Развратности судьбы

Что вчера было?.. Гермиона проснулась, словно в бреду. В голове стоял треск, как будто внутри ее черепушки каким-то образом очутился поломанный приемник. Горло, сдавленное жаждой, неприятно горело. А еще ее тошнило. Невыносимо тошнило. И эта тяжелая рука на ее животе, она просто расплющивала внутренности, усугубляя состояние девушки. Ох… надо вставать. Только вот как скинуть эту, словно свинцом налитую, руку с ее живота, из-за которой невозможно даже пошевелиться? Она попыталась ворочаться, но без толку. - Малфой, убери руку, — прохрипела она настолько громко, насколько хватило сил. Юноша в ответ что-то промычал и повернул голову к ней. Его глаза медленно приоткрылись, их взгляды встретились… Через секунду они уже стояли по разным сторонам кровати, тяжело дыша. Малфой глядел на нее совершенно ошарашено, и она была готова спорить на тысячу галлеонов, что у нее на лице совершенно такое же выражение. От похмельного состояния девушки не осталось и следа. - Что вчера было? – выдавила из себя Гермиона, хотя ответ на ее вопрос был более, чем очевиден. Стоящий по ту сторону кровати Малфой был совершенно голый. Она молниеносно вспыхнула и опустила глаза. - Милая родинка, Грейнджер, — сонно ухмыльнулся парень, разглядывая ее грудь, — да и сиськи тоже класс. Девушка машинально прижала ладони к грудям. Драко поднял бровь, и его взгляд скользнул вниз по телу девушки, а улыбка стала еще шире. Гермиона схватила с кровати одеяло и завернулась в него. Драко же его нагота явно не смущала. Он закинул руки за голову и лениво потянулся. - Кажется, мы немного перебрали вчера, — констатировал он и так очевидный факт. - Сколько время? – Непривычно высоким голосом вдруг вскрикнула девушка. Драко пожал плечами. - Мне нужно знать, сколько время, — отчаянно завопила она. На стене напротив ее глаз тут же возникли часы. Точно, они же в Выручай-комнате, как она могла забыть! Часы показывали девять часов утра, а, значит, занятия начинаются прямо сейчас. - Драклы меня задери, — простонала Гермиона, — я опаздываю на урок! Драко развернулся, посмотрел на часы, и слегка раздраженно сказал: - Да ладно тебе, Грейнджер, расслабься, можно и прогулять для разнообразия. Гермиона его не слушала. Она уже бегала по комнате, одной рукой придерживая одеяло возле груди, а другой собирая разбросанные тут и там вещи. Но, когда она потянулась за трусиками, Драко резко подскочил к ней и выдернул их прямо из-под ее носа. - Думаю, я заслужил. - Ой, да подавись, — пробормотала девушка и осмотрелась вокруг, выискивая укромное местечко, чтобы одеться без посторонних глаз. К счастью, она находилась в комнате, которая всегда знает, что нужно ее обитателем, поэтому возле одной из стен тут же возникла ширма. Гермиона поспешила за нее, на ходу роняя свои мятые шмотки. Смачно выругавшись, девушка вернулась и наклонилась за выпавшей из рук юбкой, и одеяло, которое она придерживала на себе, выскользнуло из руки. Драко залихватски присвистнул открывшемуся обзору. Грейнджер послала его ко всем чертям и, вернув одеяло на место, собрала наконец-то свою гору вещей и скрылась за ширмой. Драко натянул штаны и покосился на ширму. Судя по мелькавшим на ее полотне теням, девушка торопливо одевалась. Он даже мог поклясться, что слышит ее недовольное бормотание. Парень постоял пару секунд в раздумьях, а потом решительно направился в сторону ширмы. Гермиона яростно боролась с крючочками на бюстгальтере, которые никак не хотели застегиваться в ее дрожащих пальцах, когда поняла, что за ширмой она не одна. - Таким крошкам ни к чему прятаться за блеклым бюстгальтером, я считаю, — услышала Гермиона хриплый шепот за своей спиной. Она наконец застегнула непокорную вещь и одернула задравшуюся юбку. - Выйди, Малфой, прошу тебя, — нервно пробормотала она, не поворачиваясь к парню. Но парень не послушался. Гермиона почувствовала его дыхание на своей