как-то поклониться, что ли. Как-никак, царица самого могущественного мира из девяти. Но я никогда не встречалась с царскими персонами, даже с их проекциями, и не понимала, что нужно делать. Поэтому стояла едва ли не по стойке смирно, ожидая, что женщина заговорит вновь. - Я давно хотела встретиться с тобой, Анна. Долго же мне пришлось трудиться, чтобы вновь наладить связь между Асгардом и Мидгардом. - Приятный голос был таким родным, даже убаюкивал. Царица говорила не спеша, чуть нараспев. – Знаешь, после того, как Локи отправили в твой мир, Один постарался запретить всякую связь с Землей. Мне требуется много энергии, чтобы создать брешь в его защите, и уж тем более, чтобы передать тебе вот это. – Женщина протянула мне на ладони пузырек с темной зеленоватой жидкостью, которая мне совсем не понравилась. Я не понимала, что это и для чего. К тому же я не могла это взять. - Мой муж хотел, чтобы я знала или думала, что с Локи все будет хорошо. Я знала, что ты ему поможешь, но не знала, как поговорить с тобой и попросить вернуться к нему. А Один долго думать не стал. Он послал Мунина, совсем позабыв о том, что делает эта птица. Извини его, дитя. Этот эликсир приготовила Эйр специально по моей просьбе. Выпей половину, а другую отдай Локи. Это разрушит связь между вами. Я все еще не понимала, как мне взять бутыль. - Эйр? Но она же… - Богиня врачевания, - Фригг продолжила, когда я замялась, пытаясь вспомнить женщину. Она не появлялась в моих снах, но о ней упоминалось раз-два. – Эйр считает, что связь – это не что иное, как болезнь, которая убивает человека весьма изощренным способом. Поэтому она давным-давно смогла отыскать то, что способно излечить от этой болезни. Я молчала. Царица закрыла глаза и напряглась. Женщина стояла, нахмурившись и чуть сгорбившись, несколько минут, а я спокойно смотрела, хотя внутри мне было жаль ее. Не понимала, что происходит, но благодаря воспоминаниям Локи догадывалась, что она пытается передать то, что находится в Асгарде сюда, на Землю. Такое было возможно, но требовало больших мощи и умений. И они были у Фригг, без сомнений. - Вот, возьми, - она с шумом выдохнула, продолжая протягивать мне бутыль. Я сделала несколько шагов вперед и прикоснулась пальцами бутылька. Почувствовав стекло под пальцами, благодарно улыбнулась, хватая его. Царица улыбнулась мне в ответ как-то измученно, но от этого улыбка не стала некрасивее. – Надеюсь, что, когда связь разорвется, вы оба не забудете то, что произошло и это хоть как-то, но поможет вам. Анна, я верю, что ты… - Она не успела договорить, проекция дернулась и исчезла, растворившись в воздухе. Что хотела сказать Фригг? Чувства Локи, которые все еще бушевали во мне, не давая мне понервничать. Я отнеслась к этому довольно холодно и спокойно, но сердце неприятно защемило. В общем-то, нам повезло, что царица быстро узнала о том, что делал Всеотец, и сумела дать то, что поможет. Но я все еще часть Локи, поэтому могу смело предположить, что вот так вот просто не закончится. Обязательно будут последствия. Последствия есть у всего. Вскочив на коня, как заправский наездник, не забыв убрать бутылек в маленькую сумочку на поясе, я пришпорила коня, отправляясь на поиски Локи. Отыскать его оказалось плевым делом. Принц притормозил коня невдалеке от самого последнего дома деревни, наблюдая за людьми. Слабо улыбнувшись, что с каждым днем становилось все труднее делать, я подъехала к нему. - Я никогда не пойму людей. - Голос звучал тихо, несколько неуверенно. Я знала, что он продолжал бороться, но победы явно не одерживал, постепенно поддаваясь чарам и начиная вести себя, как я. - Я – это не только ты, Локи, но и ты – это я. А я человек, поэтому ты сможешь понять людей. – Он медленно повернул ко мне голову, как-то грустно посмотрев. Появилось такое чувство, что ему меня жаль, и от этого внутри будто ураган собирался. – Это передала Фригг. – Я вынула из сумочки маленький сосуд, откупоривая его. – Это приготовила Эйр. Царица сказала, что… м-м, эликсир поможет нам. Принц как-то безучастно дернул плечом, словно его это