Агнесса

      Позже, придя в гостиную алого факультета, я узнала, что Хэллоуин выдался веселым не только у меня: знаменитый Мальчик-Который-Выжил на пару вместе с Роном Уизли подрались с троллем, спасая незадачливую первокурсницу, прослывшую всезнайкой, то бишь Гермиону Грейнджер. Упомянутые первокурсники молчали, как партизаны, отказываясь отвечать на вопросы сокурсников, и придерживались официальной версии событий. Впрочем, мне было не до мексиканских хроник нашего факультета: мне нужен был план, тщательно продуманный план для того, чтобы стащить трижды проклятые конфеты близнецов Уизли. Но, как это обычно бывает, в голову ничего путного не приходило.       Решение пришло само. В субботу старшим курсам, наконец, разрешили посещать магическую деревушку Хогсмид, находящуюся в нескольких верстах от Хогвартса. Братья Уизли вместе со своими однокурсниками галопом понеслись в Хогсмид – это была их первая прогулка в известном мини-городке. Младшие курсы разошлись кто куда, а я, решив, что это самое подходящее время для кражи, с видом агента нуль нуль семь направилась в мальчишеские спальни, поминутно озираясь, дабы не нарваться на Маклаггена, который постоянно изображал на лице острую интеллектуальную недостаточность и не выходил во время выходных за пределы гостиной. Он имел довольно скверную привычку пугать вошедших своей «неотразимой» физиономией.       Оказавшись в заветной комнате, я тут же нашла нужный мне комод. В принципе, его трудно было не заметить – на искомом мною виде мебели золотой краской было выведено следующее: «Собственность Умников Уизли». Сердце бешено колотилось, и на негнущихся ногах я подошла к комоду. Буквально рухнув на колени, я с остервенеем принялась рыться в вещах Уизли. Конспирация полетела к черту, ибо адреналин в крови затмил все остальные чувства: страх, волнение, радость, ликование… - Так, так, так, - раздался за спиной голос Фреда, и я от неожиданности подскочила на месте, но, если тебе не везет, то не везет по полной программе. В лучших традициях американских комедий, я случайно задела ногой комод, и последний с жутким грохотом упал, перевернувшись набок. - Нельзя же так пугать! – воскликнула я, проведя рукой по волосам, чтобы успокоить колотящееся в груди, словно сумасшедшее, сердце. Еще и нога пульсировала после встречи с комодом! Но на мое высказывание эти рыжие недоумки лишь усмехнулись. - А рыться в чужих вещах, значит, можно? – иронически приподняв бровь, поинтересовался Джордж, копируя позу и интонации Снейпа. - Блэкам можно все! – ответила я, гордо вскинув голову и решив держать лицо до конца. Близнецы понятливо закивали, и, указав на кровать, предложили сесть. Я, немного поколебавшись (все-таки главные шутники Хогвартса), села. Они плюхнулись по разные стороны от меня, и Фред, устроившись на кровати с видом короля, побывавшего в гареме, махнув рукой, произнес: - Рассказывай, что тебе тут понадобилось! - Мне нужны ваши конфеты, от которых шерсть на теле, как у армян, растет, - призналась я. - А давай сделку заключим? – заговорщицки подмигнул мне Джордж, чуть поддавшись вперед и посмотрев на меня светящимися весельем глазами. - Какую? – подозрительно сощурившись, поинтересовалась я, зная нрав близнецов. Правильно бабушка говорила: там, где есть Уизли, там есть беда. О, Мерлин, дай мне силы!... - Ты должна выяснить, что на самом деле произошло в женском туалете на Хэллоуин, - сказали близнецы хором, переглянувшись. - Конфеты вперед, - заявила я. - А вдруг ты обманешь? – недоверчиво прищурился Уизли. Вот же рыжая мандрагора мне на голову! - А вдруг вы обманите меня? - Не обманем. - Где гарантии? - Мы даем тебе клятву волшебников, - произнес Джордж, останавливая нашу с Фредом пикировку. - Хорошо, я принимаю твою клятву, - растерянно ответила я и выскользнула из комнаты. Надо признаться, не ожидала я от Уизли такого! Наверно, они не понимают всю значимость такой клятвы. Главная фишка или изюминка клятвы волшебника состоит в том, что, если давший такую клятву не выполняет данного им обещания, то теряет часть своих магических сил, которые передаются персоне, которой он клялся.

***

      На следующее утро за завтраком я подсела к Парвати, быстро прослывшей главной сплетницей Хогвартса. Будучи индианкой, она полностью соответствовала образу героини слезливого индийского фильма. Как-то раз, проснувшись глубокой ночью, я услышала слабое бормотание, а потом поняла, что оно исходит от Парвати. Подкравшись поближе, я уловила несколько фраз: «Нет, Джимми, ты не должен покидать меня! Прости, но я беременна от другого. О, как прекрасны звезды под покровом ночи!». Честно признаюсь, я еле добежала до уборной, в которой заржала как конь. - Парвати, - мило улыбнувшись, сказала я, - ты что-нибудь знаешь об инциденте в нашем туалете? - Ты не слышала? – выпучила свои черные глаза Патил. – Гермиона была заточена в туалете, а бесстрашный Гарри вместе с отважным Роном пришли ее спасти! Они сразились со страшным троллем и одержали победу, после которой наш факультет был вознагражден пятью баллами. Но, разве балы идут в сравнение с тем, что произошло между Гарри и Гермионой? - А что произошло? – уставилась на нее я. Ее пафосные речи начинали раздражать. Надо запомнить одну простую вещь: слушать Парвати – это все равно, что слушать плач мандрагоры. - Гермиона поцеловала Гарри в щечку и обняла, сказав, что она навсегда теперь у него в долгу! А он, обняв ее в ответ и погладив по непослушным волосам, сказал, что она ему ничего не должна! - Такого никогда не было! – крикнула слышавшая наш с Парвати разговор Гермиона, которую, видимо, разозлили глупые речи главной сплетницы Хогвартса. - Нет, Гермиона, было, - подключился к беседе Гарри, весело сверкнув глазами. Гермиона уже было открыла рот, чтобы начать лекцию в стиле Грейнджер, но Поттер не дал ей такой возможности. – Только все это происходило не здесь. - А где? – поинтересовалась я, тщетно пытаясь скрыть усмешку. Гарри встал, подошел к Патил и, указав пальцем на голову девчушки, голосом человека, раскрывшего великое таинство, произнес: - Здесь!       Я не выдержала и рассмеялась, а Парвати, ничего не поняв, пожала плечами и продолжила трапезу, бесцеремонно прерванную мной. Гермиона неодобрительно покачала головой, а сам Гарри на пару со мной превратился на пару минут в коня. Да, Поттер, Мом бы гордился тобой!

