Случайностей не бывает

Лея попросила пилота высадить ее в запасном ангаре. Хотелось побыть одной и подумать. Подумать, как жить дальше. Слишком много информации. Пока была с отцом, осмыслить ее не было никакой возможности. Но одиночество на базе повстанцев – недостижимая мечта. Уже через минуту на нее налетел Ведж Антиллес. Он куда - то спешил, и, увидев принцессу, очень удивился. - А ты разве не встречаешь? - Кого? – подозрительно поинтересовалась Лея. - Ну, там координатор от Лорда Вейдера прилетел. – Ведж почему-то отвел глаза. Но Лее было не до мимики друга. - Вот как... – переговоры должны были начаться через две недели, а начались на второй день после ее отъезда. Решили обойтись без нее! Пока она летает, быстренько договориться с Империей на своих условиях, а ее просто поставить перед фактом. Это предательство оказалось последней каплей. Сначала признание отца, теперь еще это. От обиды и разочарования у Леи навернулись слезы на глаза, захотелось закричать, что-нибудь разбить… Со стены слетел светильник и разлетелся на мелкие осколки. - Принцесса Органа! – кто-то звал ее уже давно. Девушка обернулась. К ней спешил Джим, личный помощник генерала Мадины. – Лея, послушай! Тебе не стоит туда идти. Мадам Мотма просила тебя… - Что?! Просила?!– Лея не стала слушать дальше. По краю сознания скользнули слова Джима: «Альянс не может…», но их вытеснила мысль: «Я им покажу…» Гнев на весь окружающий мир и себя саму в частности, разгорелся с новой силой. Принцесса плохо помнила, как добралась до места переговоров. Едва не снеся недостаточно быстро раскрывшиеся створки дверей, она ворвалась в зал. Наступившая тишина была ответом на ее появление. На нее уставилось сразу несколько пар удивленных глаз. Спокойно стоять остался только координатор. Его плечистая высокая фигура выделялась среди всех присутствующих. Он даже не повернулся на звук открывшихся дверей. - Принцесса, вы уже возвратились… - Мон Мотма двинулась ей навстречу, ее лицо было как всегда спокойно, только в голосе прорывались панические нотки. Мон всегда подозревала принцессу в некоторой экстравагантности. А Лея смотрела на нее, на человека, которому еще совсем недавно верила как самой себе. Которой восхищалась. Которую уважала. Когда это все пропало? Впрочем, сейчас об этом не время…. Тугой клубок эмоций, чувств, ощущений уже раскручивался в груди, мешая дышать, заставляя учащенно биться сердце и путая мысли. Впрочем, нет, путаться она не станет. - Конечно, вернулась! Я же не могла пропустить такое замечательное событие, капитуляцию… - Лея не договорила. Координатор, до этого спокойно стоявший, заложив руки за спину, вдруг обернулся к ней, и ее поразил холодный блеск голубых глаз. Внезапно, Лее стало страшно, слова замерли у нее на языке. «Как с ним Люк общается?» - мелькнула невольная мысль, и вдруг ее словно обдало ледяной водой. Люк. Его отец. Лорд Вейдер. Перед ней в облике координатора стоял сам Лорд Вейдер. От ужаса ей показалось, что у нее зашевелились волосы на затылке, но в следующий момент, гнев вспыхнул с новой силой. Люк! Это чудовище забрало у меня Люка! Что он с ним делает?! - Господа! Я хотел бы поговорить с принцессой Органой наедине, - раздался в помещении негромкий голос координатора, по-прежнему не сводящего пристального взгляда со своей собеседницы. Приказа послушались все: и республиканцы и имперцы. Зал опустел мгновенно. Все торопливо, почти толкаясь, устремились на выход. Двери закрылись и в коридоре на некоторое время воцарилось неловкое молчание. Участники переговоров переглядывались между собой, не зная как поступить. Имперцы, впрочем, были более спокойны. Они просто терпеливо дожидались приказа вернуться. Мон Мотма вышла вместе со всеми и не торопясь прохаживалась по коридору. Она была в замешательстве. Это был один из тех редких случаев, когда она не знала, как поступить. Ей было стыдно. Стыдно перед своими соратниками. Стыдно перед имперцами. Этот приспешник Вейдера просто вышвырнул всех вон, когда ему понадобилось пообщаться с девчонкой. Мон подняла безупречные руки и