Я живой

Глава 3. Охотник на охотника. Серега. Некрополь. Непредвиденные обстоятельства. Знаете, а ведь это гадство. Нет, правда, форменное гадство. Я встретил девушку. ДЕВУШКУ! Не бабищу с набитыми кулаками и дубленой рожей, которая ходячим головы откусывает, а девушку - красивую, интересную... которая, впрочем, тоже не лыком шита. Мало того, похоже и я ей понравился... Небывалая удача. И вот, какая-то неведомая, но явно опасная тварь, некогда её бывший, берет и похищает её. Вот так просто проник на территорию оборонительной базы, мимо хорошо обученных, опытных, прекрасно вооруженных бойцов, попутно схлопотав пять пуль и довольно натурально склеив ласты... Но это не помешало ему реализовать хитрый, одному ему понятный план похищения. Зачем я поперся следом? Трудно ответить. Ну ладно, не трудно... влюбился я. Да-да, не то сейчас время, чтобы влюбляться, но мы, романтики, народ взбалмошный и непредсказуемый. И дурной, пожалуй. Я шел знакомым маршрутом, придерживаясь самых "малонаселенных" мест. Впереди виднелись развалины старого пивзавода, а значит, половина пути осталась позади. Карабин приятной тяжестью лежал в руках (приятной, пока руки не устали, но на ремень его вешать не хотелось - в таком месте, как Некрополь, даже мелкая предосторожность может спасти жизнь). Конечно, было бы неплохо его пристрелять, но склизкие перепончатые лапки каждый раз хватали меня за горло, стоило подумать о таком расточительстве. Территория старого пивзавода была чуть ли не самой безопасной во всем Некрополе. Мало кто об этом знал, ведь вокруг были заводы и цеха, в которых бродило большое количество мертвецов (есть непроверенная версия, что это рабочие вернулись на свои места - остаточная память привела их обратно к станку), но давным-давно один хороший друг показал мне безопасный путь, которым я сейчас и следовал. Я пролез в дыру в бетонном заборе и прошел мимо фюзеляжа самолета, зарывшегося в обломки заводских цистерн - говорят пассажиров погубила паника, что зараженный был всего один... Но кто может знать наверняка, почему пассажирский самолет упал на территорию самого большого в городе пивзавода? Вряд ли кому-то в Новом Мире было до этого дело, вряд ли кто-то бросил заниматься спасением собственной шкуры и стал расшифровывать записи черного ящика... Я бы не стал. Погибшим ведь нет до этого ровным счетом никакого дела... У них есть занятия поважнее. Здесь вообще тихо. Административное здание почти не пострадало (там, на втором этаже, у меня была оборудована неплохая хатка*), и я уже почти дошел до него, как что-то меня остановило... Быть может, предчувствие, развитая интуиция бывалого искателя. А может, все дело в попавшем в ботинок мелком камешеке. Нет, думаю камешек здесь ни при чем, просто мне отчаянно не хотелось входить туда. Секунду я стоял перед провалом дверного проёма, потом сделал шаг назад, затем развернулся и зашагал прочь. Мертвяки не дышат - это проверенный факт. Один из чистильщиков рассказывал, как Дед заставлял их ловить бодряков и испытывать на них разные способы уничтожения, дабы развить и усовершенствовать методику истребления нежити. Так вот, этот самый чистильщик поведал мне, как он нацепил живчику на голову целлофановый пакет и продержал так закованного в наручники мертвеца целый час. Тот бодрости не утратил и продолжал попытки атаковать человека, норовя оторвать трубу, к которой был прикован. Тот чистильщик, кстати, погиб в недавней заварушке на базе. Когда его покусали, кто-то проломил ему череп. Мертвяки прекрасно обходятся без воздуха. Звуки, которые они издают - стоны, подвывания, хриплая одышка во время бега, шумное дыхание - это эмоциональные проявления, не несущие никаких других функций. Именно хриплое прерывистое дыхание, вперемешку с утробным рычанием, я и услышал. Причем раньше, чем топот быстро приближающихся ног. Рассудок не успел отреагировать. За него это сделало тело. Я повернулся, одновременно припадая на колено, навел красную точку коллиматорного прицела на голову появившегося в проеме мертвяка и нажал на спусковой крючок. "Сайга" шумно плюнула свинцом и