Счастье нам только снится

– Наруто! – Серьезно проговорил Джирайя, встретив парня, выходящего из лифта. – О, привет! Эро-саннин, что ты тут делаешь? – Глупый вопрос. Я также временно проживаю в этой гостинице. Я видел тебя и Шион сегодня в храме, но не стал прерывать вашу идиллию. Не стал подходить. Ты проводил ее в больницу? – Да, проводил. Почему ты спрашиваешь об этом? – Просто хотел удостовериться, что все хорошо… Как я понял, через четыре дня вы с классом уезжаете? – Да, наверное, уезжаем, раз ты так говоришь. Честно, у меня не было времени узнать о маршруте передвижений класса в течении поездки. Завтра Шион выписывают из больницы. – Немного зевая, проговорил Узумаки. – Мне об этом Гай сказал, влепив любимую фразу про силу юности. – Можешь помочь? Я хотел бы остаться с Шион в Киото. Я не хочу никуда ехать… Оставлять ее одну. Остаться в Киото, как в прошлом году на все лето, осень, зиму? Ну, или перевестись в другую школу здесь в Киото? – Нет, я не могу помочь с этим вопросом. Хватит того, что я всегда прикрываю твою пятую точку! Придумываю тебе оправдания и всякие дела, вытаскиваю из передряг, в которые ты, Наруто, вечно попадаешь. Тебе нужно закончить школу в Токио. – Черт! – Недовольно выругался парень. – Если вы так сильно любите друг друга, то расстояние не сможет разрушить ваши чувства. К тому же, я думаю, что Шион все понимает. Понимает, почему ты не можешь остаться в Киото. Все же она старше тебя на два года! – Я понимаю, но порой хочется все послать... Да гори оно синим пламенем!

***

На следующее утро Узумаки пришел в больницу на выписку Шион. Зайдя в палату девушки, он обнаружил, что та уже собрана и готова. – Привет! – Улыбаясь, энергично приветствовал Наруто светловолосую. – Доброе утро! Пошли, я готова. – Зевая, немного сонно проговорила девушка. – Да, пойдем… – Сказал Наруто, взял сумку с вещами Шион, и они вышли из палаты, прямиком направившись к выходу. Не успели они покинуть территорию больницы, как к ним подошел лечащий врач девушки. – Шион–сан! Подождите! – Да? Кадзуро-сан, я что-то забыла? – Встревоженно спросила Шион. – Нет, Шион-сан, я хотел бы с вами поговорить. Думаю, это не займет много времени. Давайте отойдем. Девушка кивнула и последовала за врачом. – Вижу, вас сопровождают. Наруто-кун – хороший парень и очень любит вас… Прошу, пройдемте ко мне в кабинет. – Хорошо, только недолго. Не хотелось бы, чтобы мой парень заждался меня.

***

Выйдя из здания больницы, Шион застала Узумаки сидящим на лавке и курящим. – Наруто, пойдем. Тебе не стоит курить на территории больницы! Даже если это специально отведенное для этого место! – Да знаю я! Только ты была там так долго, вот я и решил скоротать время. А чего хотел твой лечащий врач? – Озадаченно спросил блондин. – Ничего особенного. Поздравил с окончанием терапии, сообщил об успешных результатах анализов. Пожелал удачи и все такое. Почему ты спрашиваешь об этом? – Да нет, просто он был взволнован что ли... – Задумчиво протянул Наруто. – Тебе показалось. Скажи, с каких пор ты стал экспертом по настроениям врачей? Пошли! У нас куча дел… Особенно с наверстыванием упущенного времени! – Воскликнула Шион, подхватила парня за руку, и они наконец вышли с территории больницы.

***

Придя домой к Шион, Узумаки помог девушке разложить вещи, которые она принесла с собой из больницы. Закончив с этим делом, Наруто прошел на кухню. – Добрый день, Юри-сан! Давно не виделись. – Радостно поздоровался парень. – Добрый, Наруто-кун! Я знала, что ты приедешь. В честь выписки Шион я готовлю ваши любимые блюда. Будь добр, сходи в магазин, купи все продукты по списку. Тарухо тебе поможет. – Хорошо! А вы можете приготовить рамен? – Конечно! – Улыбаясь, проговорила женщина. – Ура! – Словно маленький, обрадовался Узумаки. – О, тогда мы с Тарухо сможем помериться силами в поедании рамена: кто больше съест. – Думаю, что со спором придется подождать. Мы с Тарухо не сможем поужинать с вами. Уезжаем в Нару. Вернемся только дня через три или четыре. Моя сестра заболела. Съездим к ней в гости, проведаем ее и моих племянников. – Жаль, ладно, в другой раз. – Конечно.