изящно помассировала виски. Было обидно. Вот результат ее деятельности за много лет. Она боролась, интриговала, обманывала, чтобы победить. Нет, она хотела победы не только ради себя. Она не верила в Империю ситхов, и все ждала что Император покажет, наконец, свою истинную ранкорову сущность, что он на чем-то споткнется и погибнет, но Император все не спотыкался. И вот – закономерный итог. Переговоры сильного со слабым. И сильным была не она. Она вообще не понимала, почему Император пошел на переговоры. Неужто и правда захотел избежать лишних потерь. Ха-ха! Нет. У него была какая-то иная задумка. Иная. Он что-то хочет. Просто Мон еще не понимает, что именно. Но должна понять. Мон снова прошлась по коридору. Из его противоположного конца подошел Бел Иблис. Против обыкновения он вел себя тихо, и, подойдя ближе, негромко предложил: - Я думаю, переговоры сегодня не состоятся. Надо расходиться. Если надо будет, нас позовут. Мон посмотрела на своего соратника. «А ведь ему тоже не сладко». Впервые за многие годы она почувствовала нечто вроде сострадания к бывшему сенатору. - Да, при необходимости нас позовут, - кивнула она. ----------------------------------- Дождавшись, пока за последним из присутствующих сомкнутся раздвижные двери, Лорд Вейдер негромко проговорил: - Я слушаю. Принцесса посмотрела на Милорда, и ей показалось, что из его глаз струится расплавленное золото, проникающее в ее сердце, разум, завладевает сознанием, образуя связь между ними. Лея растерялась. Что она хотела сказать… Действительно, что? Альянс не может более сопротивляться. Империя победила… И теперь вся Галактика подпадет под власть этого ужаса Вселенной. Так говорил отец. Но ее настоящий отец стоял перед ней и терпеливо ждал, пока она что-нибудь скажет. Она почувствовала себя маленьким ребенком, внезапно вмешавшимся в разговор взрослых. - Я хотела сказать, что… Альянс еще жив, и если вы нарушите условия перемирия, то… Милорд нетерпеливо передернул плечами: - Вы ведь не это хотели сказать? - Да! Я хотела сказать… что если вы мой биологический отец, то мне на это наплевать! У меня уже есть отец и этого достаточно! Лорд Вейдер, чуть склонив голову набок, некоторое время молча смотрел на нее, и Лею вдруг охватил страх: «А если он не знает, а я ему сказала?!» - Я знаю, Лея, – негромко ответил на ее мысли координатор, – И удивлен этим не менее тебя. Принцесса не ожидала от него такого признания. Она растерянно посмотрела на собеседника: - И что же теперь делать? – позже она будет биться головой о стену от стыда за свою беспомощность. Не так, не так она хотела разговаривать с этим Кошмаром…. . Милорд пожал плечами. - Тебе решать. Я приму любое твое решение. Об одном прошу, - принцесса удивленно подняла голову, - Поговори с Люком. Он очень боится потерять тебя. Вот так. «Поговори с Люком». Сказал и вышел, оставив последнее слово за собой. Последнее слово всегда оставалось за ним, с досадой припомнила Лея. Запоздало вспыхнуло раздражение: «Еще указывать мне будет!» и обидная мысль: «Напоминает мне, как я должна себя вести с Люком! Да что он понимает в наших отношениях?!» Но в глубине души она была удивлена словами Дарта Вейдера и тронута. Получалось, что он больше ее думает о Люке. И тут до нее дошло, что она только что натворила. Сорвала переговоры, жизненно важные для Альянса. Вела себя как беспомощная, глупая девчонка. Стыд какой! Что. Она. Натворила! Захотелось расплакаться. Но она себе этого не позволит. Она все обдумает потом. Вот только выберется отсюда, по-возможности ни с кем не встретившись. Когда она, сначала осторожно выглянув и убедившись, что за дверями никого нет, быстро покинула зал и добралась наконец до своей каюты, радуясь, что никто не встретился на пути, ей оставалось только бессильно осесть на койку и опустить голову на руки. Она так устала и была опустошена, что даже плакать не было сил. ------------------------------------- Возвращаясь на Корускант, я перебирал в голове события прошедшего дня. Да, денек выдался… Одно появление принцессы чего стоит! Смелая девочка. Как