Изгнание

[Музыка: Hurts – Exile, London Grammar – Help] -Элии-и-и-ис! Крик спугнул птиц, устроившихся на лужайке перед домом. Они захлопали крыльями и улетели, вереща на своем языке. - Элииии-и-иис! Девочка на дороге закричала изо всех сил. Боялась, что если отвести взгляд, чудо впереди исчезнет. - Элис! Птицы устроились на проводах наверху и наблюдали. - Элииииис! Хлопнула входная дверь. По ступенькам неслась девушка. Она чуть было не споткнулась о разбросанные игрушки на подъездной дорожке. В три прыжка оказалась рядом с девочкой и вцепилась ей в плечи. Светлые длинные волосы выбились из хвоста и закрывали лицо. - Что? Что случилось? Девочка чувствовала, как ногти Элис впиваются в кожу. Она опустила руки девушки и указала направление. Чудо не исчезло. У магазина на углу стоял желтый школьный автобус. Вокруг сновало несколько человек, они переносили коробки, смеялись и разговаривали. Элис прищурилась от солнца, рассматривая нежданное видение. Сердце в груди затрепыхалось быстрее. Она прижала к себе девочку вместо ответа на ее немой вопрос. Что делать? Она ждала и боялась этого момента. Надеялась, но сомневалась. Тут их заметили. Показывали пальцем. Засуетились, положили коробки, пошли навстречу. Элис рассматривала шагающих мужчин: у тех двоих впереди - вылинялые рубашки, бороды, пыльные джинсы, растекшиеся пятна пота по одежде, напряженно-удивленные лица. Еще двое позади в черном, кажется, моложе остальных. От солнца слезились глаза. Она слишком поздно заметила, как рыжебородый, который шел впереди всех, вытащил пистолет и направил дуло в их сторону. Элис загородила собой Энн и подняла руки вверх, лихорадочно раздумывая, что делать. Рыжебородый подошел ближе. - Кто - нибудь из вас заражен? - спросил он, для убедительности тряхнув пистолетом. Элис подумала, что они не слышали ничей голос уже около четырех месяцев. - Нет. Мы здоровы. Кто вы такие? - Есть еще кто - нибудь, кроме вас? Трое спутников рыжебородого встали позади, разглядывая незнакомок. Птицы покинули наблюдательный пост, разлетевшись в разные стороны, видимо, посчитав опасной разворачивающуюся перед ними сцену. - Нет. Только мы. - Где вы живете? Элис мотнула головой в сторону дома. Рыжебородый опустил руку с пистолетом и огляделся. Девушка обняла Энн и успокаивающе погладила по голове. Они их не тронут, она почти была в этом уверена. - Пойдем проверим. Ты, - он показал пальцем на молодого парня в черной футболке, рассматривающего носки своих ботинок. - Присмотри за ними. Остальные - за мной. Мужчины ушли к дому, на ходу доставая из карманов платки. Элис проводила их взглядом, недоумевая, зачем они закрывают нижнюю половину лица на манер техасских бандитов. Голова кружилась. Она потрогала макушку - волосы были горячими на ощупь. Июльское солнце не щадило никого. Энн отпустила руки и смотрела, как от автобуса навстречу им неторопливо шел пожилой мужчина. - Кто вы? - Элис адресовала свой вопрос парню, стоящему напротив. - Что вы хотите? - Мы – чистильщики, - тот явно был рад нарушить молчание. - Мародеры? - Поджигатели. Мы проезжаем по доступным дорогам через города. Берем только то, что нужно для выживания. А потом сжигаем дома, чтобы... остановить инфекцию. Она догадалась. - Думаете, платки, закрывающие нос и рот, спасут вас от заражения? - Мы... - Думаете, огонь может помочь? Элис шумно вдохнула воздух. Жара становилась нестерпимой. Парень смотрел на девушку с удивлением, прищурившись от солнца. Похоже, не знал, что ответить. Элис отметила про себя, что у него красивые карие глаза, смуглая загорелая кожа и несимметричные черты лица. Она сделала шаг вперед, оказавшись очень близко к его лицу. Воздух вокруг накалился. - Вы не тронете мой дом, - медленно выговорила она, стараясь звучать как можно более убедительно. - Нет больше слова "дом", - отозвался подошедший старик. - Нет больше людей, чтобы жить в домах. Все мертвы. Он похож на Санта-Клауса в летнем отпуске: пышная седая борода и подходящие габариты. Красный платок в белую крапинку повязан на шее. На ремне от брюк был еще один, только синий. - Откуда вы знаете, что мертвы все? - Мы проехали много миль, - отозвался парень. - Везде только разлагающиеся тела и крысы. - Вы пугаете ребенка, - предупредила Элис. Энн обнимала ее изо всех сил. Старик-Санта опустился перед ней на