Ты всегда так краток?

*** Лекция пролетела незаметно. Казалось, что только она началась, как уже и закончилась. - Ты идешь, нет? - вырвал друга из мыслей Хидан, стоя уже у двери. В то время как Дейдара только убирал в сумку тетрадь и ручку. - Иди, мне нужно задержаться, - взглянув на заполняющего журнал Акасуну, ответил ему блондин. Мацураси пожал плечами и покинул аудиторию, направившись в сторону лестницы: следующая пара была в кабинете этажом выше. Сделав глубокий вдох, набираясь вместе с ним смелости, Цукури закинул сумку на плечо и подошел к столу лектора, делая выдох. - Ну так, ты подумал? - произнес Сасори, не отрываясь от заполнения журнала. Два дня подряд парень собирал в кучу мысли, все обдумывал, взвешивал, формулировал, и вот сейчас, когда он стоит перед преподавателем, все рассыпалось в одну секунду и потеряло свой смысл. - Я... - начал было Дейдара, но не знал, как продолжить. Акасуна поднял на него взгляд карих глаз, ожидая каких-либо возмущений, благодарности, чего-то ещё... Дейдара уставился в пол, кусая губы, пытаясь собрать осколки слов хотя бы в одно маленькое предложение, но ничего не выходило. - Я слушаю, - спокойно сказал Акасуна, стараясь как-то расшевелить юношу, разбавить хоть на мгновенье тишину, чтобы она так не давила. Неспособный что-то произнести, блондин резко сорвался с места, выбегая из кабинета. Сасори тяжело вздохнул, закрыв глаза. Будучи отличным психологом, он как никто другой понимал, что это не подходящая обстановка для разговора и не то время, ещё рано что-то решать. Устало потерев переносицу, мужчина всё-таки вернулся к заполнению журнала. *** Повернув к лестничному пролету, Цукури остановился, прижимаясь спиной к стене. - Черт, какой же я трус, - парень сполз по стенке на пол, держась за забинтованную голову. Закрыв глаза, он неровно вздохнул. По сути-то, что сложного? Ничего ведь такого и не произошло. Если говорить о том... изнасиловании, то волноваться и пытаться подобрать слова должен Акасуна. А если говорить об инциденте с машиной, так Дейдара уже поблагодарил своего спасителя. Да вот только не все так просто, как кажется на первый взгляд. Сасори ведь уже пытался извиниться, но парень упорно отказывался его прощать. И именно из-за этого конфликта, юноша чувствовал свою вину. И извиняться за это было особо трудно, ведь он даже сформулировать не мог, за что именно хочет прощения попросить. Прозвенел звонок, вырывая блондина из его размышлений и заставляя отправиться на пару. *** После лекций Дейдара снова хотел заглянуть к куратору, под каким-то важным предлогом на счет группы, чтобы точно знать, что с чего-то разговор все-таки начнется. Но предчувствуя, как снова облажается, он решил отложить это еще ненадолго. - Эй, у тебя всё хорошо? - спросил друга Хидан, лёжа на кровати в общежитии. Серьёзное задумчивое лицо парня, сидевшего на кровати напротив, его так задело, что он даже соизволил вытащить из одного уха наушник. - А? Да не, все пучком, - отмахнулся юноша, вставая с кровати. Оторванный от размышлений, он перестал зависать и решил пройтись. Выйдя из комнаты, Цукури, уставившись под ноги и сунув руки в карманы, поплелся вдоль пустующего коридора. Это помещение можно было бы использовать на съемках фильмов ужасов: слабо проникающий через мутные, находящиеся только в двух концах коридора и в лестничных пролетах, окна, свет, проецировал на исцарапанный, неровный пол и стены, с облупившейся местами краской, немного жуткие тени, отбрасываемые от пятен на стеклах. Подоконники все были исписаны и расцарапаны. Батареи под ними давно покрылись ржавчиной. Двери в комнаты и кабинеты так же были украшены сеткой царапин от ручек, линеек и чего там еще могли студенты выдумать... Пока помещение полнилось людьми, оно не было таким мрачным, но когда все расходились, порой начинало казаться, что ты попал в какой-то ужастик. Цукури сделал всего один круг по коридору, как его едва не сбил с ног парень с повязкой. - Семпа-а-ай! - радостно прокричал он, со спины обнимая блондина. - Ай, Тоби, полегче, - немного сдавленно прокряхтел Дейдара ему в ответ, а когда тот, наконец, наобнимался, даже спрашивать не пришлось, что случилось, сам рассказал. - Семпай, я тут шел с группой мимо кабинета Акасуны-сама. Он с Итачи-саном разговаривал и попросил его передать тебе это, - Тоби протянул голубоглазому немного мятый листок бумаги. - Но стоило ему уйти с глаз Акасуны-сама, как записка оказалась смятой возле урны. Я подумал, что это важно и принес сам. - Это очень важно! - прочитав "послание", ответил ему Цукури, после чего сунул бумагу в карман. - Вот только мотив Учихи мне не понятен. Разве это не повод еще раз ко мне подкатить? - Ну, у него свои заморочки. - Это да. Ладно, Тоби, спасибо большое, - блондин обнял друга и пошел к себе в комнату. - Мне не трудно, - улыбнулся брюнет и пошел в главный корпус, на последок попрощавшись. Цукури зашел в комнату и сел за компьютер. Хоть тот и грузился дико долго, сейчас это волновало в последнюю очередь. Терпения студенту хватало, чтобы дождаться, пока этот старичок загрузится. - Ты чего там? - к парню подошел его сосед по комнате. - Хочу посмотреть, где и как далеко один адресок от нашей общаги. - Не уж то подружку завел? - Нет. Я завел преподавателя, с которым мне надо решать дела группы. Меня недели две в институте не было, если не больше. - О как. И все теперь на дому решается? Не знал, не знал. - Просто у Акасуны завтра выходной, и как раз завтра надо успеть все решить. Один разок загляну в гости, не сломаюсь. - Все с тобой ясно, - усмехнулся Мацураси, возвращаясь к себе на кровать. Дейдара же тем временем открыл карту города: его величество компьютер, наконец, соизволил загрузиться и подключиться к сети. Как оказалось, Сасори жил не так уж и далеко от института: всего в паре остановок, вполне можно было дойти до него пешком. Но помня о том, что на улице бушует страшный мороз, будто острыми клыками вгрызающийся в кожу и обжигающий своим кислотным дыханием, Цукури решил, что пешком он явно не пойдёт. Поэтому парню пришлось ещё изучить, какой транспорт его туда довезёт. Записав номера маршруток и автобусов на листочек с адресом, блондин выключил компьютер и отправился спать, желая приблизить следующий день, который явно будет тянуться целую вечность.