"В ритме танго"

С момента последней нашей крупной ссоры прошло два месяца. Забавно, но, похоже, все знаменательные события происходят в нашей жизни с пробелом в два месяца. Что ж о том, что произошло тогда, я пытаюсь не вспоминать. Конечно же, воспоминания никуда не исчезли, они оставили свои отпечатки, я бы даже сказал рубцы, от которых теперь не отделаешься. Зато для меня это служит хорошим уроком, что нельзя делать, чтобы не потерять возлюбленного. Знаете, я до сих пор храню у себя его записку. Ту самую записку, благодаря которой, наши отношения не закончились на столь печальной ноте. Вот и сейчас стоя у зеркала и завязывая галстук, ставлю в списке запланированных дел очередной пункт – захватить записку. Я, безусловно, помню написанное в ней наизусть, и все же она словно оберег, не позволяет совершать глупых ошибок. Что же в ней такого написано? Да, ничего особенного. Коротко и ясно, а главное по существу. “В любви нет места сомнениям и лжи”. Вот так вот. И я с ним полностью согласен. И перед тем как пойти за ним, я отбросил окончательно все сомнения, раз и навсегда убедившись в своих чувствах. Я люблю его. А он меня. А большего для счастья мне и не надо. Кстати, что касается Ацу, то он все же уехал. Кроме того, я таки узнал, почему сроком нашему спору были два месяца. Не один, не три и не неделя. А ровно два месяца. Оказывается у парня в тот день, когда он принес мне эти самые компрометирующие фотографии и когда, собственно говоря, я с Мисаки то и выяснил отношения, был День рождения. Подарком от родителей должна была быть компания в другом городе. Вот почему он хотел разобраться в наших отношениях с Мисаки до праздника. Как бы объяснить получше. Если бы мы расстались, он бы отказался от подарка и остался здесь. Если же нет, что, кстати, и произошло, то по настоянию родителей он бы покинул Токио. Хотя он вроде как выиграл, ведь помирились мы после того как я сорвался, что противоречит условию спора, Ацуко смирился с тем, что у нас с ним ничего быть не может. А оставаться рядом со мной ему, похоже, было тяжело, вот потому-то парень и уехал. В принципе, я надеюсь, что у него все будет хорошо, и возможно это странно, но я желаю ему настоящего, головокружительного счастья. Он еще совсем ребенок, так, что ему нужен кто-то, кто сможет не просто дарить ему любовь, нежность и ласку, но еще походу дела и воспитывать. Кстати, откуда взялись компрометирующие фотографии я тоже выяснил. Вернее как выяснил. По этому поводу я все еще испытываю некоторые сомнения, ибо Ацу ничего толком не рассказал, лишь обронил одну чертовски непонятную фразу. - Знаешь, а Маи на самом деле замечательной девушкой выросла, не то, что я. В ней все лучшие качества от матери, я же пошел в отца. И не сказав более ни слова, он, попрощавшись на этот раз навсегда, ушел. Я же до сих пор не могу связать его слова с фотографиями. У Мисаки получилось выяснить только одно, Маи это его учительница танцев, скромная, милая девушка. Живет одна, давно не общается с родителями. Есть ли младшие братья или сестры не в курсе. А если предположить, что Маи старшая сестра Ацу, и что именно она однажды вечером за чашечкой чая рассказала ему о новом ученике по имени Мисаки, то вполне можно объяснить появление фоток. Вернее то, как он их сделал. Но я не особо на этом заморачиваюсь. Единственно воспоминание об этих снимках, которые через день после попадания мне в руки превратились в пепел, это страстное извинение Мисаки. Как-никак, он позволил какому-то парню прикасаться к себе! Да это же почти измена! Хорошо он сам это понимал, и искреннее просил прощения. Я же вообще-то даже и не думал его в чем-то обвинять, хотя ревную и по сей день к этому чертовому учителю, так как и сам многое натворил тогда. Что касается учителя, с которым у меня, мягко говоря, отношения не сложились, Мисаки наотрез отказался бросать уроки танцев. Не спорю, он выглядит просто потрясающе, когда танцует, как-никак на тех занятиях, на которых мне удалось побывать, я просто не мог глаз отвести. Это было красиво, грациозно, элегантно.… Это не описать словами. А еще не описать словами мои чувства, в основном жгучая ревность, когда рука Мисаки сползала с талии той или иной девушки. Или же тем более в тех случаях, когда Рёта опускал свою руку непозволительно низко, намного ниже дозволенного. А как они вместе танцуют танго, я вообще предпочитаю не смотреть, иначе придушу рыжеволосого гада, прям на глазах у возлюбленного. Это если в двух словах о тех двух месяцах после примирения. Ой, чуть не забыл, в наших отношениях изменилось еще кое-что. Во-первых, Мисаки стал более раскрепощенным, уж я-то это заметил. И бьюсь об заклад, без этого танцора здесь не обошлось, вот только мой мальчик отмалчивается по этому поводу. А во-вторых, он теперь полностью следит за нашими отношениями. Стоит только в мою творческую голову забраться какой-нибудь абсурдной идее, или же маленькому сомнению, как он тут же беспощадно выбивает эту дурь у меня из головы. Кроме того, он более не молчит о своих чувствах и каждый раз, когда он говорит, что любит меня, эти слова вбиваются в мое сознание все глубже, так, что сомнениям просто нет места. Что же еще сказать? Я просто счастлив, особенно видя своего мальчика радостно улыбающимся и весело смеющимся. И, пожалуй, что ни делается, все к лучшему. Не скажу что прям рад тому спору, так случайно возникшему в моей жизни, но благодаря ему, мы стали ближе и все возможные недомолвки в конец были разрушены, а значит это того стоило. Окинув критическим взглядом свое отражение, взглянул на часы, и чуть ли не подскочил. Я опаздываю! Помните, я сказал, что все знаменательные события происходят с разницей в два месяца? Так вот сегодня особенный день. У Мисаки отчетный концерт в школе танцев “В ритме танго”. А это событие я никак не могу пропустить. А ведь еще по пути надо будет заскочить в цветочный магазин, купить, так сказать, показательный подарок. Основная же награда будет вечером, когда вернемся домой. Уж я-то постараюсь, будьте уверены!