шее и резко дернулась вперед, пытаясь увеличить расстояние между ними. Но Малфой уже расстегивал ее только что застегнутый бюстгальтер. Едва касаясь нежной кожи девушки, он стянул лямки от лифчика вниз и просунул руки под чашечки, накрывая ими грудь. - Малфой, пожалуйста, — простонала Гермиона, тяжело дыша, — нам надо на урок. - Позже, — прошептал он и поцеловал ее шею. *** Спаренный урок зельеварения, да еще и со слизеринцами, да еще и после бодрящего утреннего перепихона с одним из них – что может быть хуже? Наверное, то, что ее друзья не желали с ней разговаривать. Или то, что МакГонагалл застукала Гермиону, крадущуюся по коридору, когда девушка должна была быть на ее уроке трансфигурации. Грейнджер не имела понятия, куда и зачем понесло декана Гриффиндора во время занятий, когда она не позволяла никому, даже себе, покидать кабинет, пока не прозвенит колокол, но для девушки сие событие обернулось очень плачевно. Да и ладно бы ее застукали одну – нет же, рядом с ней точно так же крался отпрыск глубоконеуважаемого лично профессором рода Малфоев. Аргументы вроде: «Я чувствовала себя плохо» не сработали. Как и не сработала безупречная репутация лучшей ученицы на курсе, старосты Гриффиндора, и все такое прочее далее по списку. МакГонагалл может с гордостью считать себя женщиной редкостной непробиваемости. Поскольку ученики так и не попытались толком объяснить, почему они вдвоем шатались по коридорам школы во время занятий («Ничего такого, профессор, мы просто занимались сексом в Выручай-комнате»), то получили отработку у Филча на предстоящий вечер. - Ну что, Грейнджер, отработка сойдет за свидание? – Ехидно поинтересовался юноша, когда они вышли от профессора и направились в сторону кабинета зельеварения. - Даже и не мечтай, — процедила сквозь зубы девушка и прибавила шаг. Слизеринец заметно отстал от нее, но не пытался догонять. Да и грейнджеровский вид сзади доставлял парню какое-то своеобразное удовольствие. К примеру, можно было представить себе ее тело без одежды, совершенно не напрягая фантазию, достаточно только вспомнить утро… Определенно, день у Драко задался. Гермиона радости парня не разделяла. День был ни к черту. Она никогда не попадала на отработки без Рона и Гарри! К тому же, ее все еще подташнивало, и до жути ныла голова. И встреча с профессором никак этот день не скрасила. Как обычно мудрый взгляд МакГонагалл почему-то сегодня светился не столько привычной строгостью, сколько пониманием и… осуждением? А может, Гермионе показалось. Может, дело было только в ней, она сама себя осуждала? Но об этом девушка подумает после. Она сама затеяла эту игру. И теперь уже не было смысла отступать. Не доходя пары десятков метров до кабинета, Гермиона резко развернулась к Драко и негромко выкрикнула: - Действуем по плану, и никакой импровизации! Драко на секунду засунул руку в карман брюк и сжал мягкую ткань трусиков старосты, а потом согласно кивнул. - Никакой им-про-ви-за-ции, Малфой! — Повторила она. - Да понял я, понял, — отмахнулся Драко. Она дошла до двери кабинета, и он поравнялся с ней, но быстро передумал и отошел к противоположной стене. Прозвенел колокол. Скоро должны были подойти однокурсники, и Гермиона нервно подергивалась на месте, ожидая друзей и невольных зрителей. Черт, это все действительно происходит, думала она. Малфой ее пригласит на свидание у всего Гриффиндора, и последствия будут чреваты. Можете даже не сомневаться, душенька Грейнджер, можете даже не сомневаться. Плюс ко всему в голове билась мысль — а что, если Лаванда успела? Тогда она ко всему прочему еще и проиграет. Вдалеке послышались голоса. Гермиона повернулась к Драко, который также нервно топтался за ее спиной, и хотела было еще раз напомнить о плане и «никакой импровизации», как вдруг он оказался прямо возле нее. Схватив обеими руками девушку за талию, он привлек ее к себе. - Ты что