мертвяк, лишившись верхней части головы, рухнул на колени. Резво шагающий за товарищем бодряк врезался в теперь уже окончательно мертвого "коллегу" и кубарем полетел со ступенек. Я перехватил карабин левой рукой и встретил его попытки подняться несколькими ударами мачете, который рванул из-за спины (прихватил я таки Катину игрушку, не удержался... да и "Макарыч" её, и сигареты, и патроны - оставил барахло только, потому что Бомжуле не очень доверяю, несмотря на его показную доброжелательность). Мертвец попытался закрыться рукой (свежий совсем, еще рефлексы сохранились), и я по инерции срубил ее, чуть ниже локтя. Лезвие прошло сквозь тухлятину довольно легко, так что я чуть было не потерял равновесие. Добив живчика, я оглянулся назад: ко мне уже торопились, неуклюже переступая ногами, с две дюжины ходячих. - Б..., - ругнулся я сквозь зубы, прикидывая варианты отступления. Да что же это такое? Их здесь отродясь не бывало. Мигранты чертовы... Видно кто-то притащил за собой эту ораву, а я лишь привлек их выстрелом. Сволочи любопытные! Попятившись к двери, я с ужасом почувствовал, как на меня кто-то навалился сзади. - Гха-а-а-а, - мертвяк жадно вцепился в куртку и стал тянуть меня вперед-назад, радуясь, как половозрелый бабуин первой самке. На очередном "вперед", я резко присел, скручивая корпус влево и под себя. Живчик перемахнул через меня с грацией китайской гимнастки, но, так как стоял не на одном со мной уровне, а на ступеньках, приземлился неудачно - на шею, с противным хрустом. Несколько секунд, показавшихся мне вечностью, я отцеплял сведенные судорогой пальцы от ворота куртки, молясь, чтобы ходячего приложило удачно и не забывая посматривать на уже набравших приличную скорость мертвяков. Уже было слышно, как жалобно-жадно подвывают вырвавшиеся вперед "атлеты". Когда удалось отцепиться, я поднял оружие и, поймав в прицел ближайшего ко мне мертвяка, нажал на спусковой крючок. Слишком далеко - заряд дроби посек тварь, но даже с ног не сбил, хотя и затормозил разогнавшегося живчика, да так удачно, что бегущие сзади снесли его на полном ходу и сами повалились наземь. Я понял, что прорубаться через нестройные ряды ходячих - не самая лучшая идея, здраво прикинув, что пупочек-то мог и развязаться от такого напряжения. Пришлось отступить в здание. Я надеялся отсидеться в своей времянке. Взбежав по ступенькам наверх, я принялся открывать замысловатое запирающее устройство спасительной двери. Бер. Некрополь. Готовсь! Выстрел прозвучал совсем близко - со стороны развалин. Какой-то завод, или что-то вроде того. Бер был неместным, зато для Зевса это были родные пенаты, так что на задании он был за проводника. - Командир, проверим? - спросил Кот. - Кто там решил в ковбоя поиграть? - Может это наш "Ромео"? - встрял в разговор Зевс. - С другой стороны, мы знаем, где у мутанта логово, так что несчастный влюбленный нам не так уж и нужен... - Выдвигаемся, - распорядился командир. - Он наверняка сможет рассказать нам что-нибудь полезное. Раздался еще один выстрел. - Так, бойцы, не стрелять - нечего на тухлятину боезапас расходовать, для живых может пригодиться. Броню нежити не прокусить, так что ваками* помашете - вам полезно. Что, Кот, загрустил? Есть возражения? - Никак нет, командир, - ответил боец уныло, надевая шлем. Зевс подавил ехидный смешок. Все понимали - Кот хочет пострелять. Любил он это дело, ведь был снайпером, что называется "от Бога", и умения свои обожал демонстрировать окружающим. Группа Бера стояла у пролома в заборе, что ограждал периметр пивзавода от внешнего мира. Чуть поодаль, на дороге, валялась искореженная, черная от копоти турбина, которая и пробила бетон. Мертвецы столпились у входа в двухэтажное здание. Тупые твари пытались всем скопом втиснуться в дверной проем, толкая друг друга и отпихивая локтями. В результате устроили грандиозную свалку, и только те, что подоспели позже стали пробираться внутрь. - Ну что, гусары, в бой? - топорно пошутил Бер (шутить он любил, но, к сожалению для подчиненных, не умел). Бойцы проворно закинули винтовки за спины, привычно щелкнув магнитными