***

Закончив переодеваться, Шион почувствовала облегчение. Дома родные стены придают сил. Посмотрев на свое отражение в зеркале, девушка попыталась улыбнутся, но ей как-то не хотелось. Постучавшись и получив разрешение войти, к ней в комнату зашел Тарухо. – Шион-сама, рад вас видеть дома. – С улыбкой поприветствовал девушку парень. – О, привет, Тарухо. Проходи, не стой у порога. – Эм… Шион-сама… – Сказал Тарухо, подняв на нее свои серые глаза. – Знаю я это твое многозначительное "эм"… И твой взгляд. Говори! – Сказала Шион, смотря прямо в лицо Тарухо. – Вы не сказали ему про лечение? – Нет, думаю, что ему не стоит знать! – Вы уверены, что так будет лучше? Подумайте еще раз, вы разобьёте ему сердце. Просто будьте честны с ним. Может, не стоит так поступать?.. Это нечестно, несправедливо по отношению к нему и к вам самой тоже. Я знаю, как тяжело далось это решение. Вы пытаетесь казаться сильной, но все это лишь маски. – Тарухо, я не вижу другого выхода! Пусть он пострадает лишь от моей лжи. Я готова заплатить высокую цену за эту ложь! Мне не нужна его жалость! Никто не смеет жалеть меня! Даже он... – Грустно промолвила девушка. – Хорошо, если вы все обдумали… – Понимающе произнес Тарухо. – Скажи я ему, он все бросит и примчится в Киото! Ты что, Наруто не знаешь? – Серьезно спросила девушка. – Да… Наруто-кун порой безрассуден, вспыльчив. Но все же! То, что вы хотите устроить … Вы не боитесь, что ситуация выйдет из-под вашего контроля? И все дойдет до рукоприкладства? – Тарухо, давай не будем спорить! Я знаю, что ты против лжи и обмана… – Понизив голос, проговорила девушка. – Шион-сама, я не смею вмешиваться в вашу жизнь. Мы с мамой сегодня, как и планировалось, уезжаем в Нару. Все готово, я предупредил Кенджи-сана. Вам нужно только позвонить, когда потребуется, и он сразу придет. Я очень хорошо заплатил ему за все услуги, и вам не следует беспокоиться. – Хорошо… По крайней мере, у меня есть время попрощаться с ним по-своему. Сделать все, что я планирую. Он уже через три дня должен будет уехать в другой город со своим классом. Надо все решить... – М-м-м, даже не знаю, что сказать... Вы уже все спланировали. – Грустно ответил Тарухо. – Спасибо вам с мамой, что дарите эти дни и ночи… – почти шепотом проговорила девушка и отвернулась, пытаясь скрыть подступающие к глазам слезы.

***

Когда люди влюблены, они не считают минут, часов и дней. Проводя время вдвоем, парочка только и делала, что гуляла, сидела в саду у дома и любовалась звездами, обнималась, целовалась и предавалась интиму, наполняя дом звуками сладкого соития и не стесняясь того, что их могут услышать или увидеть. Ведь все самое сокровенное, интимное и личное сокрыто от посторонних глаз за стенами дома. Для них это самые счастливые мгновения жизни, что пролетали слишком быстро. Три ночи и два дня прошли как один. На следующий день Узумаки с классом должен был уже выезжать в Камакуру на море. – Доброе утро! – Доброе, – Сказала девушка, наклонилась и чмокнула в губы, лежащего на футоне парня. Позавтракав, Наруто с Шион стали думать, чем они займутся сегодня. – Как думаешь, может, сходим в кино, а потом поднимемся на телевизионную башню? Оттуда открывается отличный вид на ночной город. – Предложил Наруто, помогая девушке убирать со стола. – Да, в принципе, можно. Только, думаю, что тебе стоит побриться! Не то что бы мне не нравилась твоя щетина... – Хорошо. Черт, я станок в гостинице забыл! Наверное, съезжу, побреюсь, заодно одежду сменю и кое-что возьму. – Окей, ты надолго? – Нет, я думаю, что в два часа уложусь, а что? – ответил парень, вытирая и кладя тарелку в буфет. – Нет, ничего. Просто спросила. Когда Наруто, уже обулся и собрался выходить, к нему подошла Шион. Коснувшись руки парня, она повисла у него на шее и, не сказав ни слова, поцеловала. – Эй, ты что? Я же скоро… – Не поняв столь странного поведения девушки, произнес Узумаки.