корточки и спросил дружелюбно: - Как тебя зовут, милая? - Энни, - отозвалась девочка, не отпуская Элис. - А я - старина Ральф. Ты любишь путешествовать, Энни? - Я не знаю. - А мы путешествуем. Вслед за солнцем. Хочешь поехать с нами вместе с мамой? Энн испуганно посмотрела на Элис. - Сначала вы угрожаете нам оружием, а потом приглашаете поехать с вами? - решила уточнить Элис. - Фил - всего лишь библиотекарь из Портсмута, мисс. Он не хотел вас пугать. Просто делает, что может, - ответил старик. Тот, о ком они говорили, вышел на крыльцо дома. Уже без платка. - Энн, милая, - Элис наклонилась как можно ниже к светлой голове девочки. - Я хочу, чтобы ты осталась здесь с этим мистером. Она кивнула в сторону парня, которого оставили для присмотра за ними. - Я сейчас вернусь. Энн послушалась. Уходя, краем уха Элис услышала, как она спрашивает его имя. - Не будем тратить время на церемонии, - сказал Фил, как только поравнялся с девушкой. - Мы остаемся здесь на ночь. Утром мы должны сжечь больницу и окрестные дома. Днем мы уезжаем. Вы можете отправится с нами, но не берите лишних вещей, только необходимое. - Почему мы должны уехать с вами? - Как вас зовут? - Элис. - Я - Фил. Так вот, Элис, вы вправе сами распоряжаться своей жизнью и жизнью вашего ребенка. Но вам не выжить в одним, когда закончится еда или понадобится медицинская помощь. - Энн... Она не моя дочь. - Но вы все равно отвечаете за ее жизнь. Так в чем удовольствие жить в одиночку? - А что, если надо оставаться на месте? Вы уверены, что помощи не будет? - Дорогая, вы действительно на это надеетесь? Никто не придет. Никто не поможет. Позаботьтесь о себе сами. Она помедлила, собираясь с мыслями. - Если мы поедем с вами... Вы можете гарантировать, что никто из ваших мужчин нас не тронет? Фил нахмурился, снял с плеча рюкзак и сунул руку в боковой карман. - Я не могу обещать за каждого, - тут он протянул ей раскладной нож. - Но не буду возражать, если вы воткнете это в любого, кто дотронется до вас. Она приняла нож и повертела в руках. Старый, рукоятка потерта, лезвие туповатое. Не самое надежное оружие. Но Элис понимала, что Фил имел в виду. - Мы поедем с вами, - наконец отозвалась она. Он кивнул, сложно ожидал только такого ответа. Она было пошла забрать Энн, но обернулась и сказала: - В следующий раз, когда будете целиться в кого-то, снимайте пистолет с предохранителя. Маленький рычажок сбоку. На лице Фила отобразилось недоумение. Потом он улыбнулся виновато и сказал: - Спасибо. Учту. *** Когда стемнело, Элис уложила Энн спать наверху в ее комнате и раздала одеяла мужчинам. Те сидели на кухне и ужинали. В их компании были еще две женщины, которые отказались зайти в дом и ночевали прямо в автобусе. Фил сказал, что они полубезумные. На них наткнулись в магазине одежды в соседнем городке. Женщины почти не разговаривают и мало двигаются, в основном сидят, уставившись в одну точку. Когда все улеглись спать, Элис еще бродила по дому. Духота давила на грудь. Девушка открыла почти все окна, зашла проведать Энн. Та столкнула на пол одеяло и спала, постоянно ворочаясь. Элис укрыла ее заново, на цыпочках вышла из комнаты. В конце концов, не зная, куда себя деть, поднялась на чердак и вылезла через окно на крышу, как часто делала по ночам с самого детства. Остывший воздух охладил голову. С неба смотрела почти полная луна. Ветерок шелестел листьями деревьев. Мертвый город спал в темноте и тишине. Дома, в которых она гостила, школа, где училась и преподавала... Она вспомнила, как на время эпидемии учебные классы переоборудовали под больницу. И завтра эти улицы, на которых она выросла, останутся навсегда позади и сгорят. Непохороненные мертвые упокоятся. Она который раз задалась вопросом, правильно ли поступает, следуя за незнакомыми людьми, но была не уверена, есть ли в этой ситуации вообще правильное решение. В глубине души Элис знала, что решила примкнуть к этим людям еще тогда, когда увидела желтый автобус у магазина. Тут она начала медленно сходить с ума от одиночества, возросшей ответственности и количества проблем, которые ей приходилось решать каждый день за себя и Энни. Но пришли они... Живые, из плоти и крови. Элис меньше всего хотела сейчас терять самообладание, но слезы душили. Она подтянула колени к груди, и заплакала, как маленький