Развратности судьбы

Где эта чертова Джинни?! Не успел колокол оповестить об окончании занятий, а Гермиона уже сорвалась с места и выскочила из кабинета. Два урока зельеварения просто выжали из нее все соки. Точнее, сам-то урок прошел очень продуктивно, и она была довольна собой, как никогда. А вот мрачная сосредоточенность Гарри на работе и гневные взгляды Рона в ее сторону выбивали девушку из колеи. Да еще и Малфой при удобном случае подливал масла в огонь: мало того, что слизеринец перебрался за соседнюю с ней парту, он то и дело строил ей глазки или даже посылал воздушные поцелуи (особенно, когда на них косился Рон). Последней же каплей стало то, что обнаглевший змееныш ущипнул ее за зад, улучшив момент, когда профессор Слизнорт отвернулся. Уизли гневно и довольно-таки громко засопел и принялся что-то нашептывать Поттеру, но тот отмахнулся и еще больше потемнел. И тогда Гермиона поняла, что прямо сейчас, в сию же минуту, разревется, как маленькая девочка. К ее счастью, колокол не заставил себя долго ждать, и с первым его звоном Гермиона побросала учебные принадлежности в сумку, быстро отдала колбу с получившимся зельем профессору Слизнорту и пулей вылетела из кабинета. Надо было как можно быстрее найти Джинни, чтобы… непонятно, зачем, в общем-то, надо было ее найти, но это дело носило срочный характер. У гриффиндорцев и слизеринцев с шестого курса в это время заканчивались занятия по защите от темных искусств, и ученики большой толпой вываливались из кабинета, но среди них не было видно ярко-рыжей шевелюры. Гермиона нервно мялась на месте, словно очень сильно хотела в туалет. Она ждала, что проходящие мимо нее ученики будут шептаться, показывать пальцами, но им не было до нее дела. Только через минуту до Грейнджер дошло: про выходку Драко перед зельеварением не знает никто, кроме семикурсников красных и зеленых. Где же Джинни? Где эта чертова идиотка, когда она так нужна?! Когда прошло пять минут, и покинувшего последним слизеринца давно и след простыл, Гермиона не выдержала и решительно направилась к кабинету. Ей было плевать, даже если внутри не осталось никого, кроме Снейпа. Или, наоборот, он испытывает на кучке гриффиндорцев непростительные заклинания, причем все, включая Аваду. Пусть этот сукин сын хоть танцует там в нижнем белье бабушки Невилла, ей плевать. Она крепко взялась за дверную ручку и, приоткрыв дверь, просунула голову в образовавшийся проем. То, что она увидела и услышала, было куда хуже представленных ей ситуаций. Младшенькая Уизли сидела на учительском столе, закинув ногу на ногу, а Снейп стоял рядом, слишком близко к девушке, чем может себе позволить учитель. Одной рукой девушка упиралась в край стола, а второй игриво накручивала рыжую прядь на палец. Профессор был белее, чем обычно, если это, конечно, вообще возможно. - Ну так накажите меня, профессор, — негромко проговорила девушка. У Гермионы отпала челюсть. Снейп отошел от девушки на пару метров. - Слезьте со стола, мисс Уизли, — холодно ответил Снейп. - Будьте мужчиной, в конце концов, — все также невозмутимо продолжала неуемная гриффиндорка, но в ее голосе еле заметно промелькнули капризные нотки. - Слезьте со стола, — снова повторил Снейп. - Хорошо, — Джинни изящно спрыгнула. Она приблизилась к нему легкими шажками и, было, последовала мимо профессора к выходу, но тут резко развернулась на пятках, снова подошла к нему и, привстав на носочки, что-то неразборчиво шепнула. Снейп отшатнулся от девушки. - Что ж, раз вы так хотите, вы наказаны, мисс Уизли. — Разгневанно произнес он. — Надеюсь, вы остались довольны? Джинни протянула к нему руку и провела ладонью по груди профессора. - Более, чем. — ответила она, — до вечера, профессор Снейп. С этими словами девушка направилась к выходу из кабинета. Гермиона отшатнулась от двери, на ходу подбирая челюсть и приводя мысли и выражение лица в порядок. *** - Гарри, зайка, перестань ты дуться! Джинни сидела рядом с Поттером и обмазывала его лицо взбитыми сливками. Парень отмахивался от назойливой подруги и просил ее перестать, но та лишь хохотала и еще сильнее пачкала его. - Вот когда малютка Гарри перестанет обижаться на милашку Герми, тогда тетя Джинни и переста-а-а-нет. — Она схватила со стола бисквитное пирожное и принялась размазывать его по лицу героя. Не выдержав, Гарри расхохотался. - Ладно, все, я не дуюсь, не дуюсь. — Вскинул он руки в жесте, который означает «тетя Джинни победила». Его лицо представляло аппетитное зрелище: крошки бисквита и густой слой взбитых сливок сделали парня самого похожим на пирожное. Джинни, довольная своим творением, облизала пальцы и повернулась к Рону. - А как же Ро-о-о-нни, он все еще дуется на Герми? – И схватила кубок, полный тыквенного сока. Бедный Рон шарахнулся от нее с такой силой, что чуть не грохнулся на пол вместе со своим стулом, и завопил: - Ронни вообще ни на кого не дуется, отвяжись только. Гермиона, которая сидела напротив Джинни и до этого момента не позволяла себе даже улыбаться, дабы выразить