***

Вернувшись домой к Шион, блондин позвонил в дверь, но не получив ответа, воспользовался своим ключом. Зайдя внутрь, он закрыл дверь на щеколду и положил ключи от дома в карман. Разувшись на входе и надев домашнюю обувь, он прошел вперед по коридору. «Странно… Шион не говорила, что куда-нибудь пойдет…» Пройдя дальше, он увидел разбросанную мужскую обувь, где-то валялись брюки, ремень, рубашка и галстук. Не поняв, откуда здесь чужая одежда, парень прошел в комнату к девушке и увидел то, что повергло его в полный шок. Ему показалось, что земля на мгновение ушла из-под ног. Расположившись на футоне, Шион страстно целовалась с незнакомым мужчиной лет тридцати - сорока. На девушке был шелковый халат с тонким поясом. Мужчина же был уже почти раздет: на нем остались лишь нижнее белье и носки. Он обнимал Шион, запустив руки под халат и задрав подол одеяния. От увиденного Узумаки встал как вкопанный. Он просто впал в ступор, пытаясь переварить информацию: понять, не спит ли он? Ему казалось, что все происходящее - просто кошмарный сон, от которого срочно требуется проснуться… Придя в себя после минутного оцепенения, Наруто подбежал к футону, оттолкнул девушку в сторону и набросился на незнакомца. – Ах, ты, сукин сын! – Прорычал парень и начал наносить беспорядочные удары по лицу и телу мужчины. В этот момент Шион выбежала из комнаты. Вернувшись обратно, где Узумаки не жалея сил избивал беднягу, она облила обоих холодной водой из ведра со словами: – Отпусти! Ты же убьёшь его! – Прокричала девушка и бросила в сторону ведро, которое тут же укатилось в угол комнаты. Отпустив уже изрядно побитого мужчину, парень выпрямился и посмотрел на свою девушку. От ярости Наруто изо всех сил сжал кулаки. Его лицо было красным от злости и гнева. Челюсти были плотно сжаты, словно он вообще потерял дар речи. Подойдя ближе к Шион, он посмотрел ей в глаза. Взгляд Узумаки был тяжелым, в нем выражались гнев, негодование и обида. Отведя взгляд от Шион и опустив глаза, Наруто, размахнувшись, влепил девушке звонкую пощёчину тыльной стороной ладони. – Почему? Разве я заслужил такое отношение? – Опустив глаза, спросил Наруто. В голосе чувствовались нотки стали, досада, холодное пренебрежение, презрение и то, что ему было жутко мерзко от увиденного. Девушка так и стояла, поглаживая уже начавшую опухать щеку, не в силах сказать ничего в свое оправдание. Не дождавшись ответа и не вымолвив более ни слова, Наруто резким движением вытащил ключи из кармана джинс и бросил их к ногам Шион. Затем он быстро вышел из дома и, сильно хлопнув дверью, оставил девушку в компании любовника.

