Скованные души

В пятницу пополудни Гарри, Рон, Гермиона и Джинни аппарировали в штаб-квартиру Ордена. Там их радушно встретил Ремус. - Ваши комнаты уже готовы, - объявил он с улыбкой, - Добби доставит ваши вещи. Старый дом, украшенный к Рождеству, словно помолодел. В холле внизу стояла громадная елка, сверкающая гирляндами, мишурой и стеклянными шарами, повсюду были разноцветные свечи и ароматно пахнущие еловые ветки. - Знаешь, Ремус, я начинаю чувствовать себя здесь как дома, - сказал Рон, одобрительно оглядывая прихожую, холл и лестницу. - Добро пожаловать в любое время, - тепло улыбнулся Ремус. – Добби приготовил чай, он накроет его в «гриффиндорской гостиной». - Отлично! Я бы не отказался поесть после экзамена по трансфигурации, - Рон оживленно потер руки. - Да ты просто ходячий желудок! – фыркнула Гермиона. - Ничего подобного, просто я совершенно выбился из сил. Не так-то просто было превратить живого поросенка в шелковый дамский ридикюль! - Располагайтесь, - сказал Ремус. – Если что понадобится – я в библиотеке. Рон, Джинни и Гермиона, оживленно переговариваясь, поднялись на второй этаж, но Гарри задержался. - Ремус, могу я поговорить с тобой кое о чем? - Конечно, Гарри. Заходи. - Так в чем твоя проблема? – спросил Ремус, когда они остались одни. - Я не знаю, что подарить своей девушке на Рождество, и я надеялся, что ты дашь мне совет. Брови Ремуса изумленно поднялись, он весело улыбнулся: - Я польщен твоим доверием, Гарри, но я далеко не эксперт в том, чего хотят женщины! - Но у тебя в любом случае больше опыта, чем у меня. - Гарри, ты знаешь Джинни не первый год. Я уверен, тебе лучше знать, что её порадует! - Я просил Гермиону купить ей перчатки в Хогсмиде, но из этого ничего не вышло. - Перчатки – по-моему, отличная идея. - Наверное. Но это первое Рождество, которое мы встречаем вместе, понимаешь? – Гарри беспомощно посмотрел на старшего друга. – Я бы хотел подарить ей что-то особенное, но просто не знаю, что бы это могло быть. К тому же я не могу сейчас ходить по магазинам. - Знаешь, Гарри, лучшие дары исходят от сердца, - задумчиво ответил Ремус. – Если ты хочешь подарить Джинни что-то особенное – подари ей то, что можешь подарить только ты и никто другой. Что-то личное. - То есть? – озадаченно нахмурился Гарри. - Ты можешь испечь для неё торт, посвятить ей стихи, - Ремус усмехнулся, заметив ужас на лице Гарри, - или даже привести в порядок её метлу. Сделай что-нибудь для неё сам. А если ты все же решишь купить что-нибудь, я охотно тебе помогу. - Спасибо, Ремус. Гарри поднялся в свою спальню, обдумывая слова Ремуса. Возможно, он был прав – в семье Уизли было принято дарить подарки ручной работы, Джинни бы это оценила. Гарри открыл чемодан, чтобы найти пергамент и перо и составить список покупок для Ремуса, и наткнулся на картонную коробку с вещами мамы. Неожиданная идея пришла ему в голову. Гарри отложил в сторону пачки писем и фотографий и обнаружил на дне коробки то, что искал: круглый серебряный медальон с выгравированным изображением единорога. Серебро потемнело от времени, но Гарри надеялся, что его удастся очистить. Это стало бы прекрасным подарком для Джинни. Что может быть более личным подарком, чем украшение, когда-то принадлежавшее его матери? В субботу в доме на площади Гримо появился Снейп. Он был еще более угрюмым, чем обычно, и явно не радовался перспективе провести рождественские каникулы в штаб-квартире Ордена. Это было неудивительно. Снейп никогда не был популярным членом Ордена, но до сих пор к нему относились с уважением. Теперь это изменилось. Хотя никто не был откровенно груб, Гарри заметил, что присутствие Снейпа неприятно большинству фениксовцев. Разговоры обрывались, когда он входил в кухню или гостиную. Присутствующие часто находили причину, чтобы уйти или еще более демонстративно проигнорировать его. Снейп делал вид, что не замечает этого, но Гарри знал, что это было не так. Моуди относился к Снейпу еще хуже, чем раньше. Он