Плохие привычки

— Значит, ты опять всё испортил. Облажался по полной, да, Перри? Я предупреждала, что ты доиграешься со своей идиотской теорией о том, что чем больше критикуют специалиста, тем он становится лучше. — Да дело вообще не в этом! — прежде безучастный Кокс вскидывается и заносит кулак, чтобы ударить им по столу, но сдерживается и только потрясает им в воздухе. – Ой. Ну да, это ведь никак не связано с тем, что он вот уже три дня подряд как переквалифицировался в пациента. — Если я признаюсь, что был неправ, ты не заставишь меня повторять это дважды? — Ну, не знаю, — загадочно протягивает Джордан. — Иногда мне кажется, что и двух десятков будет мало. Затянувшееся молчание прерывается только глотками Кокса, опорожняющего очередной стакан с выражением «да, я знаю, что я алкоголик, но убью любого, кто об этом заговорит». — Я видел его дневник… Там написано столько дерьма, что и десятку депрессивных подростков, начитавшихся сайтов, посвящённых эмоциональным расстройствам, не снилось. А венцом всей этой выдуманной и накрученной дурости стало заявление о том, что он меня любит. На этом месте меня чуть не стошнило, ей-богу, но факт остаётся фактом: именно такими словами, именно в такой форме. — Ой, — снова наигранно восклицает Джордан. — Только не говори, что для тебя это было полнейшей неожиданностью. — Он постоянно ждал от меня одобрения, навязчиво приглашал поужинать вместе после работы и несколько раз пытался обнять, но всё это не имеет ничего общего с… Впрочем, было ещё кое-что… — Что же? — Ничего, неважно. — Как знаешь. Не сомневаюсь, впрочем, что ты будешь отрицать своё желание… как бы это сказать? Поиметь своего подопечного не только ментально. На этот раз кулак Кокса всё-таки опускается на стол; бутылка накреняется, расплёскивая содержимое прямо ему на колени. — Какая же ты св… — Сволочь? — Джордан поднимает брови. – Нет, милый, я всего лишь твоя бывшая жена, которая хотела немного развлечься между массажем и свиданием с учителем йоги. И не просто развлечься, а ещё и помочь тебе в процессе. А теперь, похоже, лавочка сворачивается; и он никогда ни о чём не догадается, так? Для него ты останешься всего лишь злобным начальником, который совершенно случайно однажды проявил милосердие? Тебя даже сволочью назвать не получится, ты — это просто ты. — Я думал, что развод означает отказ от попыток влезть в личную жизнь друг друга, — уже остывший Кокс промакивает брюки салфеткой. — Не знаю, что ему нужно, но точно не это. Минутная глупость. Бредни переутомлённого сознания. Мне это не нужно тем более. — Как знаешь, — Джордан поднимается и закидывает сумочку на плечо. — Ты повторяешься. — Следи лучше за собой. И за своим интерном, чтобы он не оказался ещё раз в таком положении. — Он не интерн. Он врач. — Надо же, как заговорил. По ту сторону не так уж и плохо. Джей Ди не против больничной еды, и к капельницам тоже можно привыкнуть. Он уже в порядке. Ну, почти. Или не совсем. Ладно, он далеко не в порядке, но обязательно будет. Тёрк, Карла и вернувшаяся с конференции Эллиот (да, не очень-то хороший вышел для неё сюрприз) заходят почти постоянно, сколько он не убеждает их, что в этом нет необходимости. Но они не верят ему и правильно делают. У него вообще-то хорошие друзья. Это он сам во всём виноват. — Прохлаждаешься, Присцилла? Нарисовавшийся на пороге доктор Кокс шутит скорее по привычке, а о том случае он так ни разу не упомянул, даже удивительно. Оказывается, и у него существуют табу. — В следующем месяце у нас в клинике небольшая вечеринка — то есть, я хотел сказать, собрание с участием приглашённых гостей. Угадай, кто будет выступать с докладом? — бурчит он. — Спасибо, доктор Кокс. — Я не сказал, что это будешь ты. На этот раз Джей Ди не засекает время. Пожалуй, пора приобрести немного уверенности и постоять за себя. Может быть, психолог оказался и не таким уж шарлатаном. Может быть, он был прав и насчёт того, что увлечение — именно то самое, неправильное увлечение — доктором Коксом — всего лишь плохая привыч… гм, ну да. Так оно и есть, а главное, в скором времени пройдёт. После того дня он уже словно выдохся; как будто всё, что могло случиться, уже случилось. Кокс опять что-то говорит и закрывает за собой дверь. Джей Ди отворачивается к стене. Завтра его выпишут, а послезавтра он вернётся сюда уже в качестве врача. И наступит ещё один день в клинике. А за ним ещё один, и ещё.