только с ней Органа управляется? Интересно, ее характер это наследственное или приобретенное? Неужели от Органы переняла? Он мне всегда казался таким спокойным…. Я попытался представить, как бы я сладил с сыном и дочерью одновременно, и меня пробрала дрожь. Один Люк забирал сейчас почти все мои силы и внимание, а если бы еще и Лея… да уж, если бы еще и Лея… Стало тоскливо. Собственно, я решил лично участвовать в переговорах из-за нее. Хотелось посмотреть на принцессу еще раз, повнимательнее. Как там, на Звезде, я не смог разглядеть того что увидел в Люке?! Не перестаю себя винить за это. Можно объяснить только тем, что Лея очень слабый форсъюзер. Я покачал головой. И, тем не менее, ее возвращение на базу я сразу услышал. Чувства бурлили в принцессе, переливаясь в Силу. Поэтому, когда она влетела в зал, мне даже не надо было смотреть на нее, чтобы понять, что сейчас будет скандал. А вот этого я не мог допустить. Ни ей, ни мне, скандал был не нужен. Я вновь припомнил все свои ощущения в Силе, когда почувствовал дочь. Да, все-таки возраст у нее еще не подходящий для взрослого политика, как-бы Органа ни старался. В тот момент, когда она растерянно спросила: «И что же делать?», почти как Люк, я понял, что уже никогда не смогу относиться к ней как к постороннему человеку, пусть она хоть всю оставшуюся жизнь кричит, что ей «наплевать!» . Где только таких слов набралась. Все-таки эта ребелятня на нее плохо влияет. Я вон Люка тоже никак от выражений не могу отучить. Хм-м. Интересно, до чего они договорятся? Но мне почему-то казалось, что договорятся. Для этого даже медитировать не надо. Когда я сказал Люку, что Лея его сестра, он подозрительно задумался, а я нервно начал прислушиваться к его мыслям, проклиная джедаев в целом, и Кеноби в частности, но кажется, обошлось. Хвала звездам, нашелся соперник в лице какого-то Соло. Надо о нем поподробнее разузнать. И любовь закончилась не начавшись. В целом же мой сын наличию сестры обрадовался, но встревожился за меня. И теперь я понимаю почему. Всегда спокойная и собранная на заседаниях Сената принцесса оказалась на поверку очень эмоциональной особой. Я невольно вздохнул: очень. Едва только шатл приземлился, в ангаре нарисовался мой сын. Он с трудом дождался конца рапортов встречающих и тут же пристроился ко мне параллельным курсом, когда я двинулся на доклад к Императору. - Ну, что? Я вздохнул. Читать лекцию о субординации бесполезно. - Переговоры прошли... приемлемо. С Мон можно договориться. - Я не о Мон! – Люк досадливо поморщился. – Я о Лее. Что она сказала? Ты говорил с ней? - Принцесса была очень… энергична. Известие о нашем родстве она восприняла без особой радости… - Могу себе представить, - Люк хмыкнул, - Надо мне все-таки было полететь! Я покосился на него. Да, темперамент похожий. Мы уже подходили к кабинету Учителя, и пора было заканчивать: - Но у меня сложилось впечатление, что она захочет с тобой поговорить. На прощание хлопнув сына по плечу, я вошел в кабинет. -------------------------------- Генерал Густав Ирэнек спустился по трапу небольшого военного шатла и незаметно оглянулся. В этой части императорского дворца он был впервые. Сейчас, как принадлежащий к высшему офицерскому составу имперского флота, он имел право пользоваться этим ангаром: личным ангаром Дарта Вейдера. Генерал одернул и без того безукоризненно сидевший мундир и посмотрел на часы. Времени, чтобы добраться до отходящего межпланетника оставалось не так много. На этот отпуск у генерала были грандиозные планы. Он собирался жениться. Теперь, когда его карьера сделала весьма ощутимый скачок вверх, а вместе с нею и его зарплата, он понял, что может, наконец, позволить себе семью. Да и служба на «Исполнителе» предполагала некоторое постоянство перемещений. Конечно, поначалу генерал был несколько напряжен, ожидая аудиенции у Главнокомандующего. Он все еще ожидал подвоха. Ведь перевел его на ИЗР не сам Дарт Вейдер, а непонятный Координатор. Но аудиенция у его непосредственного начальника прошла вполне успешно, а затем начались будни. Занявшись