Целиком и полностью посвящается Марку
1 апреля 2015 г., 17:46
Давайте ненадолго оставим Василису и послушаем, что скажет Марк.
Марк сидел на кухне и сыпал сахар в кофе. Весь имеющийся чай он уже выпил, изорвав на мелкие кусочки опустевшую коробку. Теперь он пьёт кофе. Третью кружку. Да, он нервничает, это очевидно. Эх, зря он не пошёл на заседание. Так он хотя бы был в курсе событий. И ещё эти видео… Какого черта он их не проверил?! Вдруг Фэш и не думал ничего удалять?! Да, да и ещё раз да. Фэш был в курсе того, что Марк спит с Маришкой. Как-то раз он их застукал, но они оба скрыли это от девушки. Фэш не стал разводить шумиху, а просто тихо вышел. Позже парень лишь сказал, что все в этой комнате должно записываться на видео, и больше условий сохранения тайны нет. Все просто. Это было всего пару раз, честно. Первый раз случился полгода назад, по пьяни. Маришка вытащила его в её с Фэшем квартиру тогда. А потом… Потом это стало привычным. Марк предлагал Маришке стать любовницей. Она ему нравилась. Вся такая маленькая девочка-стервочка. Марку этой самой «стервочки» не хватало в Василисе, ох как не хватало. Честно говоря, Маришка почти и не возмущалась на его предложение. Лишь спросила: «Василиса точно не узнает?». На этом формальности закончились и они регулярно встречались на квартире Фэша. Но где-то в феврале Маришку будто подменили. Она не отвечала на звонки, не разговаривала с ним, а при встрече на улице даже не смотрела на него. Марку она так ничего и не объяснила. За неё это сделала Василиса.***
Марк тогда вернулся домой злой, потому что во-первых, Маришка, а во-вторых, его главный спонсор отказался вложить деньги в его новый проект. А вот Василиса была в наилучшем расположении духа. Как только Марк перешагнул порог квартиры, начался фактически монолог. — Ма-а-арк, дорогой, привет! — Василиса, буквально подпрыгивая, выбежала ему навстречу. — У меня сегодня столько новостей, ты не представляешь! Раздевайся скорее, мне не терпится тебе рассказать! — Да, привет, — буркнул Марк, снимая шапку. — Да сними ты уже своё пальто! — воскликнула Василиса, когда Марк нарочито медленно доставал из рукава руку. Она рывком стянуло пальто, чуть ли не сбивая Марка с ног. — Ай! — Да давай уже, иди на кухню! — сказала она, толкая мужа вглубь квартиры. — Я давным-давно на стол накрыла уже! Марк неохотно поплелся на кухню. Как же она его задолбала, эта его чертова кухня. Все в ней слишком старое, слишком знакомое — и стол в царапинах, и отколотый кусочек одной столешницы, и глупые наклейки с котятами на шкафах. Боже, как же ему хотелось изменений в этой скучной жизни. — Ты что будешь? — тем временем поинтересовалась Василиса. — У тебя сегодня шикарный выбор! Грибной суп или картошка с подливой? — она выжидающе уставилась на него, а Марк молчал, размышляя о смысле жизни и гребанной кухне. — Соображай быстрее, а? — Картошку, — бросил он Василисе и вернулся к своим думам. В последнее время Василиса начинала действовать ему на нервы. Мало того, что Маришка непонятно с чего вдруг объявила бойкот, так еще и эта конченная оптимистка масла в огонь подливает. Что ни день, то у нее праздник. «Смотри, Марк, какого милого песика мы сегодня встретили!» или «Ой, Марк, представь себе, снег растаял! Ура-а-а, весна!». Но были вещи и похуже. «Марк, мы так давно не выбирались на природу, ну правда. Давай съездим куда-нибудь?», к примеру. Или вот: «Ох, Марк, я сегодня рекламу видела, ну, нового фильма, он только-только вышел. Давай сходим, сколько уже в кино не были!». Именно это и было причиной «прости, опять совет задерживаем, гора проблем», «да, малыш, я перезвоню, как освобожусь, но рано не жди», «Василис, ложись спать, буду поздно». На самом же деле Марк отсиживался в ближайших от офиса барах. — Кушай, дорогой, — Василиса чмокнула Марка в макушку, ставя перед ним тарелку. — Так вот, что я хотела