прискорбным видом всю полноту своего покаяния, захохотала в голос. - Джинни, ты отменный миротворец! Аплодирую стоя! Джинни вскочила на стул и сделала пару реверансов, сорвав тем самым бурные аплодисменты у половины Большого зала, хотя только человек восемь, от силы, понимали, чего гриффиндорка паясничает. Гарри кое-как вытер лицо салфеткой и, отсмеявшись, спросил Гермиону уже более дружелюбно: - А ты не хочешь нас просветить, что это было такое возле кабинета? - Малфой пригласил меня в Хогсмид, но ты это слышал, — ответила гриффиндрока и принялась сосредоточенно ковыряться в своей тарелке. Настроение у девушки снова упало. Если Гарри узнает об их споре, есть вероятность, что он разочаруется в своей правильной подружке ой как надолго. - Что ж, твой выбор, Герм, но не забывай, что вы по разные стороны… - Были, — закончила за него девушка по неизвестным ей причинам. - Война войною, Гарри, а секса хочется всегда, — бодро вставила свое Джинни. Рон встрепенулся. - Так ты с ним спала? Гермиона послала ему кислую улыбочку и помотала головой, мол, «что ты несешь, небось, с лестницы упал, дружище?». Но в это время к ним приблизилась Лаванда и упала на место рядом с Роном. Она была в ярости. - Ты чего такая хмурая, Лав-Лав? — переключившись на свою подружку, потянулся к ней Уизли, но та лишь отмахнулась от него и, перегнувшись через стол к Гермионе, прошипела: - Ну, поздравляю тебя! Не знаю, как тебе это удалось, но либо Малфой оглох, ослеп и выжил из ума, либо ты ему заплатила, что вряд ли, конечно. Остается первое. Она откинулась на спинку стула, со злобным злорадством поглядывая на Грейнджер. Рон перевел недоумевающий взгляд со своей девушки на подругу, и обратно. - О чем ты, Лав-Лав? - Заткнись, Браун, — сквозь зубы проговорила Гермиона, — не здесь. - О чем вы? — Повысив голос, снова спросил Рон. — Так ты с ним спала? — Он перешел на крик. — Ты спала с этим мерзким, тупым слизе… Гермиона помотала головой из стороны в сторону и, заметив, что на вопли Рона к ним повернулись все сидящие за столом Гриффиндора и парочка из Рэйвенкло, со всей силы пнула Рона по ноге. Он резко и шумно вдохнул и густо покраснел, но, по крайней мере, заткнулся. Гарри неодобрительно покосился на девушек. - Да плевать мне с Астрономической башни, пусть хоть все узнают, — снова наклонилась к ней Браун, но заговорила тише, — ты выиграла, и здесь что-то нечисто. Я все выясню, Грейнджер, можешь не сомневаться. - Хочешь, чтобы все узнали? — Сузив глаза, спросила Гермиона. — Начнем с Рона? — Почти одними губами произнесла она и кивнула в сторону друга. Браун не нашлась, что сказать, и захлопнула рот. Гермиона сгребла свою сумку со спинки стула и, сказав друзьям, что она наелась и хочет поработать в библиотеке, направилась к выходу из Большого зала. Внутри нее бушевала буря эмоций. Хорошая новость на сегодня номер один — Браун вылетела из спора. *** - Я просто позвал ее на свидание, что такого-то? – Угрюмо спросил Малфой. Забини все еще задумчиво сжимал в руке трусики нежного розового цвета с какими-то глупыми зверятами (Малфою даже не пришлось доказывать, что хозяйкой этой прелести является именно Гермиона — Блейз ни на секунду не усомнился). - Вообще-то, это выглядит очень даже странно, — проговорил темнокожий парень. Драко закатил глаза. - Дружище, а как, по-твоему, мне еще бы удалось затащить эту крошку-недотрожку в койку? Такие цыпочки за «спасибо» никогда не отдадут свою драгоценную Д. Ну а реакция Поттера на то, что я прилюдно лапаю его подружку? – Драко откинулся в мягкое кресло и самоуверенно закинул ногу на ногу. – Это того, стоило, не так ли? Блейз усмехнулся и выдал что-то про «ты в своем репертуаре», и Драко расслабился. Пусть и спор он выиграл нечестно, но в последнем не соврал. Цирк, устроенный им перед уроком зельеварения, был нужен только, чтобы позлить гриффиндорку и, в лучшем случае, ее надоедливых дружков. Показать девчонке, кто правит бал. Что, в общем-то, и получилось. Во время занятий парня просто распирало самодовольство, особенно от красных физиономий Поттера и Уизли, которые разбрасывались гневными взглядами то в его сторону, то в сторону их предательницы-подружки. Хотя… в какой-то момент ему стало жалко Гермиону. Девушка еле сдерживала слезы, жалобно поглядывая на своих друзей. Такой Грейнджер перед ним не представала наверно, с курса четвертого. Малфой практически охренел, когда почувствовал дикое желание схватить горячий котел с вонючей жидкостью непонятной консистенции, над которым потел Уизли, и надеть кому-нибудь из них на голову. Хотя, какое ему дело? Пусть сама разбирается с недоумками. - И ты действительно собираешься тащиться с ней в Хогсмид? – Снова завел шарманку Забини, наконец-то убрав в карман раздражающе-милое нижнее белье девчонки. Драко коротко хмыкнул. - А вот это уже не твое дело, друг. С тебя причитается, кстати. Блейз вздохнул и, сняв с руки золотые часы, кинул их через комнату Малфою. - Благодарю, — насмешливо сказал Драко и сунул часы в карман брюк.