никак не касалось. Неужели я такая? Нет, куда более эмоциональная. Надеюсь на это, по крайней мере. - Ты же понимаешь, что станет хуже? – я еще даже не успела сделать первый глоток, как он начал меня пугать. – Сны не отстанут. Связь разорвется, но не сразу. Мы станем прежними, но никогда не забудем всего этого. Кошмары будут преследовать нас, и вернуть себя в прежнее русло окончательно будет очень сложно. - Его губа дрогнула в еле заметной усмешке. – Осадок все равно останется. Я нахмурилась, все еще припадая к горлышку губами. Нет, я должна это выпить. Я не хочу становиться, как Локи, а уж тем более не хочу, чтобы он становился мной. Мужчине с таким характером, как у меня, будет сложно выжить. С таким характером, как у меня, царем, воином - не важно - быть трудно. Тогда я поняла, что еще не до конца приняла характер Лофта и пока способна думать о ком-то другом. Последствия последствиями, но мы останемся прежними, подумаешь, пожертвуем некоторыми прежними чертами характера и, быть может, приобретем другие, будут сниться кошмары. Кошмары снятся всем, и от них пока никто не умер. Кивнув самой себе, делаю первый глоток. Желудок неприятно скрутило, а к горлу подступила тошнота. Сдержав позыв, уговорила себя сделать еще глоток, чтобы выпить ровно до половины. Передав бутылек принцу, тяжело задышала. Лофт перенес это куда спокойнее, чем я. Откинув сосуд куда-то в кусты, он развернул коня, отправляясь обратно в поле. Не успели мы далеко отъехать, как в воздухе прозвучал выстрел. Конь трикстера, напугавшись, дико заржал, встав на дыбы. Локи, не успев крепко взяться за повод, откинулся назад. На какой-то миг мне показалось, что он сейчас сделает кувырок – так высоко подлетели его ноги. Запутавшись одной ногой в поводьях, он свалился на землю. Конь, вновь заржав, бросился вперед, когда выстрел повторился. Я пришпорила свою лошадь, тут же отправляясь следом. Кобыла не была способна догнать более сильного коня. Мне лишь оставалось смотреть, как Локи волочится по земле. Кажется, он потерял сознание. Он «скользил» по земле на спине, высоко держа ногу, вторая тоже запуталась каким-то чудом. Вот именно, что чудом. Она просто не могла запутаться. По идее, он бы просто сломал ее во время очередного поворота коня, который при каждом выстреле петлял из стороны в сторону. Совершенно неожиданно он остановился и упал, как подкошенный. Я нахмурилась. Что-то тут было явно не чисто. Ладно, с этим позже разберусь, нужно Локи помогать. Остановив лошадь, спрыгнула на землю. Первым делом проверила пульс. Живой. И чего я еще ожидала? Он же Бог! Таких подобным не убьешь. Как только отвязала его, конь тут же вскочил и унесся куда-то в сторону леса. Ну ладно, скажу Герберту, что он вырвался, пусть они его ищут. - Локи. - Знакомая ситуация. Что-то часто Локи доставаться стало. Не сказать, что я радуюсь из-за того, что ему больно, но есть же на свете справедливость. Он делал мне больно, а сейчас получает за это. – Локи! – Я еще не избавилась от дерзости трикстера, которая бушевала в моей крови, поэтому осмелилась залепить ему резкую пощечину. Никакой реакции. Занесла руку для второго удара, но внезапно очнувшийся мужчина схватил меня за запястье, тихо застонав. - Что, думала, что меня можно убить, скинув с лошади? Я Бог, девчонка, меня сложно убить. - Но возможно? – Он усмехнулся, сжимая мою ладонь, пока я помогала ему подняться. - Рискни. – Я перекинула его руку через свое плечо, стараясь сдержать улыбку. - Ты говорил, что Боги бессмертны. - И ты поверила? – В его голосе читалось удивление. - Поверила. Было весьма глупо с моей стороны верить такому, как он. Трикстер даже не пытался скрыть самодовольную улыбку. Захотелось его ударить, но тут же передумала, когда принц сдавленно зашипел, стоило нам сделать несколько шагов вперед. Он сильнее налег на меня, я в свою очередь постаралась не упасть под его весом, но держать спину ровно мне не удалось, и я согнулась. - И поверишь еще раз? - Тебе пошли на пользу чары Мунина. - Я оставила его вопрос без ответа, потому что не знала, что ответить. - Ты не ответила