фиксаторами, и выхватили из набедренных ножен ваки, которые, словно предвкушая близкий бой, радостно заиграли бликами редких солнечных лучей. Серега. Некрополь. Пивзавод. Времянка. Мне нужен план. Все встало на свои места. Вот кто привел сюда нежить... - А-р-р-р, - прикованный к батарее мертвец жутко скалился и, не мигая, смотрел на меня. Как же я перес... испугался, когда он дернулся в мою сторону. Об этой времянке знали только двое: я и Абрек. Имени его я не знал, только прозвище, но успел по-своему привязаться к этому громиле. Здоровенный, заросший черной бородой до глаз детина лет сорока, с внешностью и замашками настоящего башибузука. Случилось нам как-то вместе пробиваться из торгового центра "Бриллиант", тогда еще занятого мертвяками (сейчас-то там группировка Пастуха обосновалась, всю нежить извела). Нас было четверо, выбрались двое. Смертельное приключение нас сблизило, и мы два дня вместе квасили на Девятой базе. Оказалось, что до всей-этой-жопы, как он любил выражаться, Абрек работал... преподавателем истории, социологии и культурологии в педагогическом университете. Я всегда помогал ему, если тот просил, как и он всегда откликался на мои просьбы. Именно Абрек доверил мне информацию о схроне на территории пивзавода. Мы даже здесь иногда пересекались - на такой случай в хатке всегда имелся определенный запас самогона. У нас была традиция - тот, кто побывал во времянке, должен оставить для товарища какие-нибудь сюрпризы, или "ништяки", как любил говаривать Абрек.... Сюрприз, оставленный моим приятелем, назвать приятным было трудно... Как там говорил сказочный персонаж: "Лучший мой подарочек, это я"? Видимо, он как-то привлек внимание нежити и не смог уйти от преследования. Такое бывает - люди быстрее, но имеют особенность уставать, тогда как ходячие - неутомимы. Оружия в нашей времянке не было - видимо, сюда Абрек пришел без него, поэтому и не застрелился. Повезло хоть, что при нем были "браслеты". Это он обо мне позаботился: если бы не наручники, вряд ли бы я выжил. Абрек хрипел, рычал, поскуливал, дергал прикованную к батарее руку, пытаясь вырваться. Черную бороду покрывали комья засохшей блевотины, вперемешку с кровью. Трудно было видеть его таким. Я достал из кобуры "ПБ" и прицелился мертвяку в лоб... А тот сделал то, чего я ожидал меньше всего на свете. На секунду в его глазах мелькнуло осмысленное выражение. Абрек подался вперед, отчего цепь наручников натянулась, и встал так, чтобы ствол оказался прямо напротив лба. - Прощай, Абрек, - несколько секунд я медлил. Мне вдруг показалось, что мертвяк сейчас ответит. Вместо этого он оскалился и дико заорал. Тогда я выстрелил. Катя Торговый центр "Континент". И что дальше? Как же быстро он передвигался... Если гепард - самый быстрый зверь в мире, то Максим - самый резвый мутант: он перебирал ногами и правой рукой (левая была занята, удерживала меня на плече, да так крепко, что я несколько раз теряла сознание) с невероятным проворством, перепрыгивая через брошенные, разоренные автомобили, и сбивая с ног зазевавшихся мертвецов. Придя в себя, я поняла, что безумная скачка, наконец, закончилась. Очень сильно ныли ребра и кружилась голова, но никаких серьезных травм не было. Мутант заботливо уложил меня в кучу грязного, вонючего тряпья непонятного происхождения. Я поморгала, привыкая к темноте и вдруг увидела его... Язык не поворачивался назвать эту тварь Максимом. Мутант смотрел на меня так... Нет, не зло, совсем наоборот - ласково. Это, почему-то, пугало сильнее всего. Макс повел ноздрями и озадаченно нахмурился, будто бы почуял мой страх, но не понял его причины. От его внимательного взгляда меня охватило паническое предчувствие чего-то ужасного. Я хотела отключиться, потерять сознание, умереть, но только не видеть до жути ласковых глаз влюбленного чудовища, которое очень, очень отдаленно напоминал человека, любимого мной очень давно, еще в той, другой жизни. Человека, которым оно некогда было... - Нет, нет, нет... - повторяла я, возясь в куче тряпья, пытаясь отползти от медленно приближающегося ко мне Максима. - Нет, нет, нет... Я