Любимая ученица

Год назад. POV Александр. Очередной день среди безмозглых школьников. Параллель десятых классов, которые сегодня учатся у меня, очень своеобразна. «Ашки» еще более менее что-то решают и слушают меня. «Вэшки» - самые тупые ученики, которых я когда-либо встречал. А вот класс «б» самый интересный – они могут решать и думать, но не хотят этого и забивают на мой урок. Зато бэшки такие шутки выдают, что можно записывать их и слать на Камеди Клаб. Здесь много колоритных персонажей. Особенно меня привлекает первая группа. Один парень, Вадим, вроде умный и талантливый, динамит мои объяснения и прикалывается над блондиночкой Лизой Саменко – та взяла привычку на информатике сосать Чупа-Чупс. Над ней смеется большинство учеников, но ей как-то плевать. Особенно любит прикалываться рыжеволосая и низкорослая Алька, весьма способная ученица. - Она рот тренирует, - любимая её фраза. Впрочем, она не одна в классе пошлая. Но самое главное, за что я люблю «б»-класс – это одна ученица. Она не способная к информатике, она не любит цифры и точные науки. Недавно я узнал, что у неё большие успехи в литературе. Даша Малина (Именно Малина, а не Малина) постоянно сидит в телефоне, словно демонстративно игнорируя меня. Когда я делаю ей замечания, она лишь виновато улыбается и пожимает плечами, признавая: - Ну нет у меня любви к точным наукам. Я должен злиться, ненавидеть её, занижать ей оценки. Но единственное, что я чувствую по отношению к ней – желание. Дикое, примитивное желание взять Дашу прямо на рабочем столе, закрывшись ото всех не только на перемену, но и на весь день. Сорвать всю её любимую одежду – джинсы и водолазки, – и прикоснуться к бледной коже, ощутить её запах, услышать умоляющий стон желания, слетающий с розоватых губ. Ночами мне снится только она – обнаженная и сонная, она улыбается мне, потягиваясь в моей постели. То, как она двигает мне навстречу бедрами, как изгибается в пояснице от наслаждения, как царапает мои плечи длинными острыми ногтями, воображается мне все время. Я встречаюсь с девушкой, моей сверстницей. Настя хорошая. А самое главное – она темноволосая и темноглазая, как и моя любимая ученица. Но у них есть два главных различия. Во-первых, Настя добрая и покладистая, а моя девочка резкая, вспыльчивая и обидчивая. Лед и пламя. А второе отличие – это кожа. Настя смуглая, и это меня почему-то раздражает. Друзья спрашивают, насколько серьезно у меня с Настей. Не могу же я сказать им правду – что жду, когда моя ученица достигнет совершеннолетия, а пока я только трахаю Настю, потому что она похожа на неё. Пока Настя в моей постели, я могу быть уверен, что не сорвусь, что моя девочка останется девственницей, что я не изнасилую её прямо сейчас на письменном столе. К счастью, у меня живое воображение, и я легко представляю на Настином месте другую, ту, что так небрежно относится к моему предмету. Представляю, как моя девочка вскрикивает от возбуждения. Как восхищенно смотрит на меня. Как касается своими губками моего члена, берет его в рот полностью и, когда я достигаю кульминации, проглатывает. Это желание, этот грех, этот порок, эта страсть сжигает меня изнутри. Создается впечатление, что внутри меня кипит вулкан эмоций. Два раза в неделю я вижу её на своем уроке, и два раза в неделю я заставляю Настю трахаться жестко, долго и исступленно. Всю ночь я пытаюсь освободить себя от желания к десятикласснице, заставляя Настю свято верить, что моя ненасытность относится именно к ней. - Александр Андреевиииич? – протянули над ухом. Я встряхнул головой и поднял голову. Пульс забился сильнее, я почувствовал напряжение в паху, но сдержал себя. Надо мной стояла моя девочка, выжидательно глядя на меня своими темными глазами. - Прости, что ты сказала? – переспросил я. Голос полон напряжения, но, похоже, Даша не заметила этого. - Я спросила, какая у меня оценка за четверть? – девушка приподняла темные брови, переступив с ноги на ногу. Даже это мимолетное движение вызвало во мне бурю эмоций. - Четыре, Малина, четыре, - вздохнул я, отдавая девушке журнал. – Балую я тебя. Надо было трояк поставить, побегала бы за мной. Не заметив двусмысленного намека, моя девочка мило улыбнулась, показывая ямочки. Твою мать. Твою мать. Твою мать. - Спасибо, Александр Андреевич, - девушка склонила голову в знак благодарности. – Но вы ведь знаете, что… - Знаю, знаю, - перебил я. – Нет у тебя любви к информатике. Иди уже. Я поднялся со стула и открыл шкаф, мимоходом заметив, что десятиклассница на полторы головы ниже меня. - До свидания, - с улыбкой бросила девушка и вышла из кабинета. «Сиди дома. Сейчас приду, устроим грандиозный секс», - быстро набирал я Насте, надевая плащ. Еще в начале года я посмотрел в журнал и узнал, что Даша пошла в школу на год позже. Это значит, что в одиннадцатом классе она шесть месяцев будет ходить в школу восемнадцатилетней, и у меня будет шесть месяцев, чтобы соблазнить её. А пока оставалась Настя, всегда готовая к любым позам и видам секса.