мне на вопрос. Твоя задача отвечать на все вопросы, что я тебе задаю. - Я не твоя слуга, Локи, и никогда ей не стану. - Резко отстраняюсь, забыв, что трикстер пока не в силах стоять без чьей-то помощи. Лофт бесшумно упал на колени. Я успела подскочить прежде, чем он упал на землю окончательно, придерживая, упершись руками ему на грудь. - Тебе тоже это пошло на пользу. Ты все еще боишься, но действуешь более уверенно. Но это ничего не изменит, Анна. Ты убегала, убегаешь и будешь убегать. От кого – не важно, но ты никогда уже не остановишься. Я нервно сглотнула, опуская глаза. Прав ли он? Не знаю. - Страх всегда был со мной. Или нет? Не помню уже. - Не всегда. Ты стала бояться многих вещей с одного определенного момента. Тебя будто заставили бояться, но ты была храбрее. Я знаю это. Я смотрела на Локи и видела что-то такое в его глазах… Он ни на кого так не смотрел. Верно, любяще. Я нахмурилась. Не Локи, нет. Он даже на Фригг так не смотрел. - Зачем ты это говоришь? - Я хочу вспомнить то, что произошло с нами, и без тебя я не справлюсь. - Нахмурилась сильнее. Дернулась в сторону, но принц схватил за запястье, дергая с такой силой, будто пару минут назад он не опирался на меня и не был способен без боли пошевелить рукой. – Ты поможешь мне, Анна, и мы вспомним то, что нас заставили забыть. Мы вспомним и отомстим всем, и никто нас не остановит. Ни Всеотец, ни Фригг, ни Тор, ни даже Локи – никто не встанет у нас на пути. Сердце колотилось слишком быстро. Я смотрела на трикстера с неподдельным ужасом. О чем он говорит? И почему о себе сказал в третьем лице? Мне не удалось ничего толком понять, когда етун медленно прикрыл глаза, опуская голову и ослабляя хватку. Он затих, а я сидела на месте, тяжело дыша. Мы просидели так несколько минут, а потом я все же решилась и аккуратно дотронулась до его плеча, чуть сжав. Он тут же оттолкнул меня в сторону. Резко пошевелившись, не сумел сдержать тихий стон боли. Я упала на спину, но быстро приподнялась. Принц уже поднимался на ноги, раскачиваясь из стороны в сторону. Поднимаюсь на ноги и медленно, осторожно подхожу к нему. - Я сказал, что не стану принимать твою помощь! – Он вновь меня отталкивает. Выходит удержаться на ногах. Теперь я смотрела на Локи не только со страхом, но и с интересом. - Но то, что ты говорил, Локи, про страх… - Ему удалось заткнуть меня одним только взглядом, который повторить не смог бы ни один человек, как бы ни старался. Я вспомнила нашу первую встречу в избушке. Презрение, ненависть, отвращение. Только на этот раз во взгляде их было куда больше. - Страх? Да, ты труслива и сама это знаешь. Если шкура дорога – не приближайся ко мне. Я не нуждаюсь ни в твоей жалости, ни в твоей помощи. Я была готова взвыть. Ничего не понимаю. Минуту назад он чуть ли не откровенничал со мной, смотрел, как верный пес на хозяина, а сейчас был готов вцепиться мне в горло. Он будто ничего и не помнил или так умело притворялся. Поймав мою кобылу, которая уже успела уйти на какое-то расстояние, мы медленным шагом вернулись в деревню. Я видела, что Локи не желает показывать себя слабым передо мной в очередной раз, поэтому старался останавливаться как можно реже. Все лицо и шея покрылись крупными бисеринками пота, принц издавал тихий хрип при каждом шаге и едва не падал, но все равно продолжал идти вперед, упрямо отказываясь принимать мою помощь. Более гордых и упрямых людей я пока не встречала. Но и более сильные не попадались. Было не так уж и трудно объяснить конюху всю ситуацию. Куда сложнее было заставить Локи остаться в комнате и позволить ему помочь мне. Принц упрямился и не желал оставаться со мной, стремясь уйти в комнату, которая еще не так давно принадлежала мне. Как ребенок, честное слово. А ему всего-то надо дать мне обработать ссадины, которыми, я уверена, были покрыты вся его спина и руки. Но нет, ему надо заявлять о том, что с ним все в порядке. Я злилась и в то же время боялась реакции Локи на каждое мое слово. Но если я хочу помочь, то буду обязана это сделать, и сделаю все, что считаю нужным. - Локи, ради бога, дай