доползла до стены и поняла - это тупик, но продолжала скрести ногами по полу, как будто это что-то могло изменить. Я заплакала, чувствуя себя беспомощной, слабой - как в детстве. Только не было рядом сильного папы, чтобы заступиться за меня... Никого не было. - Нет!!! - закричала я за секунду до того, как чудовище утробно зарычало и бросилось на меня... Бер. Некрополь. Пивзавод. Как два пальца... Несмотря на тяжелое снаряжение (чего только броня стоит), Бер с бойцами двигались с фантастической скоростью. Командир врезался в толпу нежити по центру, Кот зашел с левого фланга, Зевс - с правого. Три клинка, отражая скупые лучи полуденного осеннего солнца, смертоносными молниями мелькали в стане (или, правильнее сказать, стае) врага, каждый взмах ваки сопровождался эффектным полетом отсеченной головы или конечности. - А-а-а, - мертвяк грозно зарычал и, бросился на Кота, но тот сделал полушаг назад и рубанул вакой наискосок, срубив напавшему обе руки, затем изящно вывел руку вправо и молниеносно, без замаха, обезглавил его. Зевс больше шел в рукопашную, лишь изредка отмахиваясь мечом. Он легко уходил от вялых атак медлительной нежити, выбивая из ходячих дурь кулаками, защищенными тактическими перчатками из кевлара, с металлическими накладками на костяшках. Головы мертвецов разлетались от жестких, быстрых, хорошо поставленных ударов как спелые арбузы. Бер не любил играть с врагом - независимо от того дышит он или же прекрасно обходится без воздуха. Шаг - удар. Попытавшийся заслониться рукой мертвец падает, лишившись конечности и головы. Уход в сторону, резвый живчик проносится мимо и перелетает через подставленное бедро и падает на живот. Удар в основание черепа... Огромные фигуры двигались с невероятной для людей скоростью. Мельтешение клинков, хлесткие удары, хруст костей, шлепки падающих на землю ошметков плоти, отсеченных голов и конечностей - вот и вся музыка, сопровождавшая этот завораживающий танец смерти воинов-гигантов, будто сошедших со страниц древних былин и легенд. - Чисто! - доложил Кот по внутренней связи. - Чисто, - эхом отозвался Зевс. - Чисто, - сказал Бер, оглядывая побоище. Ни одно из изувеченных тел не шевелилось, мертвецы вели себя так, как и положено нормальным покойникам - лежали себе тихонечко и воняли. - Эй, там! Сергей! - крикнул командир, сняв шлем и повернувшись к зданию. - Ты жив? Выходи, мы друзья! Серега. Некрополь. Пивзавод. Времянка. Сюрпризы бывают приятными. Что делать, если ты заперт в комнате с только что застреленным тобою товарищем, а снаружи ожидает целая стая голодных мертвецов? Правильно - пить: за батареей, к которой Абрек приковал себя, притаилась фляга с самогоном. - Эх, дружище, - протянул я, доставая заначку и стараясь не смотреть на мертвого товарища. - Мне жаль, что все так вышло... За тебя, брат. На улице происходила какая-то возня - хрипы, чей-то недоуменный рык и невнятное бормотание - плотно закрытая дверь мешала понять, что же там происходит, но, если честно, мне было наплевать, что там затеяли эти мешки с костями. Ну, подумаешь, нежить устроила потасовку - событие редкое и веселое, но мною виденное, и из-за него я рисковать своим филеем не буду - мое любопытство имеет разумные границы. Я приложился к фляге. Обжигающее, противное, непонятно на чем настоянное пойло ошпарило язык с нёбом, глотку, а затем и пищевод. - Ха-а-а-а, - хрипло выдохнул я и приложился еще раз, для поднятия настроения. Если честно - стало легче. Я привалился к стене и достал сигареты. - Ничего, - буркнул я уверенно, выдохнув тонкую струю сизого дыма. - Прорвемся, не впервой... Возня снаружи стихла, но мне до этого не было ровным счетом никакого дела. Наверное, помирились - кто ж их знает? - Эй, там! Сергей! - Раздался с улицы чей-то властный басок. Я поперхнулся очередным глотком, отчего самогон вылетел изо рта, как вода из дыхательного отверстия кита. Мне вдруг ярко представился мертвец, который додумался до того, чтобы хитростью выманить из моего убежища. Вот он стоит, из ноздри торчит червь, а он так озорно подмигивает остальным, мол: "Ща-ща, пацаны, я его