***

Возвращаясь в гостиницу с прогулки, в темном углу парковки Хината заметила парня, опирающегося на стену и держащегося за бок. В темноте было трудно определить возраст. Ясно было лишь только то, что он блондин. Шаги идущего были скошенными, слабыми, казалось, еще чуть-чуть, и он упадет. В ее голову закралась мысль, что парень где-то перепил и поэтому еле идет. «Блин, все блондины мне напоминают Наруто-куна… Я точно больна им. Не видела его вот уже несколько дней, и он мне мерещится в каждом прохожем!». Сделав еще шаг, человек упал и не поднимался. Увидев это, Хьюга подбежала, чтобы помочь. – Вам плохо? – спросила она. Повернув к себе лицо прохожего, девушка с ужасом осознала, что перед ней без сознания лежал сам Узумаки. Его лицо было побитым, рассечена губа, под носом же была запекшаяся кровь. – А-а-а, Наруто-кун, Наруто… Ты слышишь меня? Что с тобой? – С этими словами девушка пыталась привести блондина в чувства. Кое-как очнувшись, парень попытался сфокусировать взгляд и, посмотрев на Хьюгу, заплетающимся языком произнес: – А, Хи-Хи-Хината… – Хрипло произнес парень и заулыбался. – Наруто-кун! Ты же в стельку пьян!!! Боже, кто тебя так? Не получив ответа. Девушка начала поднимать парня. Ей нужно было оказать помощь и по возможности скрыть то, что он где-то напился и устроил или попал в драку. – Наруто-кун! Ну, давай, помоги же мне! Ох, вот же ты тяжелый… – Проговорила Хьюга, приподняв парня и закинув его руку себе за плечо. Еле дотащив Наруто до своего номера и уложив в свою постель, Хината судорожно пыталась вспомнить, как же нужно оказывать первую помощь. На ее счастье Тен-Тен опять где-то зависала с Неджи и уже которую ночь не ночевала и не появлялась в их комнате. Хината стянула с парня обувь, затем сняла футболку, которая была вся испачкана в крови и кое-где порвана. – Наруто-кун, поднимись, я обработаю твои раны на лице… – Сказала Хьюга, принеся аптечку из ванной. Не дождавшись реакции, девушка, как смогла, смыла засохшую кровь, обработала ссадины и помазала мазью опухшие места. Закончив, Хината подумала, что парня нужно привести в чувства и отправить к себе в номер. – Наруто-кун, очнись! Прошу! Вставай, тебе нельзя тут оставаться… Открыв глаза, блондин, судя по всему, не понимал, где он, и кто с ним разговаривает. Резким движением он притянул девушку за руку к себе так, что та упала с ним рядом на кровать. – На-На-Наруто-кун!.. Пусти! – Пропищала она и от неожиданности начала заикаться. Развернув Хинату к себе спиной, Узумаки обнял ее, не давая выскользнуть и сдвинуться с места. Поначалу она дергалась, пытаясь освободиться, но пролежав рядом с ним около десяти минут, девушка поняла, что Наруто не собирается ничего делать: приставать или принуждать ее к чему-либо. В полной мере осознав, что сопротивление бесполезно, а слова не подействуют, девушка немного расслабилась. Он не собирался с ней делать что-либо плохое: то к чему она не готова, чего она в данный момент не хочет. Хината просто успокоилась и расслабилась. Они так и лежали в обнимку, и некоторое время спустя Наруто начал говорить, а по его голосу можно было понять, что он плачет: – Почему?.. Разве я заслужил такое отношение?.. Зачем ты так со мной?..

***

Придя в храм, Шион совершила ритуал омовения и очищения рук и рта. Присев около входа в, девушка вспомнила о разговоре с врачом.

Флешбек

– Шион-сан, вы понимаете всю серьезность ситуации? – Да, я понимаю! Незачем говорить! Раз лечение не помогло, а поиски донора не дали результатов… Я вольна делать с оставшимся временем все, что я пожелаю! – Хорошо! Тогда прошу вас подписать документы, что вы не предъявляете претензий в оказанном лечении, и что мы говорили вам о том, что больница не несет ответственности за вашу жизнь. – Прошу, дайте документы, я подпишу все везде, где нужно, и покончим с этим! – Гневно, не скрывая недовольства, проговорила девушка. – Подумайте еще раз! В вашем состоянии не стоит вообще покидать больницу. Мы делаем все, что в наших силах. Сейчас мы ждем результатов анализов. Возможно, этот человек сможет стать вашим донором. – Спасибо вам за все… Но я приняла решение. Все, с меня хватит! Я потеряла надежду, я отчаялась… Мне жаль время, проведенное в этих стенах. Все! – Отрезала Шион, поклонилась и вышла.