я тебе помогу! Трикстер стоял по другую сторону дивана от меня, скрестив руки на груди и высоко задрав подбородок. Мы уже около десяти минут сверлили друг друга взглядами, изредка кидаясь короткими фразами. Более искрометные, конечно, выходили у него. Пару раз у меня появлялось острое желание ударить его чем-нибудь тяжелым, но оно проходило. Успокаивала себя тем, что это еще не до конца развеявшиеся чары и вскоре я не буду испытывать желания причинять людям боль. - Ради какого бога? Я сам Бог! Видимо, ему удалось перестать обращать на боль, но я все равно хотела помочь, не важно, больно ему или нет. - Сядь, Локи, пожалуйста. Уж я-то тебе ничего не смогу плохого сделать. Копьем тебе в спину или пистолетом в висок точно тебе никто тыкать не будет, если ты опустишься на диван, снимешь рубашку, которая, кстати, на спине пропиталась кровью, и позволишь мне просто обработать твои ссадины. - Сначала я снимаю перед тобой рубашку, а потом ты затащишь меня в постель? Наверное, если бы я не почувствовала себя на какое-то время Локи, то сейчас бы давно заткнулась и уступила ему. Но разве Локи уступает? Нет, никогда. А я – это он, значит, не отступлю, пока зелье не до конца разрушило эту связь. Нужно пользоваться моментом. - Ой, да ладно, больно ты мне нужен. Посмотри на меня и скажи, способна ли я затащить тебя в койку? – Демонстративно развела руками. Лофт вскинул бровь и усмехнулся. - Ты такая же женщина, как и все остальные. Если остальные могут затащить мужчину в кровать, то почему я должен верить, что ты не сможешь? – чем громче говорила я, тем громче говорил он. Это походило на то, как мои родители ссорились, пытаясь выяснить, кто из них на этот раз везет меня в Англию. Только там было битье посуды и оскорблений побольше. - Да? И многим женщинам удалось завлечь вашу королевскую задницу в кровать? – Я заметила, как гневно вспыхнули глаза Локи при. - Даже если бы я сделал то, о чем ты мне намекаешь уже добрые полчаса, то могу тебя заверить, что ни первой, ни последней ты бы не стала. Это на что это я намекаю? Поперхнувшись от возмущения, скрестила руки на груди подобно ему, недовольно оглядывая принца. - Ой, иди к черту, Лафейсон. Етун нахмурился, когда я назвала его так, как назвала. Да, я запомнила, что Локи хоть и называет себя Лафейсоном, но терпеть не может, когда другие тыкают его носом в то, что он не родной сын Одина. - Даже черт не станет со мной знаться. - Большей реакции на мои слова я и не ожидала. - А я стала! – оба резко замолкаем, отчего в воздухе повисла тишина. Я глубоко вздохнула, успокаиваясь, протирая глаза и проводя пальцами по бровям. Так, вроде бы больше мне кричать и буйствовать не хочется. – Локи, ты можешь представить, что я лекарь. Нет, честное слово, как с ребенком. Упрямым, гордым ребенком с царскими замашками, божественной задницей, тысячей лет за плечами и любовью к причинению боли. А так да, как ребенок. Только в тысячу раз хуже. - Ты училась на лекаря? – Его насмешка в глазах даже задела меня. - Я собиралась, но это ничего не меняет. Обработать твои ссадины сможет любой человек не хуже, чем лекари Асгарда. У нас, может, другие препараты, но пока ни один бог от них не умер. – Трикстер вновь изобразил презрительную гримасу, но на диван сел, отвернувшись ко мне спиной, расстегивая рубашку. Можно подумать, я поверила, что он стесняется. Вот кто-кто, а он стесняться точно не станет. Когда я вернулась из ванной комнаты, где хранила медикаменты, Локи уже закончил. Сев позади него, я достала из коробочки пару ватных дисков и перекись водорода. Поспешно стянув рубашку с плеч принца, стараясь не касаться его кожи пальцами, скептически осмотрела спину, покрытую множеством ссадин самых разных: маленьких и больших, глубоких и нет, какие-то кровоточили до сих пор, а какие-то – нет Локи оказался весьма терпеливым: не дергался, не издавал ни звука, сидел, замерев. Любая статуя такому бы позавидовала. Как только прикасалась диском, сложенным пополам, к очередной царапине, то чувствовала холод, исходивший от трикстера. Какое-то время меня это несколько пугало