пригружу..." От этого видения меня слегка замутило, и я недоверчиво уставился на фляжку - уж не на мухоморах ли настояно пойло? - Сергей, мы заходим! - раздался тот же голос, но уже не с улицы - говоривший прошел в здание. - Не вздумай стрелять - мы друзья. "Откуда он знает мое имя?", - подумал я и закричал: - Слышь, а ты кто такой? И кто это "мы"? - Меня прислал Дед, - долетело снаружи. - Я здесь с двумя другими чистильщиками. Мы здесь, чтобы помочь тебе найти подругу. Док. База "Лаба". Ошибки нужно исправлять. Когда-то Валентина Петровича никто не хотел принимать всерьез. Ну, подумаешь, светило науки, ну, подумаешь, ученая степень, ну, подумаешь, к его мнению прислушиваются специалисты со всего мира... В нашей стране он был таким же, как и все: нужен - служит, не нужен - в жопу его, пусть сам крутится, как может. Но он был нужен этим тупым солдафонам - пообещал им нечто большее, чем оружие массового поражения или нитевидный вирус, способный погубить все живое на планете... Он предоставил воякам возможность обзавестись армией совершенных солдат, которые смогут выжить даже в радиоактивной пустоши и не умрут от заражения. Док не знал, что пока он занимался исследованиями, целая исследовательская группа рылась в его "мусоре" - в генетических отходах, которые он передавал ассистенту, а тот должен был проследить за уничтожением опасных материалов. Именно этим умникам отечественные вооруженные силы были обязаны мощным, страшным, смертоносным биологическим оружием... Именно этим необоснованно-амбициозным идиотам человечество обязано Новым Миром, в котором быть живым - опасно и страшно... Док ждал вестей, нервно курил и каждые две минуты смотрел на часы. Он верил, что Бер доставит мутанта живым, а не по частям, как в прошлый раз. Быть может, тогда он сможет хоть как-то исправить последствия трагедии, к которой был частично причастен... Как же он надеялся на то, чтобы слухи солдат о похожем на Невероятного Халка монстре подтвердились. Мутант мог быть ключом к спасению агонизирующей планеты. Валентин Петрович во всем винил только себя. Себя и никого другого. Тяжелая ноша давила на ученого каждое мгновение, когда он не был занят научной работой или делами базы. Хорошо хоть верные уберы* почитали Валентина Петровича и признавали его несомненный авторитет Стресс заставил измененные U-Вакциной организмы подопытных работать с потрясающим для бойца КПД - ни одного из них не инфицировали, никого не порвали на части. Стресс - вот тот природный детонатор, который должен был дать ускорение развитию. Не удалось найти только двоих подопытных: Степана Диденко и Максима Зайцева. Первого принесла группа Бера - по кускам. Изучая мертвое тело, Док выяснил для себя много нового. Вирус - побочный продукт его исследований - не мог убить "убера", но в его крови он мутировал и превращал носителя в настоящее чудовище - быстрое, хитрое, чудовищно сильное и хищное. Ему нужен был живой мутант - тогда, быть может, он сможет все исправить... У него просто не было выбора - если он не будет пытаться, то просто сойдет с ума. Валентин Петрович глубоко затянулся сигаретой и снова посмотрел на часы. Зевс. Некрополь. Земляк. Почему я впрягся за Серегу? Не знаю. Наверное, потому, что земляк, потому что... Черт, командир неразговорчив, а байки Кота о том, сколько он баб перетрахал, как ему поварихи на Лабе глазки строят, да ноги перед ним раскидывают, уже достали. Одно слово - трепло. Услышала бы его жена, что он тут насочинял, мигом достоинство на кулак намотала бы. Валюха, пожалуй, второй человек после командира, которого Кот жутко ср... боится, в общем. Так как нам, уберам, трудно найти партнершу для интима, приходится довольствоваться большими женщинами. Хотя, почти никто не жалуется. Так вот, о Сереге - он такой... гражданский. При этом не какой-то трусливый зассанец с базы, а настоящий искатель, боец. Он мотается по Некрополю в поисках чего-нибудь полезного, подрабатывает проводником, таскается с базы на базу. По-любому интересный собеседник. Почему командир разрешил Сереге пойти с нами? Да потому, что я попросил, а прошу я ой