уже не скрывал своей неприязни и отвращения, впрочем, мастер зелий платил ему той же монетой. Ремус старался остудить страсти, но Снейп не только не был благодарен ему за это, но обращался с ним даже более грубо, чем с Моуди. - Никто его не любит, - заметил Рон. – Так ему и надо, мерзавцу. Гарри догадывался, в чем заключалась истинная причина обструкции, которую устроили Снейпу другие члены Ордена Феникса. Число убитых Пожирателей достигло четырнадцати, и Моуди, очевидно, уже не делал тайны из своих подозрений. ********* Снейп поднял глаза от книги, которую читал, и одарил Гарри мрачным взглядом. - Пора заняться легилименцией, - сказал Гарри. - Поттер, не кажется ли вам, что мы могли бы обойтись без неё хотя бы на каникулах? - Дамблдор считает, что нет, - ответил Гарри. - Что за необходимость копаться в моей голове? - Это должно помочь мне научиться ориентироваться в уме Волдеморта. - Каким образом? - Профессор Дамблдор сказал, что мы не должны говорить об этом. - Я бы предпочел, чтобы вы были честны. Это лицемерие с вашей стороны – прикрываться Дамблдором. Вы думаете, что я не вижу ваши эмоции каждый раз, когда вы входите в мой разум? Я прекрасно знаю, что вы здесь не из-за Дамблдора или Темного Лорда. - Профессор Дамблдор убежден, что эти упражнения помогут мне подготовиться к борьбе с Волдемортом, и я нуждаюсь в любом преимуществе, которое могу получить. А в остальном, не все ли равно, что я чувствую и почему? – возразил Гарри. Глаза Снейпа сузились, но он кивнул: - Хорошо, Поттер. Давайте начнем. Оказавшись возле знакомой стены, Гарри закутался в плащ-невидимку и приложил ладонь к кирпичной кладке. В стене появилась дверь, и Гарри шагнул в неё. По ту сторону стены было гораздо темнее. Дул пронизывающий ветер. Но главное – здесь были люди! Много людей – прохожие, спешившие по делам, подняв воротники, подростки, взапуски бегавшие по улице, окликая друг друга. Гарри увидел знакомый дом – тот, где была квартира Снейпа – и, натянув капюшон мантии поглубже, приблизился к нему. Изнутри доносился плач ребенка и громкие голоса мужчины и женщины. - Он не виноват! - кричала женщина. - Он не знает, как делать это правильно! - Тогда ему лучше было бы узнать! – ответил грубый мужской голос. Раздался грохот, как будто кто-то шарахнул о стену стулом. Ребенок заревел от ужаса, женщина взмолилась еще громче. - Тобиас, нет! Пожалуйста! Я буду учить его. Я обещаю. Это больше не повторится. - Ловлю тебя на слове! – крикнул мужчина. – Заставь его прекратить это, Эйлин, или это сделаю я! Наступила напряженная тишина, нарушаемая лишь сдавленными рыданиями ребенка. Гарри замер, прислушиваясь к плачу и борясь с желанием ворваться в дом, чтобы призвать к порядку негодяя, который терроризировал свою жену и ребенка. Это не реальность, напомнил себе Гарри. Это лишь химера, порождение ума Снейпа. Но Гарри не сомневался в том, что в основе этой химеры лежало подлинное воспоминание детства. Гарри отошел от дома и заметил группу подростков, сгрудившихся вокруг чего-то, лежавшего на земле. Один из них ударил лежащий предмет ногой, раздался вскрик боли. Это была не собака или кошка, как подумал было Гарри, а маленький мальчик. - Эй! Прекратите сейчас же! – гневно крикнул Гарри и, выхватив свою палочку, бросился на парней. Подростки увидели бегущего к ним незнакомца и кинулись врассыпную. Гарри опустился на колени рядом с мальчиком, которого они избивали. На вид ему было восемь или девять лет. Он лежал, сжавшись в комок от боли, и, видимо, был не в состоянии встать. Под глазом у него лиловел огромный синяк, из разбитого рта текла кровь. - Северус? Мальчик затравленно посмотрел на Гарри и шарахнулся, когда тот протянул руку, чтобы помочь ему подняться. - Оставьте меня в покое! - Я не причиню тебе вреда. Я просто хочу помочь. - Мне не нужна ваша помощь, - ребенок упрямо мотнул темноволосой растрепанной головой. – Ни ваша, ни чья-либо еще. Сбросив руку Гарри, мальчик поднялся и, хромая, побежал