и напрягало, а потом я расслабилась. - Локи, боги могут регенерировать? – молчание угнетало, и я решила хоть о чем-то поговорить, пока Лодур не настроен на убийства, угрозы и швыряние вещами. - Могут, но нужна энергия, которой у меня сейчас мало. Я не стану использовать ее на подобные мелочи. Половину энергии я потерял, когда забрали почти всю магию и часть божественной сущности, - даже в голосе чувствуется этот холод. - Ты можешь взять ее откуда-то? - От любого, кто обладает магией или способностью к регенерации. - Кажется, разговор не задавался. - И все боги могут брать эту энергию у других? - Нет. Его всегда так трудно заставить говорить, когда он спокоен? Куда проще, когда он кричит: попробуй заткнуть. - Почему? – Еще немного, и он меня точно ударит. - Такому учителя не учат. - Почему? – Локи раздраженно зашипел, отчего я вздрогнула, нажимая на особо глубокую царапину, даже случайно ногтем зацепив. Принц напрягся и сжал кулаки. Не от боли, это точно. - Энергию можно отдать добровольно, что никто делать не станет. Отданную энергию тебе никто не вернет до определенного момента, а она может понадобиться в любой момент. Вот потерял ты, Бог – дурак или маг, руку в пьяной драке, а энергии нет, и будешь ходить без руки. Новую тебе даже Эйр подарить не сможет, а другие боги не станут делиться своей энергии. Кто знает, что им отхватят в следующий момент. – Локи медленно развернулся. – А некоторые брали эту энергию силой. - Убивали? – Страшно представить, что подобное действительно творится в городе, где живут боги. Я не видела такого в своих снах. И все же Локи лучше знать. Я снова ему поверила. Наверное, я и есть идиотка, о чем мне так часто любит напоминать етун. - Ну почему сразу убивали. Хотя можно, но за это могли снести голову. Кто хочет лишиться головы? Весело у них там. Боги и маги едва ли не дерутся из-за какой-то энергии. Видимо, это важно для них. – Можно сделать небольшой надрез, если знаешь где. Сделаешь все правильно - и удастся вытянуть энергию вместе с кровью. - Ужасно. – Некоторые брали более простым способом, менее кровавым, и его выполнить легче. Хотя… кровь была, да, но не так много. Вообще-то я не успела толком понять, о чем он говорил. Задать вопрос мне помешал сам Лофт, внезапно наклонившийся вперед, поставив руки по обе стороны от моей головы, едва касаясь моих губ своими. Держа глаза как можно шире, внимательно смотря ему в глаза. Постаралась оттолкнуть его, но даже с исцарапанной спиной, что сейчас ничего для него не значит, по-видимому, он был сильнее меня. Локи с силой прикусил мою нижнюю губу, нарочито медленно, с усмешкой в глазах, слизнул капельку крови с нее. Тут же припал к ней, держа зубами и медленно потягивая кровь из ранки. Я постаралась вновь оттолкнуть его, но веки словно налились свинцом. Руки стали такими тяжелыми, тяжесть появилась и во всем теле. Безумно захотелось спать, в висках начало неприятно пульсировать, а перед глазами забегали белые пятна. Мне вдруг показалось таким знакомым. Стоило мне это понять, как принц тут же отстранился, слизывая мою же кровь со своих губ. - Какого?.. – язык заплетался, и мне едва удалось сказать одно слово. - Неужели ты хочешь, чтобы я бегал за тобой с ножом по дому? Не думаю. Ты бы вырывалась, и я мог тебя случайно убить. Твоя смерть пока не входит в мои планы. - Это «пока» немного насторожило. – Эта тяжесть скоро пройдет. Так всегда бывает. Ты привыкнешь, если мне придется чаще брать твою энергию. – Я медленно, дрожащими пальцами, вытерла капельки крови с губы, смотря на Локи на этот раз с ненавистью, которой мне давно не хватало. – И не смотри так на меня. - Не смотри так на меня, - передразнила. – Что это значит? Ты поцеловал меня, забрал непонятно откуда-то взявшуюся энергию, а теперь хочешь, чтобы я спокойно на тебя смотрела? – возмущаться сил не было, но пока была возможность, я должна была хорошенько накричать на трикстера. Пока чары Мунина еще действуют, я могу немного побуйствовать, зная, что они действуют и на Локи, который из-за этого ведет себя спокойнее. Но я-то не целую всех