ребенок. Надежда. С ними пришла надежда, в первый раз после того времени, когда умерли все, кого она знала. Пусть и довольно призрачная надежда: эти люди вряд ли осознавали, зачем и почему занимаются своим делом, не умели обращаться с оружием и большую часть времени внушали сами себе, что могут что-то изменить. Но это не так важно. Элис услышала шорох позади и вздрогнула. Кто-то пробирался на крышу ее путем. Она вытащила из заднего кармана нож, который дал ей Фил, и вскочила на ноги. Тень на крыше выпрямилась и подняла руку с фонариком, осветив лицо девушки. - Кто здесь? - спросила Элис, щурясь, сжимая в руке нож и готовясь напасть при необходимости. - Это я, - ответил знакомый голос. - Извини, не хотел тебя напугать. Девушка с облегчением узнала парня, с которым разговаривала днем. Но нож из руки не выпустила. - Что ты здесь делаешь? - Я не нашел тебя там, и... Подумал, что-то случилось. Элис расслабила руку. Он подошел ближе и снова посветил ей в лицо. - Все в порядке? Ты расстроена? - Как ты сюда попал? - спросила Элис, вытирая слезы. Она злилась, что он застал ее в таком виде. - Наверху тебя не было, а дверь на чердак была открыта, а потом я услышал, как ... Ну... - Все нормально, - перебила Элис, складывая нож. Парень пожал плечами. - Можно посидеть тут с тобой? - Почему нет, - ответила девушка и заняла прежнее место. Они молчали некоторое время, разглядывая звезды и вдыхая свежий ночной воздух. Первым нарушил тишину он. - Я - Тео, кстати. - Элис. - Люблю это имя. Как в той сказке. Она пожала плечами и промолчала. Все еще злилась на него за несвоевременное вторжение. - Извини, что помешал тебе, - он будто прочитал ее мысли. - Не хотел беспокоить. - Ерунда, - она сменила гнев на милость. - Мне не нужно было так расслабляться. Тео выключил фонарик. Где-то рядом птица вспорхнула с веток. - Зачем вы это делаете? - спросила Элис. - Что? - Сжигаете все. Чья это была идея? - Я не знаю, - он подвинулся ближе и сложил руки на коленях. - Я встретил Фила, Тома и Стивена три месяца назад. Они подобрали меня прямо на улице и позвали с собой. Я не задавал вопросов. Остальных мы нашли по дороге. - Куда ты шел, когда они тебя подобрали? - она не видела в темноте его лица достаточно хорошо, но ее поразил его ровный спокойный голос. - Куда - нибудь. После того, как я остался один, нужно было искать помощи. - Кем ты был? - В каком смысле? - Чем ты занимался до того, как все случилось? - А. Я... Работал где попало. Продавцом в магазине. Стриг газоны. Много путешествовал. Ничего особенного. - Откуда ты? - Из Манчестера. Я был дома с семьей, когда все началось. Мы праздновали Рождество. Началась суматоха, выезды из города перекрыли. Потом дома все заболели. Кроме меня, он опустил голову и теребил большой золотой перстень у себя на пальце. Элис подумала, как изящно он смотрится на его руке и, в то же время, неуместно в такой обстановке. - Ты не виноват, что они умерли. Мы все не виноваты. - У меня был друг. Мы знакомы много лет и через многое прошли вместе. Вместе работали. Остались в разных городах на праздники. А теперь я даже не знаю, жив он или мертв. - А ты как думаешь? - Я не знаю. Не могу представить, что он умер. - Мне жаль, что так вышло. - Да, мне тоже. Они помолчали. - А что насчет тебя? Кем была ты до того, как все случилось? - спросил он. Элис улыбнулась. - Учительницей. Я преподавала детям литературу. Вон там, - она показала рукой в ту сторону, где была школа. - И своей дочери тоже? - Энни не моя дочь. Я похоронила ее мать. Выкопала садовой лопатой могилу на заднем дворе их дома. Он на соседней улице. А потом забрала Энни к себе, - Элис снова обхватила колени руками и почувствовала, как слезы подступают к горлу. - Я не хотела. Мне пришлось. Все остальные были мертвы. Она разрыдалась, больше не в силах держать эмоции в себе. Тео обнял ее, и она уткнулась лицом ему в грудь, продолжая плакать. Они просидели на крыше еще около часа, говоря о вещах, которые уже не имели смысла в новом мире. Потом вернулись в дом и закрыли все окна. Тео уснул в кресле в гостиной, а Элис поднялась к Энн и устроилась на полу у кровати. Утром Элис помогала собирать вещи и относить их в автобус. Они уехали, когда часы на кухне показывали одиннадцать, а солнце палило лучами вовсю. Они уехали, оставив позади пылающие огнем дома.