Странный мальчишка

Ну вот. Часы скоро «пробьют» полночь, а ему все не спится. Хорошо хоть, завтра еще один выходной, можно будет поспать хорошенько, а потом так же хорошо, если получится, провести оставшуюся часть дня. А иначе бы… Ну я так и вижу Тсуну, который с закрытыми глазами, делая вид, что решает, черкает по тетради по алгебре. Мда-а… «Интересно, чем он сам сейчас занимается? Дурак. Спит конечно. Что за мысли? О чем ты вообще думаешь, Савада?!» — Он взял подушку на которой лежал, и накрыв ею голову крепко прижал вниз, промычав что-то еще себе в матрац. (Нет, это не самоубийство.) Все то время, которое он провел на кровати, после прихода, он проворочался, пытаясь избавиться от лишних мыслей, но не удавалось. — Я кажется схожу с ума, — убрав подушку, проговорил он сам себе, и встав, начал не спеша одеваться. Несколько раз передумывая он то и дело обратно снимал и одевал жилетку, но нет, решил, значит решил! Или… Он неуверенно вздохнул и пройдя мимо брошенного на пол рюкзачка, (при этом, о чудо, не споткнувшись в своем бардаке!), тихо приоткрыл дверь. Мама, кажется уже спала, что не удивительно. Он на носочках, осторожно подошел к выходу, и снова остановился. — Я точно идиот, — немного помолчав решил он и, открыв дверь, вышел на улицу. Темно. Страшно. — Ой… Он заскочил обратно и прижал двери спиной. Трусишка. Тсу быстро вернулся в свою комнату, а затем обратно к дверям, но теперь уже с фонариком. Медленно выбрался из дома и включил фонарь, который несмотря на свои маленькие размеры отлично освещал дорогу мальчишке. Теперь хоть и страшно, но уже не настолько сильно. Савада медленно зашагал, все время задеваясь своими причудливыми ботами за шершавый, старый асфальт. Звезды на небе ярко сияли, кажется, даже ярче обычного… Красиво. — Да блин, надоели, — он на несколько секунд вырубил фонарик, но лишь для того, что бы снять обувь и пойти дальше со спокойной ду… Кхм, просто пойти по окраине дороги. А что? Ему можно! — Вот так намного лучше и удобнее. — легкой, коротенькой улыбкой улыбнулся он сам себе. В одной руке пара «клоунских» ботинок, в другой уже включенный фонарь, который без остановки метался из стороны в сторону будто ища маньяка. Ну вот. Всего-то минут 25-30 и он уже пришел к нужному дому. Оказывается, они не так уж и далеко от друг-друга живут. Не придал он как-то этому значения в прошлый раз. Точнее, сегодня, несколько часиков назад. А дорогу он хорошо запомнил, за такой короткий отрывок времени, забыть было невозможно, так что, дошел он без происшествий. «Ну, спокойно…» — будто боясь сделать лишнее движение, Тсуна аккуратно начал подходить к двери дома. Но не сделав и шага, он зацепился босой ногой о что-то тяжелое, и, кажется, округлое? Тсу полетел вниз. Грохот. Свет от фонарика погас, он разбился, да и не только фонарик, лбу тоже бы не помешал ремонт, на нем красовалась хороших размеров рана. — Ай-яй-яй… — он медленно уселся на колени и приложил тыльную сторону ладони ко лбу. — Черт… — тихо. На глаза выступили слезы. Больно. Сколько же можно, почему он все время падает? Почему он, почему не кто-то другой, м? Неожиданно в окне слева от него загорелся свет, которого теперь было достаточно, что бы разглядеть что было рядом, но его это сейчас не интересовало, интересовало его совсем другое, даже не свой лобик, неужели, разбудил? Дверь открылась, перед Тсунаеши предстал Мукуро, завязывающий пояс халата: — Тсуна? Ты чего тут? — он посмотрел на землю: разбитый, маленький фонарик, осколки чего-то, и сидящий на земле Тсуна без обуви, держащий руку на лбу, который вот-вот заплачет. Ну просто картина маслом! — Я-я-я… Ну… — он снова покраснел. Мало того, что пришел к почти незнакомому человеку в дом, сейчас расплачется от боли и стыда, потому что пришел в такое время (!), так этот самый человек еще и чуть не голый вышел! — Поздравляю. -Ч-что?.. — он поднял виноватый взгляд шоколадных глазок на лицо Рокудо. — Ты разбил мою старую, никому не нужную вазу, — он хмыкнул с улыбкой и присел. — Что со лбом? — Рокудо осторожно убрал руку мальчика от раны. — Идем в дом, надо полечить. — И-извини… — из глаз во всю полились горькие слезы, свободная рука шатена потянулась их вытирать, но здешний «поэт» опередил его, и начал сам осторожно вытирать наверняка солоноватые на вкус капельки. — Я… я вообще не знаю, чем думал, п-прости пожалуйста… -как Тсу не старался успокоиться и прекратить этот слезопад — не удавалось. Слезы никак не хотели прекращать течь. — Ты будешь ни за что извиняться, или все-таки мы зайдем ко мне, замаскируем тебе лоб, а потом ты мне все объяснишь? — Тсуна удивился бы, не смотря на все