***

      Первым уроком была история магии, и я решила, что лучше всего все узнать из первых уст. И Гарри для данной роли подходил лучше всего. - Привет, - поздоровалась я, плюхнувшись рядом со знаменитостью магмира. - Привет, - тепло улыбнулся мальчишка. - А что с Роном? – спросила я, стараясь быть вежливой и не показывать своего нетерпения. - Рон решил, что история магии – слишком скучное занятие, - усмехнулся Поттер. - Я его понимаю, - фыркнула я. – Слышь, можешь рассказать про инцидент в туалете? - А тебе зачем? - Правду или ложь? - Правду. - Правда в том, что я погрязла в долгах и сделках, - положив голову на сложенные на парте руки, вздохнула я. Странно, у меня было такое ощущение, будто я могу рассказать этому человеку все, что угодно. - А причем тут инцидент в туалете? – нахмурился Гарри. Карьера репортера мне явно не светит, ибо выпытывать у кого-то информацию я больше не намерена. - Узнать про произошедшее в уборной входит в условия сделки, - решила быть честной до конца я, так как врать ему мне почему-то не хотелось. - Хорошо, - медленно кивнул головой Гарри. – Я тебе расскажу.       И действительно рассказал о том, как он заметил отсутствие Гермионы за праздничным столом, как вместе с Роном отправился проверять туалет, в котором, как ему сказали, плакала Гермиона; как они вместе с Роном обезвредили тролля. - Спасибо, - искренне поблагодарила я. – Но, знаешь, до меня немного не доходит: ты мне так доверяешь, что решил рассказать тайну, которую вы с друзьями храните как зеницу ока, или тебе что-то нужно взамен? - Просто ты выглядела так, будто тебя заперли с Лавандой и Парвати на пару часов в кладовке, - ответил Поттер, пожав плечами. Все-таки не за красивые глаза Гарри называют особенным – он действительно удивительный человек. Такого взгляда, доброго и открытого, я еще не встречала. Может, потому что мое окружение составляли снобы-аристократы, не доверяющее даже самим себе?

***

      Вечером я с чистой совестью подошла к близнецам и выложила всю информацию, рассказанную Гарри. Мой отчет удовлетворил рыжих (им, видимо, была нужна версия, где Рон не выглядит бесстрашным рыцарем-спасителем), и они наконец вручили мне заветные конфеты. Как выяснилось, это были вовсе не конфеты, а что-то вроде шипучек. Их нужно бросить в стакан с жидкостью, и они растворятся в напитке, не оставляя специфического привкуса, да и жидкость не меняет цвет. Очень удобно и практично! Решив, что еще не слишком поздно, я отправила сову Арктуру с запиской, чтобы приходил в совятню. Братец не заставил себя долго ждать. Как только он появился в проеме, я тут же подбежала к нему и несколько грубо всучила ему свой «клад». - Молодец, сестренка, одобряю, - протянул Арктур, разглядывая шипучки. - Знаешь, как пользоваться ими, братишка? – саркастично поинтересовалась я. Ухмылка братца стала еще гаже, и он кивнул. Я лишь закатила глаза, хотя внутри меня что-то неприятно сжалось при виде этой ухмылки. Арктур так ухмылялся только тогда, когда задумал что-то пакостное….

***

      На следующий день войдя в Большой Зал во время завтрака, я отыскала глазами Арктура. Он, как обычно, заигрывал с девицей, которая старше его. Надо признать, Арктур хорош собой – выразительные серые глаза, красивые, аристократические черты лица, русые коротко стриженые волосы, но все впечатление портило гадкое выражение на его физиономии.       Я села за стол, и именно в этот момент произошло то, чего я никак не ожидала: близнецы Уизли начали обрастать, как выразился Арктур, «меховым покровом». Сами жертвы своего же производства с криком вскочили с места под дружный хохот Большого Зала. Арктур же совсем не по-аристократически заливался смехом, чуть не свалившись со скамьи. - Рыжие Хагриды! – выдал Маклагген на весь зал.       МакГонагалл быстро пришла в себя и увела близнецов в медпункт, хотя к тому времени близнецы тоже оценили «шутку» и хохотали вместе со всеми. Проходя мимо меня, Фред приостановился, слегка наклонился и прошептал: - После уроков на поле.       Я кивнула. Мне нечего было бояться – моя совесть чиста. Это же не я способствовала резкому повышению растительности у близнецов, это все мой ненаглядный братец, который будет проклят собственной сестрой за то, что он такой гад.