Конец флешбека

***

      Пройдя дальше вглубь храма, Шион бросила пару звонких монет в специальные урны. Когда звук падающих копеек стих, она поклонилась. Хлопнув в ладоши дважды, девушка закрыла глаза. Сложив ладони вмести, она начала молиться и просить: «Ками-сама, я не хочу, чтобы он видел этот конец, когда агония смерти поглотит меня в свои объятья! Момент жизнь на грани, когда связывающие нити с этим миром будут тоньше волоска. Сила притяжения, затягивающая в пустоту, в мир спокойствия, забвения, в вечность, нарастает все сильнее и сильнее. Муки оттого, что мое желание остаться рядом с ним и желание жить столь велики и необъятны. Жизнь ускользает, как песок сквозь пальцы, каждый миг забирающий последние силы. Мне не нужна его жалость... Ничего нельзя сделать, изменить судьбу! Избежать воли небес, того, что уже предрешено. Ведь я уже прекрасно знаю, какой будет конец. Я не хочу, чтобы на душе у Наруто остались осадок, боль, безнадежность и горечь потерь. Когда-то мне пришлось наблюдать кончину моей матери. Ей было всего тридцать четыре, казалось, еще жить и жить… Но судьба, нависший над ней рок были неумолимы. Хоть я и была маленькой, все равно не могу забыть этих срывающихся с уст стонов, криков и мольбы умирающего человека, застывших в моих ушах. Даже сквозь пелену времени, вроде все уже прошло… Помню и не могу забыть! Все, что я знаю о матери - это борьба за жизнь, последние дни, наполненные печалью, болью, скорбью, неминуемостью и необратимостью смерти. Когда у нее во взгляде застыл лишь немой вопрос: "За что?.. Почему я?.." Закончив молиться, Шион направилась к выходу. Не дойдя до него, она пошатнулась и присела на колени. Закрыв лицо ладонями, она зарыдала. Послышался сдавленный голос и звуки плача человека, потерявшего все, отказавшегося от всего ценного, дорогого и любви. Уже не нужно скрывать эмоций, притворяться, что все хорошо. Соленые слезы скатывались по ее щекам. Ей было неважно, что сейчас на нее могут смотреть, и она привлекает к себе внимание окружающих. «Да гори оно все огнем… Не могу думать ни о чем больше, кроме как о нем!» К Шион подбежал Тарухо, ожидавший ее на выходе. Парень поднял девушку с колен. – Шион-сама, пойдемте. Вам нужно отдохнуть, – проговорил он, понимающе смотря на девушку. В голове Шион крутились одни и те же мысли, тоска уже не покидало ее. Она сдалась, опустила руки, предалась отчаянью, начала уповать на высшую волю и предопределение. «Ничего не изменить, наверное, на нашем роду не написано быть счастливыми. Счастье нам только снится. Поутру я просыпаюсь со сладким и горьким чувством, что все это так реально и близко. Только это все сны, наполненные неосуществимыми мечтами о счастье! Я смирилась, приняла этот последний вызов судьбы, уповая на высшую волю. Я всего лишь хочу уберечь того, кого люблю больше своей жизни, больше всех и вся… Избавить его от мук и терзаний, от того, что он не сможет ничего сделать или изменить, когда будет безмолвным свидетелем конца. Пусть лучше он меня запомнит полной жизни, энергии, сил. Последней стервой, сукой и изменницей. Пусть я своим поступком разбила его сердце! Всю оставшуюся благодать, что причитается мне, я добровольно, без сожалений и тени сомнений прошу даровать ему и только ему! Все счастье, которое снилось мне, пусть будет предопределено ему… О, Ками-сама, пусть его сердце вновь забьется чаще… Пусть голубка счастья, сядет на его плечо, и новая любовь озарит, примет его в свои объятья. И пусть она согреет его сердце. Отрекаюсь от любви к нему, освобождаю от уз, клятв любви, что связывали нас…» Уже на выходе Шион обернулась и остановилась. Отпустив руку Тарухо, она развернулась в сторону храма и, отойдя от сопровождающего ее парня на расстояние, Шион словно прощалась не с храмом, а со словами, обращенными к тому, кому она сделала очень больно, ранив в самое сердце; заставив поверить в то, чего никогда не было и не могло бы быть. Тихо, едва заметным шепотом девушка проговорила: – Прости, но так надо… Ты не поймешь меня, не простишь. Возможно, возненавидишь, но я хочу, чтобы ложь моя была во благо. Пусть все плохое пройдет, словно этого никогда и не было. Забудь...