по улице. Гарри провожал его взглядом. Неудивительно, что Снейп отгородился стеной от ужасных воспоминаний своего детства! Стемнело. Вдруг в небе над крышами вспыхнула Черная Метка, и улицу заполнили Пожиратели Смерти в черных плащах и серебряных масках. Они терроризировали беззащитных маглов, грабили магазины и разрушали дома. Неподалеку от Гарри аппарировала группа авроров, завязалась схватка. Гарри обнаружил, что противники не видят его, а его заклинания на них не действуют. На противоположной стороне улицы появился человек, одетый в черное – но не как Пожиратель. Его лицо скрывала не маска, а капюшон. Зловещая фигура стояла совершенно неподвижно, безучастно наблюдая за сражением. Голова человека в капюшоне повернулась к Гарри, и юноша похолодел от ужаса. Ему показалось, что на него глядит ангел смерти. Гарри пересек улицу и направился к человеку в черном, но тот исчез так же внезапно, как появился. В ту же минуту кто-то схватил Гарри за руку. - Я же говорил тебе не приходить сюда! – рявкнул молодой человек, бледный от ярости. - Северус… - Ты не имел права! - Я должен был это увидеть, - сказал Гарри. – Теперь я знаю, почему ты построил эту стену. Я должен был узнать правду. - Зачем? – зарычал Снейп. – Чтобы использовать это против меня? - Конечно, нет! Я не собираюсь причинять тебе вред. Я хочу помочь! - Помочь? – усмехнулся Снейп. – И что ты хочешь от меня? - Ничего. - Тогда почему ты беспокоишься за меня? - Потому что я твой друг. Северус презрительно засмеялся. - Придумай объяснение получше! - Это правда, - сказал Гарри. - Хорош друг, вторгающийся в мою жизнь вопреки моему желанию! - Тогда скажи мне сам, что здесь такого ужасного? - Я ничего тебе не скажу. - Тогда мне придется выяснить самому, потому что я не собираюсь предоставлять тебя твоей жалкой участи! - Какая самонадеянность! - Или я ошибаюсь? Посмотри мне в глаза и скажи мне, что я неправ. Скажи мне, что ты счастлив. Что, не можешь? - Оставь меня в покое! – в бешенстве заорал Снейп. - Нет! - Типичный гриффиндорец, уверенный в собственном благородстве, - с горечью сказал Снейп. - Иди, куда тебе угодно, но знай – ничего хорошего из этого не выйдет! Посмотрим, как долго продержится твоя «дружба», когда ты узнаешь столь желанную тебе правду! - Я не видел здесь ничего такого, что изменило бы мое мнение о тебе. - Ты видел еще не все! Молодой человек повернулся и зашагал прочь. Гарри вздохнул и открыл глаза. Снейп моргнул и покачал головой, затем слегка поморщился, как будто от боли. - С вами все в порядке? – обеспокоенно спросил Гарри. - Конечно, - огрызнулся Снейп. Однако выглядел он необычайно бледным и усталым. Гарри быстро простился и пошел спать. Он размышлял о том, что символизирует зловещая черная фигура, пока не заснул. Гарри разбудил девичий дуэт: «Счастливого Рождества!» Гермиона и Джинни с подарками вошли в спальню ребят. - Счастливого Рождества, - улыбнулся Гарри, потянувшись за очками. Рон завозился и сел на постели. Гермиона подарила всем книги, Рон – сласти, Джинни – свитеры ручной вязки. Свитер Гарри украшал феникс, очень похожий на Фоукса, Рона – гриффиндорский лев, Гермионы – филин. Рон и Гермиона пришли в восторг от подарков Гарри, но он ужасно волновался, пока Джинни разворачивала блестящую фольгу. - Ах, Гарри, как это прекрасно! – воскликнула она, любуясь медальоном. - Это вещь моей мамы, - тихо сказал Гарри. - Твоей мамы? – переспросила Джинни. – Ты уверен, что не хочешь оставить его себе? Гарри решительно кивнул. - Конечно. Я же не буду сам носить это, и глупо оставить его лежать в чемодане. Мне очень хочется, чтобы он был у тебя. Джинни просияла и крепко обняла Гарри. ****** Вечером настало время праздничного ужина. - О, Добби, здесь можно накормить целый полк, а нас всего семеро! – воскликнул Гарри, увидев ломящийся от яств стол. - Это честь для Добби, сэр, - серьезно ответил эльф. - Это правда, - улыбнулся Ремус. – Давно я не видел Добби таким счастливым, он был положительно