как нечасто. Бер ценит мою преданность, ведь я был одним из немногих посвященных, одним из тех, кто должен был поддержать его, когда придет время. Парнишка нормально воспринял тот факт, что за ним пришли трое здоровенных дядек в броне. Может потому, что был не очень трезв, может потому что у него титановые яйца и, как следствие, нечеловеческое хладнокровие - не знаю. - Так значит вы - продукт некоего эксперимента? - спросил Серега, когда мы вышли с территории пивзавода. - Благодаря супер-вакцине, которая изменила ваши клетки и ускорила метаболизм, вы стали живыми копиями Фрэнка Хорригана? - А это что за чел? - спросил любопытный Кот. Бер не обращал на разговор ровным счетом никакого внимания, просто молча смотрел по сторонам, мониторя округу. - Персонаж из игры, - ответил Серега и, заметив недовольный взгляд Кота, поспешно добавил: - Жутко крутой тип, ударом кулака разносит головы гигантским ящерицам-мутантам. - Прям как наш Зевс, - Кот растянулся в улыбке, шлем он снял, чтобы подышать свежим воздухом. Да, здесь он был действительно свежим, не то что на территории пивзавода - там, несмотря на осеннюю прохладу, стояла жуткая вонь. Серега даже достал из рюкзака какие-то пилюли и стал их разжевывать, чтобы, как он сказал, не отравиться меркаптанами. Судя по тому, как он кривил лицо, таблетки были жуть какими горькими. Хорошо, что уберам какие-то там меркаптаны (язык сломаешь) как-то по... побоку. Ну, воняет, и воняет - хрен с ним. - Угу, что-то вроде того, - ответил я на вопрос Сереги, припомнив игрового персонажа из культовой постапокалиптической игры. Эх, знали бы сценаристы, каков на самом деле будет конец человеческой цивилизации... - Вот только в интеллектуальном плане Фрэнка только Кот и догнал, мы пока не доросли. - Зевс, не знаю, о чем вы там лопочете, но мне, почему-то, кажется, что вы там меня под...бываете. - Да нет, Кот, совсем наоборот... - Разговорчики, - Командир задавил перепалку в зародыше. - Сергей, нам нужно добраться до логова твари кратчайшим путем. Не обязательно самым безопасным - как видишь, нежить не может нам доставить реальных проблем, а мы тебя, если что, прикроем... Шнырь. База "Оплот". Сила есть, но надо есть. Сила... Она, гонимая бешенным давлением, горячей кровью струилась по жилам. Она сводила с ума, приводила в экстаз, заставляла плакать, рычать, смеяться... Шнырь чувствовал себя Богом. Нет, скорее темным, могущественным демоном, поглощающим душу вместе с человеческой плотью. Он презирал себя прежнего - трусливого, жалкого попрошайку, неудачника, слабака и потенциальную жертву для себя нынешнего. Ему все больше нравилось быть монстром, чудовищем которого никто не сможет унизить или оскорбить, ведь у него была Сила, и он больше ничего и никого не боялся, впервые за долгое время. Шныря стошнило - желудок не справлялся с тем объемом пищи, которую поглощал монстр - просто не успевал переработать. Полупереваренное мясо распространяло аппетитный аромат, но бывший попрошайка не торопился снова проглотить его - тело начинало меняться, оно росло, становилось сильнее, больше, так что трапезу лучше было отложить, и дать организму усвоить ту еду, что еще осталась в желужке. Монстра клонило в сон. Шныря хватило лишь на то, чтобы захлопнуть ржавую дверь и накинуть засов, после чего он зарылся в гору тряпья, служившую ему постелью, и забылся беспокойным сном. Ему привиделась та самая девка, что унизила его в баре. Шнырь больше не испытывал к ней ненависти. Напротив, он прекрасно понимал её - невозможно не презирать то жалкое, безвольное существо, которым он был раньше. Во сне девушка восхищалась им теперешним, тем, кем он стал. Она говорила ему какие-то нежности, хвалила его за решительность, за смелость. Потом пришел её хахаль с большущим тесаком и начал разделывать себя: срезать мясо с бедер, с боков, с ягодиц и бросать его обнимающимся Шнырю и его новой и, что уж кривить душой, единственной девушке, подобострастно, холуйски улыбаясь... Когда Шнырь проснулся, через дыру в крыше тускло светило осеннее солнце. Бывший попрошайка был голоден и остывшее полупереваренное