подряд. - Ой, да ладно, поцеловал. Так, чмокнул. И вообще, не возмущалась бы. Ты благодаря мне сейчас такая дерзкая, а на утро снова станешь трусливой девчонкой. Ты мне еще спасибо должна сказать, что я тебя в ледышку не превратил за такое обращение. - Ты меня в ледышку не превратил благодаря мне. Я скорее себе скажу спасибо, чем тебе, - фыркнула. Успокаиваться начинаю быстрее. Чары слабеют. – И вообще, откуда у меня эта энергия? - Она не твоя. - Что? Мне не послышалось? Энергия у меня, но она не моя. Как такое вообще возможно? Хотя можно и не удивляться. - Не твоя она! С первого раза услышать не смогла или долго доходит? Меня есть с чем поздравить: кажется, настоящий Локи возвращался. Жизнь снова обещала быть веселой. Впрочем, она и скучной никогда не была. – Вот почему ты смогла так быстро избавиться от змеиного яда. Тебя кто-то защищает и защищает постоянно. Помимо чар, которые не позволяют ни тебе, ни мне узнать, кто ты на самом деле, есть еще другие. Энергия для регенерации среди них. - Ты же сказал, что энергией никто делиться не станет. Зачем кому-то отдавать ее мне? - Энергию можно черпать не только от других людей. Откуда, ты думаешь, боги берут энергию, когда приходит время? Ее им кто-то дарует. Ни один Бог не скажет тебе, откуда она берется. Этого никто не знает, но много догадок по этому поводу. - Я запуталась. Ты говоришь, что энергию кто-то дарует. Тогда зачем брать ее у других, когда этот ваш кто-то может ее дать? - Совсем глупая? Энергию ты на рынке не купишь, она очень ценна, и ее не будут давать вечно. В жизни ее дают лишь несколько раз. При рождении и затем через каждые три тысячи лет. Если энергия кончилась, когда не подошел срок ее получать, то, извини, придется жить с мыслью, что ты неудачник и глупец. - Все так запутанно. Тогда я совершенно ничего в этом не понимала, и то, что говорил трикстер, перемешивалось у меня в голове, превращаясь в какую-то кашу. – Ты запуталась, да? – Кивнула. – Я не удивлен. Запомни: энергию дают очень редко, и ты можешь брать ее у других. Кто дает - не известно. Кто-то верит в то, что ее даруют Норны, кто-то - что она появляется из ниоткуда, из мировой бездны, что абсурдно, кто-то - что она появляется из корней Иггдрасиля, а кто-то - что ее дарует сама Эйр. - А во что веришь ты? - В Эйр. Посуди сама: никто и никогда не видел на ней ни одной раны, ни одной царапины. Она ни разу не проливала свою кровь. Она старейшая из богинь, служила лекарем при всех царях Асгарда. Всеотцы приходили и уходили, а она всегда оставалась. Она действительно обладает бессмертием. Рядом с ней даже Идун кажется не такой юной. Не энергия ли защищает ее от старения и дарует ей вечную жизнь и молодость? Ни энергия ли моментально излечивает любую рану и царапину? Сама она это отрицает, но от правды не убежишь. Эйр одна из самых мудрейших богинь, это может объяснить то, почему энергия дается не часто. Это чему-то, но учит. Эйр – хранительница этой энергии, несомненно. И с каждым тысячелетием все больше асов, ванов, альвов и прочих верят в это. – Я слушала, широко распахнув глаза. - Постой, ты сказала, что я сама избавилась от этого яда? Но ты говорил, что спас меня. - Я так сказал? Значит, я обманул. Я ждал, когда же ты наконец на тот свет отправишься, а ты взяла и очнулась. - Но ты соврал! - А ты поверила. – Он поднял свою рубашку, кидая мне. – Ты знаешь, что делать. - Больше я тебе не поверю. – Ловлю вещь и откидываю на диван, зло сжимая кулаки. Снова соврал, а я снова поверила. Идиотка, идиотка. - Поверишь, я вижу тебя насквозь, забыла? Ты поверишь и не раз. Ни за что. Хватит с меня. Трикстер уже поднялся наверх, когда я крикнула ему: - И чтобы больше не забирал у меня энергию подобным способом! – напоследок, так сказать. Чувствовала невероятное облегчение, словно груз с плеч свалился. Понимала, что я уже становлюсь собой. Значит, и Локи тоже. А вот это не совсем хорошо. Я вспомнила, как он смотрел на меня тогда, на поле, и вздрогнула. Так на меня никто не смотрел. - Да брось ты, Тилли, целовать того, к кому ничего не чувствуешь, очень просто.