в восторге от возможности показать себя. - Не трать напрасно силы на объяснения, Люпин, - сказал Снейп, входя в гостиную. – Гордиться хорошо выполненной работой – идея, чуждая и непонятная мистеру Поттеру. - И вам счастливого Рождества, профессор, - прыснул Гарри. Снейп не ответил, но углы его рта дрогнули в намеке на улыбку. Десерт Добби подал в библиотеку. - Я приготовила глинтвейн, - похвасталась Тонкс. Гарри рискнул попробовать – к некоторому его удивлению, напиток оказался вкусным и не взорвался. - Мисс Уизли, откуда у вас этот медальон? Гарри оглянулся на голос Снейпа. Тот смотрел на медальон Джинни. - Гарри подарил его мне на Рождество, - сказала Джинни. Снейп посмотрел на Гарри с нечитаемым выражением лица, затем отвернулся, не говоря ни слова. Гарри недоуменно взглянул на Снейпа, который уже повернулся к Ремусу. Раньше он не замечал за зельеваром интереса к ювелирным изделиям. Что бы это могло означать? Погоня Гарри за таинственной фигурой в черном снова закончилась ничем. С досады он выругался и ударил кулаком в стену дома. - Я могу вам помочь? На Гарри смотрела миловидная рыжая девушка лет пятнадцати. - Ээ… Лили? - Да, я Лили. А вы кто? Гарри сглотнул. - Гарри. - Ты в порядке, Гарри? Ты ужасно бледный. - Все нормально. А что ты тут делаешь? - Я живу здесь, - улыбнулась Лили, глядя на юношу снизу вверх с доверчивым любопытством. – Я шла в сад. Хочешь, пойдем вместе? Сад был единственным островком красоты и радости посреди однообразных и унылых промышленных зданий. - Как красиво! – сказал Гарри, любуясь цветами. - Спасибо. Я делаю все, что в моих силах. - Так это ты сделала? - Да. Это требует много труда, но оно того стоит. Беда в том, что остальным все равно. Никому нет дела. Даже Северуса перестало волновать, что все вокруг такое унылое и безобразное. - Северус? - Да. Он иногда заходит меня навестить, но в последнее время все реже. Если увидишь его, передай, что я его жду. - Я попытаюсь, - пообещал Гарри, глядя в зеленые глаза своей матери. Что она делает здесь? - Лили, послушай, - начал он. – Я шел за человеком, одетым в черное. Ты не знаешь, кто он? - Мы не говорим о нем, - нахмурилась девушка. - Почему? - Северус не разрешает. - Почему Северус не разрешает? Он что, боится? Кто этот человек? - Я не могу сказать тебе, Гарри! Мне очень жаль, но я не могу говорить о нем. - Ну хорошо, - сказал Гарри. – Мне пора идти. - Я буду рада снова увидеться с тобой, Гарри. И не забудь сказать Северусу, чтобы он пришел меня повидать! Гарри открыл глаза и уставился на Снейпа. Снейп вопросительно нахмурился. - Что-то не так? - Нет, - сухо сказал Гарри. – Нет, конечно. Все хорошо. Гарри был зол на Снейпа и сердился на самого себя. Его возмутило присутствие Лили Эванс в уме Снейпа. Возможно, потому, что в тот единственный раз, когда он видел их вместе, Снейп обозвал его мать грязнокровкой, а может быть, потому, что юная Лили явно чувствовала себя покинутой и одинокой? Но зачем Снейп запер её за стеной, за которую никогда не заходил? Это не имело никакого смысла. Он проник за стену, но не получил ответов – только новые вопросы. В новогоднюю ночь Гарри услышал приглушенные голоса из библиотеки. - Он завтра уедет, - умоляюще проговорил Люпин. – Дамблдор уверен, что это какая-то ошибка. - Дамблдор слишком доверчив! – прорычал Моуди. - Нет никаких доказательств! – устало возражал Ремус. - С меня хватит! – рявкнул Снейп, рывком распахивая дверь. - Северус… - мягко заговорил Люпин, когда Моуди, стуча деревяшкой, выскочил за дверь. - Мне не нужны твои советы! – прошипел Снейп. - Я лишь пытаюсь сохранить мир здесь. Мы ничего не выиграем, если вы двое вцепитесь друг другу в глотки. - Тебе не о чем беспокоиться. Как ты сказал, я уеду завтра. - Это не выход. Северус, ради Бога! - Прекрати! Мне не нужны ни твои поучения, ни его оскорбления! Снейп выскочил из библиотеки и понесся наверх, явно в бешенстве. Гарри жаждал как можно скорее увидеть Дамблдора. Им было что обсудить.