тебе рассказать. Представляешь, гуляем мы сегодня с Маришкой по парку после маникюра. — Марк насторожился. — А настроение такое хорошее, и день чудесный, и мы ели мороженое, знаешь, которое в вафельных стаканчиках, ну, ты помнишь, мы его покупали в том магазинчике на углу? Марк кивнул. В этом магазине действительно очень вкусное мороженое — он туда всех свои девушек водил, честно признаться. — Так вот, ели мы мороженое, а день чудесный. И вдруг к нам подскакивает какой-то тип в маске. В маске, ты представляешь? — Василиса рассмеялась, будто бы большей глупости в жизни не видела. — Черная такая, лица не видно, только глаза и выглядывают. Говорит нам, типа, «кошелек или жизнь», и, не дожидаясь ответа, выдернул у Маришки сумку и как давай убегать! А у Мари же там деньги, документы все с собой были! — Василиса даже ногами от возмущения топала, честное слово. — Ну, Маришка тут же в слезы, а я за ним бегом. Увертливый, гад, попался, но по ходу дела курильщик, так как метров через сто так запыхался, что мне его даже жаль стало. Вот вечно с ней так. Не может она мыслить здраво, ну не может, и все! Даже самое последнее быдло ей жалко, черт ее дери. — В общем, я его все-таки догнала, а потом мне помог мужчина, который мимо проходил, — закончила она. — Приятный такой молодой человек, с челочкой, в очочках, а сильный, с ума сойти можно! Боксер, наверное, — Марк пожал плечами. — В общем, отобрали мы у него сумку. Василиса замолчала и стала наблюдать за Марком. Внимательно так, глазами провожая каждую ложку картошки до самого рта и обратно к тарелке. Это… Напрягало. Казалось, Василиса пытается загипнотизировать ложку. Ну или выбесить Марка. Он уже хотел было сделать ей замечание, но она опять заговорила. — Знаешь, когда я вернулась к Маришке с сумкой и Сашей, — ну, тот самый боксер — она была вся в слезах. Кинулась мне на шею и давай ныть, что-то типа «Василисочка, милая, родная, как же так, блин, как же так…». Я ни фига не поняла, но пришлось покупать ей новое мороженое. Свое эта обалдуйка уронила. И тут до Марка дошло. Вот кретин. Дело не в нем, оказывается, просто его «милая, родная Василиса» по своей природной глупости бросилась выручать подругу, даже не думая, что может быть как-то иначе. О боги, ну за что ему такая благородная жена? Черт бы побрал Лиссу, которая вдолбила ей эти принципы.***
И вот теперь он сидит и ждет свою благородную жену. Черт, ему даже стыдно стало. Все это время спать с двумя девушками было в пределах нормы — он и раньше так делал, до брака. Иногда их даже было больше двух, чего уж там. Но после всего этого дерьма ему вдруг стало как-то неуютно. А вдруг он не прав? Фух, поскорее бы она пришла. Раздался звонок в дверь. — Ну наконец-то! — прохрипел Марк, быстро пробираясь к двери. — Василиса, это ты? — заорал он в прихожей. — Да, — тихо ответили ему с лестничной клетки. Марк распахнул дверь и уставился на Василису. Она была бледная, с красными глазами и, кажется, без туши. Но Марк не был до конца уверен в этом. Она смотрела в пол и глубоко дышала. — Василиса? Она наконец-то подняла голову и посмотрела ему в глаза. Впервые в жизни ее глаза напоминали Марку не весенний ручеек, бурлящий и искрящийся, а темное-темное море перед грозой. По спине пробежали мурашки. — Привет. Я ненадолго, прости, — сказала она, подходя к нему и пальцем отодвигая его с прохода. — Мне нужно забрать вещи. Марк оцепенел. Что? Какие вещи? Марк осторожно приобнял ее за плечи, но Василиса сразу же выпуталась, проскальзывая в квартиру. — Да что происходит, черт возьми? — крикнул он удаляющейся в глубь квартиры Василисе. — А это я спросить хотела у тебя, — ответила она, повернувшись. — У тебя есть ровно столько времени, сколько я буду упаковывать свои вещи. Может, у тебя даже найдется пара оправданий в свой адрес. Время пошло. Блять. Он так и знал. Гребанный, гребанный суд. Ненавижу.