свои повадки, если бы сейчас Мукуро вновь не улыбнулся. — Б-буду извиняться… — всхлипнув, Тсуна выпустил новый ручей слез. — Ну не-е-ет… -Рокудо быстро, но осторожно взял мальчика на руки и почти что обняв его, начал заносить в дом. — М-Мукуро. — Тсунаеши рефлекторно обнял того за шею, было такое чувство, что он сейчас от стыда и своей собственной чересчур сильной стеснительности умрет. — Н-ну зачем т-ты… *** — Вот. Так намного лучше, правда? — добрым голоском спросил Мукуро и не сильно погладил по приклеенному пластырями бинтику на лбу школьника. — У-угу… — все еще заикаясь, не смотря на то, что уже давно не плачет, и краснея почти от каждого прикосновения Мукуро, ответил Савада. Да что же это с ним? Неужели влюбился? Но… Нет. Они ведь только второй день как знакомы. И к тому же… Ну не может этого быть. Просто этот парень, он такой… Савада поднял взгляд на спасителя, уже второй раз он его выручает за этот день, снова румянец. Черт возьми. Эти глаза, эта улыбка, волосы… — Ты чего на меня так смотришь? Эй, все нормально? — Э-э-э… — он потряс головой и снова натянул серьезную, краснеющую рожу на лицо. — Д-да, извини, спасибо тебе. — Да не за что, — снова эта улыбка, о Боже. Мукуро взял белый чемоданчик в руки и не спеша понес его на место, этот парень уже успел переодеться, и теперь ходит перед ночным, нежданным гостем в нормальной одежде. А если точнее, то в вполне симпатичной майке в защитную расцветку и в болотного цвета домашних штанишках. И когда он только успел, да? Савада встал как вкопанный, даже не шевелится, будто ему тут запрещают, а пока не разрешат сходить с места нельзя. Это снова та же комнатка. Тот же скучный, обычный стульчик, маленький хорошенький кофейный столик, два кресла, беспорядок… Только вот, кровати теперь была не заправлена, и собаки на ней не было. Кстати, собаки… Мукуро уже пришел, и хотел было, кажется, что-то предложить, но его перебили. — А где Икки? — тихо, но быстро спросил Тсу. — Наверное на кухне. Почему ты спрашиваешь? — Н-нет, ничего, — ему не хотелось признавать, что он испугался за собаку или что соскучился. Почему? Почему-то. — Чай, кофе? — Немного помолчав, но не дав времени Тсуне ответить, Муку добавил и широко улыбнулся: — Потанцуем? — Что? — мини-шок, но потом до него дошло. — Нет, мне пожалуй только чаю, если можно, и все. Услышав в ответ краткое «окей» и приглашение идти на кухню, Савада, наконец-таки дождавшись разрешения сойти с места, хотя такое и не требовалось, пошел на синеволосым. Кстати с волосами сейчас у него была беда. Он сейчас на Тсуну похож, но с синими волосами. Видимо, каждый день ему приходится делать прическу. Ужас. «Как баба?» мимолетно пронеслось в голове у Савады, но он сразу же прогнал эту мысль. И правда. Как только они вошли на кухню, он увидел спящую на полу, рядом со своей тарелкой собачонку. Нормально так? Вот так охранница! Хозяин встал, уже успел спасти мальчугана от потери крови, пригласить его на чай, нет, на танец даже, а ей хоть бы хны, она дрыхнет! А если бы вор.? — Садись, — пригласил Рокудо и отодвинул от стола стульчик, мол, садиться надо сюда. Тсуна послушно сел. Минут через 15 чай был готов, и они дружно пили теплые, сладкие напитки, заедая печеньем с маслом и иногда перекидываясь парой слов. Икки проснулась и радостно кинулась на гостя, тот же в ответ осторожно почесал ее за ушком и улыбнувшись, продолжил трапезу. И все вроде бы так хорошо, тихо-мирно, но Тут Мукуро вспомнил… — Так зачем ты вернулся в столько поздний час? — очередной раз отпив чаёчку спросил у собеседника Рокудо. Ну зачем так резко переходить с темы на тему? Разговаривали бы себе про… Про… Про дельфинов например! Они ведь сама милость. Но нет ведь! — Я. Ну… Кхм-кхм… — о чуть не подавился. И что теперь отвечать? «Я просто захотел увидеть тебя, и не смог больше ждать.» Нет, что за бред. О Боже. Может так: «Я люблю тебя, я это понял еще с нашей первой встречи, вот как»? Нет. Ужас-ужас-ужас. — Так почему? — не дождавшись таки ответа, переспросил хозяин дома. — Ну я просто… Я… Мукуро медленно встал и, поставив чашку на блюдце, подошел ближе к Тсуне и наклонился. Близко. Близко-близко… — Я п-просто. Про. сто, — опять его заставили покраснеть. Ну что же это. — Просто так? — еле заметно приподнялись уголки губ Мукуро. — Да… Икки отвернулась, и, тихо что-то себе поскулив, прикрыла темные глаза лапками, не смотреть же ей как ее хозяин целуется.? *** — Мукуро. — Тсуна сидел на руках у Мукуро, все так же краснея. — Мм? — Пообещай мне… — он сделал небольшую паузу и обнял того. — Пообещай, что всегда будешь рядом и сможешь меня защитить в нужный момент. — Обещаю.