Призрачная

Тебе сорвало крышу. Безнадёжно сорвало крышу, как только её мягкие губы накрыли твои. Она тебя поцеловала в попытке доказать, что ты всё ещё можешь что-то чувствовать. И ты на самом деле поверил в это, когда вновь почувствовал, какая она горячая. Живая. А с ней и ты — живой. И тело больше не кажется невесомым. Она пытается отстраниться, но ты не даёшь ей этого сделать. Прижимаешь её плотнее к себе, затем и вовсе подхватываешь на руки, разворачиваешься и сажаешь её на стол, расположившись между её ног. Она предпринимает ещё одну слабую попытку оттолкнуть тебя, но затем сдаётся. То ли тебе, то ли самой себе. Что-то неразборчиво шепчет в перерывах между поцелуями. И делает рваные вдохи, которые уничтожают последние крупицы твоей сдержанности. Она так нужна сейчас. Такая горячая. И такая живая. Необходимая. — Стой... — едва слышно шепчет она, несильно отталкивая тебя. Тяжело дышит и смотрит тебе прямо в глаза. А затем облизывает губу. И это движение едва не срывает тебе крышу в очередной раз. Зачем отталкивать, а потом делать так? Неужели она не понимает, что такого простого движения языком по нижней губе вполне сейчас достаточно, чтобы свести тебя с ума? — Стой, — уже твёрже и увереннее повторяет она. — Мы не можем... — Почему? — перебиваешь её ты, делая шаг ближе, но она быстро сводит ноги вместе и выставляет вперёд руку, останавливая тебя. — Послушай, я понимаю, что это слишком странно, — выдыхаешь ты. — В концов концов я же мё... — Дело не в этом. Нет, это и вправду странно, но дело не в этом, — быстро произносит она, покачав головой. — Тогда в чём пробле?.. — говоришь ты, но осекаешься, когда до тебя, наконец, доходит, в чём же заключается проблема. Точнее в ком. Нерасторопный — чёрт-его-возьми — парень. Не зря он тебе сразу не понравился. — Да, конечно. Я понимаю, — сдержанно произносишь ты. — Прости, — зачем-то говорит она. — Но я просто не могу так поступить. И тут же делает то, что напрочь убивает значимость её слов у тебя в голове. Переводит взгляд на твои губы и делает рваный вдох. — Прости, — вновь повторяет она. И почему-то кажется, что обращается она вовсе не к тебе. — Мы не можем, понимаешь? Это всё только усложнит. Мы не можем, — быстро произносит и сильно, наверняка больно закусывает нижнюю губу. И тебе окончательно срывает крышу. *** Так неправильно. Это так неправильно, что кажется, я сошла с ума, если до сих его не остановила. Позволила дотащить себя до спальни, положить на кровать. Позволила целовать себя, касаться. Но у меня не хватает сил, чтобы заставить его прекратить это. Чтобы заставить себя остановиться. Потому что как только он просто касается меня, все здравые мысли со звоном разбиваются в моей голове. В одно мгновение превращаются в пыль и оседают на дне черепной коробки. А значимыми кажутся только его прикосновения, его губы, кожа. И электрические разряды, которые он посылает по телу. Весь мой мир, который теперь почему-то кажется таким нереальным, концентрируется на этих ощущениях. — Призрачная? — шепчет он, отрываясь от моих губ. — Ты уверена? Ты же сама говорила, что это... Поговорить — блядь-зачем? — решил. Хотя такое беспокойство о том, что будет с нами дальше, даже умиляет. Но мне сейчас не это необходимо. Совсем не это. — О, просто заткнись, — почти приказываю я и вновь притягиваю его к себе. Он довольно усмехается и несколько секунд, почти не двигаясь, смотрит на меня. — Ну что ещё? — вздыхаю я. — Ничего, — тут же отвечает он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. Будто дразнит. — Просто ты такая... — Заткнись, — перебиваю я. — И поцелуй меня. — Как скажешь, призрачная, — усмехается он. Проводит губами дорожку от ключиц до скулы, опаляя кожу горячим, прерывистым дыханием. Затем, наконец, целует, оттягивая и слегка покусывая нижнюю губу. А я уже помогаю ему избавиться от этой-его-дурацкой серой рубашки и послушно приподнимаю бёдра, позволяя ему поспешно стянуть с меня джинсы. Прямо вместе с нижним бельём. Его рука скользит от живота к промежности. Он проводит пальцами по влажным складкам плоти, и мириады искр рассыпаются у меня перед глазами. А затем он резко погружает палец до основания, заставляя меня выгнуться в спине и шире раздвинуть ноги. Я медленно тону. С головой погружаюсь в свои ощущения. Не думая и не заботясь ни о чём. Лишь чувствуя. Чувствуя, что все преграды между мной и ним только что рухнули окончательно, и все мои принципы, все мои недавние убеждения потеряли свою значимость. Сейчас для меня существует только он. Его дурацкая, раздражающая меня своей серостью рубашка. Его прикосновения, дыхание на моей коже, сводящее с ума и заставляющее тепло волнами разливаться по телу. Его поцелуи, убивающее всякую надежду на то, что это просто секс и ничего более. И его небесно-голубые глаза, в которых впервые за всё время нашего знакомства расплывается жизнь. *** — Расскажи мне, — набравшись смелости, прошу я, положив голову ему на плечо. — О чём? — О смерти. О... твоей. — Хочешь узнать, как я умер? — кажется, искренне удивляется он. — Да. — Какая-то мразь, умело косящая под нормального человека, напилась. Ну, и решила, что сейчас настало время для скоростной езды на автомобиле, — тяжело выдохнув, начинает он. — Надо же было ему хоть чем-то впечатлить толпу, наблюдающую за смешными словами и поступками совершенно пьяного человека. Кто-то из "стада зрителей" выкрикнул подобную идею. А этот мешок мяса с алкоголем вместо крови просто не смог отказать себе в желании в очередной раз окунуться в шквал аплодисментов жадной до тупых развлечений толпы. Сел за руль. Я проходил мимо и оказался тем, кто заплатил за то, что он решил нарушить правила. Всё просто. Ничего необычного. С губ срывается судорожный вздох-всхлип. Его ледяной, наигранно безразличный тон замедляет кровь, бурлящую в венах. Странно, но я ловлю себя на совершенно дикой мысли — мне его не жаль. Совсем. Возможно, потому что он так старательно всем своим видом показывает, что не нуждается в жалости. Не нуждается в пустых словах и пробирающем сочувствии во взгляде. Поэтому я просто плотнее прижимаюсь к нему. Я рядом. Я с тобой. — Знаешь, я тут подумал, что я даже не знаю, как тебя зовут, — тепло произносит он. — Призрачная, — сразу же отвечаю я. — Призрачная. Твоя. _________________ Hurts – Water; Portishead – Undenied; Radiohead – No Surprises;