привычной работой, генерал вскоре успокоился. К тому же слухи о нетерпимости Главкома оказались сильно преувеличенными. Его непосредственный начальник вел себя вполне адекватно и никаких странных вещей с помощью этой… «Силы» не делал. Работать с ним было интересно, что в совокупности с хорошей зарплатой поднимало настроение. Во время одной из командировок генерал познакомился с молодой вдовой с ребенком на руках, и Густав Ирэнек впервые подумал, что вот, пожалуй, хорошо, когда тебя ждут из длительных командировок. В противоположном конце ангара приземлился роскошный дипломатический шатл последней модели и генерал машинально обратил на него внимание. Дверца кабины отъехала в сторону, и по трапу легко сбежал его старый знакомый, сосватавший его на «Исполнитель». Координатор. Собственной персоной. С непроницаемым лицом выслушал доклады встречающих и торопливо направился к выходу из ангара. И тут, откуда-то из бокового входа, ему наперерез вынырнул второй его знакомый. Да. Тот самый Люк Скайуокер. Бывший повстанец. Сейчас он был аккуратно одет в полувоенный френч, но ощущение подтянутости портила растрепавшаяся челка, все время падающая на глаза. Юноша периодически ее откидывал резким движением головы. Генерал невольно улыбнулся. Повстанец, он и есть повстанец. Но было интересно наблюдать, как он пристроился к координатору и что-то у него спросил. Тот, слегка наклонив голову и о чем-то размышляя, кивнул, ответил. «Да, - подумал генерал, - прямо семейная сцена.» Он невольно подумал о своей будущей семье. Будет ли его приемный сын вот так же с ним разговаривать? Что-то спрашивать? А возможно у него будет и свой ребенок, а может и несколько? Он ведь еще не стар. Да и его избранница еще вполне вполне… И вдруг его словно что-то кольнуло. Он что-то пропустил. Что?... Ну да, конечно… От пришедшей в голову мысли генерала бросило в жар. На последнем балу в императорском дворце Дарт Вейдер представил Скайуокера как своего сына. А сейчас этот сын вполне по-семейному общался… значит ли это…. «Не значит, - решил генерал, - это не мое дело. Вот когда Милорд соизволит мне это объявить лично, вот тогда и будет значить. А пока координатор и Милорд – разные люди.» Так решил начальник контрразведки флагмана императорского флота, но заметочку себе в уме все- таки сделал. Кто его знает, когда пригодится! ------------------------------------ Масштабы бедствия можно было оценить без помощи Силы. Сын сидел примостившись на ступеньке террасы в саду Сената, уставившись в землю и крепко сжав губы. Задавать идиотские вопросы типа: «Как прошла встреча?» я не стал. Итак все было ясно. Я просто сел рядом, благо был без доспехов. Некоторое время мы просто сидели и молчали. Не хотелось даже, как обычно, ругать джедаев. Впервые мне пришла в голову мысль, что в создавшейся ситуации, возможно, есть и моя вина. Не надо было мне тогда бросаться на Оби Вана. Да и на жену тоже… Слишком был самоуверенный. Верил в свою правоту. Вот теперь и расплачиваюсь… - Ты ни в чем не виноват, - вдруг тихо сказал сын, - Не вини себя, – я пораженно уставился на него. Неужели мальчик научился пробиваться сквозь мои щиты?! – У тебя на лице все написано. Час от часу не легче… я грустно усмехнулся и потер лоб. - Жизнь большая, сын. Вы помиритесь. - Не надо меня утешать. Я ни в чем не виноват перед ней. И перед Альянсом тоже. И вообще… я в порядке. – Люк встал и расправил складки на одежде. – Мне пора. Сегодня тесты в Универе. - Иди, конечно. – я кивнул и еще долго смотрел ему вслед. Мне почему-то казалось, что они договорятся. Дети… -------------------------- - Как я могла! Как я могла! – твердила Лея, всю дорогу пока шла к своему кабинету, даже не замечая, что говорит вслух, и прохожие оборачиваются на нее. – Как я могла!.. С Люком она встретилась в перерыве между заседаниями, на которых стало ясно, что Альянс потерял большую часть отвоеванных планет, а на оставшиеся собирались наложить контрибуцию. Самое ужасное, что она даже не понимала, как она могла бросить Люку эти обидные слова: «У меня нет в родне