мясо бандитов не смогло принести ему насыщения. Меняющееся тело требовало живой, свежей плоти. Шнырь знал, что теперь нужно делать, ему было куда расти... Марат. База "Оплот". Долги нужно отдавать. Какой-то булькающий, клокочущий звук, вперемешку со стоном, заставил Марата проснуться. Старый бандит, с невероятной для его возраста и веса проворностью, подскочил к металлическому шкафчику, стоящему рядом с кроватью, и вытащил из него заряженный, готовый к бою АКСУ - вещь невероятно редкую, доступную разве что красноперым, которые в нефтеносном Селе обосновались. Тяжесть пахнущего оружейной смазкой автомата внушила Марату уверенность. Аккуратно подойдя к двери, бандит толкнул её ногой и выглянул в проем. Утреннее осеннее солнце из окон тускло освещало помещение, но бугор заметил лежащего на полу человека, и медленно сделал несколько шагов в его сторону, не опуская автомат. Ванька, здоровенный подручный Марата, лежал, раскинув ноги и упершись затылком в стену. Кровь редкими толчками вырывалась из разорванной трахеи, глаза бойца закатились так, что виднелись лишь белки. Не сводя взгляд с коридора, Марат шагнул к стене и нащупал выключатель. - Гха, - хрипло выдохнул кто-то сзади и старый бандит почувствовал, как хрустнуло предплечье. Сломанная рука взорвалась болью, но старый бугор не выронил оружия. От удара он потерял равновесие и врезался головой в стену. Слепо щурясь в темноту, бандит вскинул автомат здоровой рукой, но противник выбил его резким пинком. - Да ты хоть знаешь, фраер, на кого попер? Я Марат, мне сам Дед руку жмет, я под его... - бандит осекся. Тусклый свет, падающий из окна, не давал разглядеть лицо нападающего, но его осанка, то, как часто поднимались и опускались его плечи, то рычание, которое он издавал, дали Марату понять, что визитеру плевать на его угрозы. Незваный гость сделал шаг вперед и склонился над главарем (и, теперь уже, единственным членом банды). От него пахло кровью. - Шайтан... - прошептал Марат и схватился здоровой рукой за сердце. - Демон... - Нет, - прорычал Шнырь, буравя бандита воспаленными, налитыми красным глазами. - Всего лишь должник, пришедший расплатиться. Его перепачканное запекшейся и свежей кровью лицо было похоже на жуткую маску сумасшедшего жреца какого-то жестокого культа. Тонкая струйка вязкой розовой слюны капнула Марату на футболку, но бугор этого не заметил - он узнал в жуткой твари старого знакомого. Попрошайку, ошивавшегося у бара "Простреленная голова", никудышного, неисправимого игрока и вечного должника. И произошедшая с лохом метаморфоза никак не укладывалась в ушибленной голове раненного бугра. Ужасный визитер вдохнул исходящий от бандита запах. Запах страха и обреченности. Новоявленный монстр начинал к нему привыкать - как наркоман к дурманящему зелью. А еще пахло смертью. Сердце старого бандита не выдержало такого стресса. Шнырь, почти без замаха, ударил Марата в живот. Окрепшие пальцы легко пробили плоть бандита за секунду до того, как его сердце остановилось... Серега. У торгового центра "Континент". Выбор есть всегда! - Так, Сергей, займи позицию. Вон тот разбитый фургон видишь? Вот на него забирайся... Бер проводил со мной инструктаж, разговаривая при этом, как с ребенком. Брать меня на разборки с мутантом, ясное дело, никто не собирался. - Все понятно? - Так точно, - ответил я на приказ Бера "прижать жопу и не геройствовать", подражая Коту и Зевсу. Хотел еще добавить "сэр", но побоялся, что командир группы может шутки не оценить. - И еще... Звон разбитого стекла оборвал речь командира. Я шарахнулся в сторону, одновременно задирая голову вверх. Это был он - мутант, на которого охотились уберы, Катин похититель. Мутант приземлился как раз там, где только что стоял я, прежде чем ушел в неуклюжий кувырок. Упал он мягко, спружинил на ногах и, без перехода, размашистым, но молниеносным боковым ударил Бера в корпус. Командира группы практически снесло с ног, но он тут же поднялся и, пошатываясь, пошел на Максима, на ходу вытаскивая из ножен ваку. Мутант сместился в сторону, уходя от быстрого выпада Кота и пнул того в бронированный