делаешь, Малфой? — прошипела она. Голоса неумолимо приближались, а он был слишком близко, чтобы это выглядело невинным общением или обыкновенной стычкой. - Импровизирую, что же еще, — ответил парень и прижал ее к стене. Секунду-другую он смотрел в ее глаза, и Гермиона понимала, что у нее есть шанс оттолкнуть парня или даже зарядить ему между ног в качестве профилактики от наглости, но она просто стояла. Голоса зазвучали совсем близко: судя по всему, к ним приближались оба факультета. Поэтому Драко не стал больше тянуть и страстно впился девушке в губы. *** Он не позволял ей разорвать поцелуй, даже когда она начала остервенело кусать его губы, а ее ладони уперлись в его грудь. Драко был намного сильнее Гермионы. Она не слышала, а просто физически ощущала, как однокурсники подошли к кабинету зельеварения, а потом разом, как по команде, умолкли. Еще бы, такие страсти не на каждом шагу увидишь, да еще и с лютыми врагами в главной роли. Прямо какая-то маггловская гребаная сантабарбара получается. Но все же было слишком тихо, и девушке это совсем не нравилось. Она знала, что в этот момент несколько десятков глаз смотрят на них с различными чувствами: изумлением, недоверием, интересом, возмущением, даже завистью. Но Драко, кажется, не собирался ее отпускать. Его руки ерошили кудрявые волосы, а сильное тело прижимало ее к холодной стене. И она вдруг поняла, что все происходящее ей нравится. Да какой там нравится, она просто в экстазе, в диком восторге. Больше она не будет скучной заучкой в глазах всей школы, после такого-то. Она осталась ей, даже когда помогла Гарри надрать задницу самому главному козлине волшебного мира. Пусть все катятся к черту, идут на хер! Как же, оказывается, сладко — вот так нагло и непринужденно бросать вызов обществу. Именно о таком главном призе Джинни и говорила — поставить школу на уши. А разве не лучший способ сделать это, провернув подобный фокус: пойти против того, что когда-то они, то бишь золотая троица и Малфой, сами же и воздвигли, а потом утвердили и закрепили? Их теперь будут осуждать, и, о всемогущий Мерлин, как же это восхитительно! Гермиона почти слышала возмущенные вопли: «Совсем охренели! Он — бывший пожиратель, она — подружка Поттера, и они практически трахались на глазах у сокурсников. Неслыханная дерзость!» Она перестала отталкивать Драко, более того, она еще сильнее прижалась к нему. Если подобное, конечно, вообще было возможно. Ее ладони, упиравшиеся в его грудь, расслабились и нежно скользнули вверх, к плечам парня, а потом поднялись по шее. Драко отреагировал молниеносно, он оторвался от ее губ и принялся за шею. Она судорожно выдохнула. За спиной парня кто-то негромко кашлянул. Она открыла глаза и встретилась взглядом с Гарри. Драко тоже повернулся, а потом насмешливо выдал: - О, привет, Поттер. Гарри молчал. Гермиона затравленно ему улыбнулась. Размышляя о плюсах своей авантюры, она совсем не подумала о друзьях и их реакции, и девушка поняла, что глупо просчиталась, и уже поздно что-то менять. Слизеринец снова повернулся к ней и закрыл ее от Поттера. - Я же говорила — никакой импровизации, — прошипела она. - Тогда действуем по плану, да? — еле слышно усмехнулся он, а потом легонько чмокнул гриффиндорскую старосту в губы и отстранился на пару шагов. Выражение его лица девушке не понравилось. Драко глубоко вдохнул, чтобы набрать побольше воздуха в легкие, а потом громко, чтобы было слышно всем и каждому из стоящих в коридоре учеников, выпалил: - Пойдешь со мной в Хогсмид на выходных, Герми? Гермиона посмотрела на Гарри. Поттер стоял, скрестив руки на груди. В его глазах она прочитала тот же вопрос: «Ну так что, пойдешь ты с ним в Хогсмид, а, Герми?». Прости, Гарри, но игра стоит свеч. Девушка перевела взгляд на Малфоя и улыбнулась: - Конечно, Драко. Я пойду с тобой. В толпе кто-то разочаровано пискнул. «Не дай Мерлин, это была не Лаванда… Не дай Мерлин…»