предателей!» После этого все переговоры стали бессмысленными. Хуже всего, что она ведь так не думала. Совсем! Она не считала Люка предателем, она верила ему, но слова лились из нее как-будто помимо ее воли и она с ужасом понимала, что назад дороги уже нет. Об этом свидетельствовали глаза Люка, отчаянно-недоумевающие. Именно этот отчаянный взгляд и добил принцессу. Ворвавшись в комнату, она заметалась как раненный зверь. «Что же делать? Что же делать?!» Лея попыталась успокоиться. Села в кресло и приложила руку ко лбу. В конце концов, что такого случилось? Кто такой для нее Люк Скайуокер и почему она так убивается из-за этой ссоры? Но как только она задала себе этот вопрос, вновь вспомнился взгляд этого Скайуокера. И стало еще хуже. «Надо связаться с ним. И объяснить. Он поймет. Не может не понять». Лея торопливо схватила комлинк и набрала нужный номер. Сначала ответа не было вовсе, а потом мерзкий прибор объяснил, что: «…аппарат абонента выключен….». Лея застонала и снова заметалась по комнате. Перерыв подходил к концу, но она не могла себя заставить вернуться на переговоры. И все же… многолетняя выучка заставила ее собраться и возвратиться в зал Сената. В голове у нее звучало напутствие отца, которое он дал ей перед ее первым выступлением: «Улыбайся, чтобы не произошло, улыбайся, ты ведь принцесса, держи лицо!» И Лея «держала…». Держала, когда вошла в зал, держала во время переговоров, а потом вдруг увидала Лорда Вейдера, и держать перестала. Их глаза встретились, и она шагнула к нему навстречу, благо был перерыв. - Могу я с Вами поговорить, - и добавила чуть слышно, - Милорд? Тот, кого она назвала «Милорд» едва заметно пожал плечами и кивнул на дверь свободной комнаты. Они вошли, дверь закрылась. Координатор развернулся к ней и стал смотреть. Ничего не делать, просто смотреть. - Я слушаю, - наконец произнес он. - Милорд, - принцесса подавила в себе желание вновь заметаться по комнате, просто сжала руки в кулачки и прямо посмотрела в ледяные глаза. – Я встречалась сегодня с Люком, - она помедлила. – Я ему сказала… не важно… я была не права. Я… должна увидеть его, а комлинк не отвечает… - последние слова она проговорила совсем тихо, почти шепотом. Что-то дрогнуло в лице человека, которого она считала монстром, взгляд голубых глаз неуловимо потеплел, и он вдруг стал похож на Люка. Или это Люк стал похож на него?... Лорд Вейдер достал свой комлинк и набрал номер сына. Ответа не было. Тогда он набрал номер своего адъютанта. - Лейтенант, - негромко сказал он в коммуникатор, - Разыщите Скайуокера и скажите, чтобы немедленно перезвонил мне. Опустив трубку, он посмотрел на принцессу: - Его разыщут. Больше они не сказали ни слова друг другу. Просто стояли и молчали, пока не раздался сигнал вызова. - Люк? С тобой хочет поговорить принцесса Органа… - он что-то выслушал, - Нет, я тут ни при чем. - и протянул комлинк принцессе, а сам вышел в соседнюю комнату. Это был небольшой зал заседаний. Лорд Вейдер сел на один из стульев, разместившись за овальным полированным столом, и стал ждать. Ждать пришлось недолго. В комнату торопливо вошла принцесса и протянула ему комлинк. - Вот. Спасибо! Принцесса почему-то взглянула на дверь и, решившись, села напротив. Лорд Вейдер посмотрел на нее несколько удивленно. - Я не могу пока увидеть в вас своего отца. – она, смутившись, опустила голову. – Я всегда считала… и считаю… отцом Бейла Органу. Я все понимаю…, - вдруг заторопилась она, - но не получается…. А Люк… он мне и так был как брат… И… не знаю что на меня нашло… я орала на него как истеричка, я… но он простил меня. И… зачем я это вам рассказываю?! - Наверное потому, что я все-таки ваш отец. – Лея удивленно подняла голову. Лорд Вейдер смотрел на нее с едва заметной улыбкой в холодных синих глазах. Или они были уже не такие холодные? – Я все понимаю Лея. Между нами слишком много всего намешано, но… жизнь покажет, не так ли? Ты можешь связаться со мной в любой момент, как пожелаешь, а сейчас мне пора. – Отец поднялся, слегка склонил голову в церемонном поклоне и вышел за дверь.