живот. Боец пролетел спиной вперед пару метров и врезался в оглушенного командира, снова повалив его на землю. Зевс закинул руку за спину. Щелкнуло крепление но убер так и не успел воспользоваться неправдоподобно-огромной (для простого человека) штурмовой винтовкой. Мутант подбежал к придавившему командира Коту и, схватив его за ногу, почти без усилий метнул тяжеленного, закованного в броню бойца в Зевса. Протяжное "бл..." Кота утонуло в победном реве, который издал мутант. Он склонился над Бером, прижав его грудь правым коленом, и замахнулся обеими руками, сцепив их в замок... Все длилось секунды, мгновения... Я вскинул карабин, поймал затылок мутанта в прицел и выстрелил. Верхняя часть головы монстра будто лопнула. Мутант начал заваливаться вперед, но командир группы рывком сбросил тело вбок. - Твою мать! - завопил вскочивший на ноги Бер. Его заметно пошатывало, но он на это внимания не обращал - Ты что наделал? - Он спас тебя, командир... - ответил за меня Зевс, поднимаясь на ноги сам и помогая Коту. - Да и всех нас, по ходу... - У меня не было выбора, - начал оправдываться я. Вот же гад! Да если бы не я, этот "Халк" порвал бы уберов в клочья. Они для него не более, чем ходячие мясные тушки, только бронированные. Максим был быстрее их, злее, сильнее... - Помогите мне найти её, - практически взмолился я. Группа Бера получила своего мутанта... пусть и с раскуроченным черепом. Я им больше был не нужен, тем более, командир уберов винил меня в провале миссии. - Командир, разрешите... - неожиданно подал голос Зевс. Мое сердце забилось чаще, я позволил себе наивно поверить в чудо. - Да делайте вы, что хотите, - махнул рукой Бер и отвернулся. Он с трудом снял поврежденный мутантом шлем и с досадой сплюнул на землю красную слюну. Катя ... ... Где я? Что происходит? Кровь... Я чувствую запах крови... Это моя кровь! Как же мне плохо, все внутри болит. И голод, дикий голод... И трясет безбожно. Что же произошло? Надо попытаться вспомнить. Максим. Да, Максим притащил меня сюда, разогнал, порвал всю нежить в округе. Я пыталась бежать, но он меня остановил, а потом... Боже, как он мог? Как он посмел? Сука! Тварь! Как же больно... Меня сейчас стошнит. - Катя! Кто это? Знакомый голос. Не могу вспомнить его - мысли путаются в голове. Боль, голод, тошнота, озноб... Никогда не думала, что испытаю эти чувства сразу. - Катя! Мы здесь! Отзовись! Мы пришли за тобой! Они пришли за мной. Кто они? А Катя - это я? Да, я Катя... вроде бы. Боже, как больно. Я хочу умереть. Помогите мне... - Помогите... Помогите! - мне удалось выкрикнуть это прежде чем, диафрагму сдавило очередной судорогой, а к горлу подкатила горячая желчь. Боже, я больше не могу... Сергей. Торговый центр "Континент". Я здесь... - Помогите! Катин крик раздался совсем близко - мы поднялись на второй этаж и блуждали по гигантскому магазину псевдо-английской одежды. Девушка лежала на ворохе скомканного тряпья. Все сомнения, а с ними и надежды исчезли, как только я её увидел. Катя была инфицирована. Голая, перепачканная кровью, блевотиной и еще Дьявол знает чем, девушка плакала, срываясь на крик. Я опоздал, ее не спасти. - Я больше не могу... - ее воспаленные глаза были полны боли. Девушка балансировала на грани безумия, боль и стресс измотали ее, я даже не мог себе представить, что ей пришлось перенести - да и не хотел я представлять. Я до крови закусил губу, чтобы не разрыдаться, и утер рукавом выступившую на глазах влагу. "Она меня даже не узнала", - подумал я, наводя на девушку карабин. Катя перестала плакать и подползла ближе и, не раздумывая, уперлась лбом в дуло и закрыла глаза. - Нет!!! - раздался откуда-то сбоку крик Зевса, после чего облаченная в кевлар рука врезалась мне в грудь. От тяжелого удара меня подбросило в воздух, но за секунду до этого я выстрелил. Чисто машинально. Может быть, если бы Зевс ограничился криком, я бы остановился, но этот солдафон, видимо, привык действовать прежде, чем подумает. Достиг ли выстрел цели - я не понял, потому что протаранил головой витрину. Толстое стекло не разбилось, но я сразу же отключился...