Всего-навсего полметра

      - Кажется, мы не общались дней пятнадцать, - сказала Мила, застегивая блузку. - А я все равно говорю с тобой вслух. И плевать, что ты не слышишь... Я просто так хочу.       Сегодня Мила встретится с Тимуром.       Девушка аккуратно подвела глаза. Раньше она почти не красилась, но почему-то сейчас захотелось. Мила завязала волосы в хвост, но, поглядев на отражение несколько секунд, сразу же распустила.       Девушка закрыла лицо руками. Как же стыдно вдруг сейчас стало! Эмоции вновь ударили в сердце, распространяясь сильной дрожью по телу. Так внезапно. Хотя, объяснение тому есть - встреча с Тимуром. Стыдно, страшно! Холодно и жарко одновременно. Так хочется увидеть и одновременно не хочется смотреть в его глаза. Хочется поговорить, но здравый смысл где-то внутри не позволяет. Или это неспособность переступить свою гордость?       Мила за все это время успела мысленно ещё несколько раз пережить все те события. И совершенно запуталась в том, кто же виноват.       Вина Тимура не казалось уже такой явной. Сама хороша. Нужно обдумывать свои слова и не говорить так резко! Нужно рассчитывать все наперед.       "Если бы мне хватило ума, может быть все было бы хорошо," - повторяла себе Мила.       Она открыла глаза и слабо выдохнула. Ужасное ощущение, будто сама правда давит на тебя. "Виноваты оба. Кто сделает первый шаг, тот будет умнее. Но никто ведь не сделает".       Мила поднялась, оделась и молча отправилась в школу.       На улице было тепло, но темнота стояла непроглядная. Девушка усмехнулась - прямо как у неё в душе.       Одинокий фонарь, будучи пока на замене солнца, освещал перекрёсток двух дорог. Снег под его светом не мерцал, а только немного светился, окрашиваясь в оранжевый и превращаясь в золотистое озеро. Зима сегодня не похожа на зиму.       Мила втянула голову в шарф так, что глаза были едва видны. Это странно - идти в школу после такого долгого отсутствия. Хотя, в этом не вина девушки.       Фонарь замигал, когда Мила прошла мимо него. Девушка поежилась и ускорила шаг, как вдруг услышала сзади шаги. Громкие и четкие, как будто человек появился из неоткуда. Мила отошла в сторону, чтобы пропустить прохожего, но тот подскочил сзади и схватил девушку, больно стиснув ей руки. Она дернулась вперёд, но сил явно не хватало. В следующую секунду неизвестный закинул её себе на плечо. Мила хотела крикнуть, позвать кого-то на помощь. Однако, как только она открыла рот и из груди вырвался первый звук, в губах девушки оказалось что-то мягкое, а вслед за этим из-под шарфа загадочного нападавшего послышалось тихое "цыц". Через секунду распробовав вкус, Мила поняла, что рот ей заткнули малиновым пирожком.       Человек в шарфе обвил тело Милы своими длинными руками и направился в темноту. Девушка смотрела на мерцающий фонарь, исчезающий в дымке морозной пурги. И понимала.       Когда дома лишились в метели своих очертаний, два человека оказались среди таких же растворяющихся деревьев. Пирожок с малиной был сладким и необычайно вкусным, но сухим и холодным.       - Куда мы? - тихо спросила Мила.       - Куда-нибудь, - ответил парень.       - А зачем?       - Не знаю.       - Не устал?       - Какая разница?       Неловкое молчание.       Не так Мила представляла их встречу с Тимуром. Но тогда как?.. Никак. Столько думала об этом но ни разу не решила, что сказать, что сделать. И теперь получилось вот так, совершенно непредсказуемо. Хотя, чего другого можно было ожидать от Тимура?       - Поставь меня, - попросила Мила.       - Нет.       - Я сказала... - начала девушка, только делая вид, что злится.       - Шестнадцать дней, - спокойно проговорил Тим.       - Что?..       - Ровно. Шестнадцать. Я считал, - повторил он более раздраженно.       "Я тоже считала, только забыла, сколько же получилось," - подумала девушка.       - Нет, все же правда, поставь меня. Я знаю, тебе тяжело, - она попросила уже настойчиво, и парень выполнил просьбу.       - Ты не тяжёлая. Знаешь, ты ужасно похудела, - Тимур изогнул бровь. - Ты вообще что-нибудь ела после моих пирожных?       Мила сцепила пальцы за спиной.       - С чего ты взял, что я съела их?       - Хах... Значит, я угадал, - парень тихонько хлопнул в ладоши. - Хотя я и так знал, потому что ты любишь сладкое, да и вообще поесть.       Мила отвернулась и закрыла глаза. Что он говорит? Зачем?       Тимур кивнул и переступил с ноги на ногу, набираясь уверенности.       - Что ж, ты можешь меня не слушать. В последний раз ты тоже предпочла сделать так, - он цокнул языком. – Нет, я, конечно же, не виню тебя!       - А звучит так, будто бы винишь, - огрызнулась девушка.       Тим улыбнулся, довольный тем, что его слушают. Он продолжил:       - Всё в порядке. Это просто эмоции, я знаю, - он снял шапку и взъерошил волосы на голове. – Нет, всё не то! Ты любишь сладкое. Ты любишь тишину и книги. Ещё тебе, наверное, нравятся футболки со странными надписями…       Каждое слово Тимура ударяла прямо в сердце Милы. Било с такой силой, будто резало. И одновременно с тем лечило то раны, которые до сих пор не успели затянуться. Это были слова, которые нужно услышать, самые важные сейчас.       - Тебе нравится блеск для губ с ароматом клубники и тебе очень идёт этот запах, - Тим ненадолго замолчал. – Я узнал это за такое короткое время, представляешь? И знаешь, какое самое главное открытие для меня? Я узнал, что значит любить.       Слёзы прокатились по щекам Милы, обжигая замёрзшую кожу. Она продолжала слушать.       - Да, я знаю, это слишком малый срок, чтобы говорить такое, понимаю, что возможно для тебя это даже не влюблённость, а просто ничто! – голос парня начал срываться. – Но мне так не хочется верить в это. Пожалуйста, скажи, что для тебя это не просто так!       Последняя фраза эхом отдавалась в ушах Милы. Она кусала губы и старалась вдохнуть без всхлипа, что получалось с трудом. Лицо исказилось в беззвучном плаче. Девушка и не подозревала, что так разревётся из-за глупой речи глупого мальчишки. Но это случилось. Из-за гула в голове не было слышно просыпавшегося города.       Они стояли и молчали, пока Мила не заговорила первой:       - Столько драмы развёл. Такие речи! Что в очередной раз подтверждает твою любовь к сериалам, - она облизнула губы.       В ответ тишина.       - Ну, чего молчишь? – Мила повернулась к Тимуру и увидела, как он натянул шапку на глаза и закрыл лицо шарфом, сгорбившись. Плачет?!       Девушка встрепенулась и вопросительно уставилась на парня. Он что, так переживал на самом деле? То есть, не только Мила так мучала себя?       Она подошла к нему и осторожно взяла за руку.       - Послушай, я знаю, что ты ничего не говорил про меня своим друзьям. Я, кажется, всегда знала это, только почему-то убедила себя в противоположном. Извини. Наверное, всё же виновата я. Я… мне больно, правда. И я скучала. И я люблю.       После последних слов Мила наклонила голову и прикрыла рот ладонью. Слёзы ещё с большей силой брызнули из глаз, но внутри стало поразительно легко. Всё же правда – удивительное лекарство. Тимур обнял её за плечи, нежно поглаживая. Это мгновение растянулось для них на несколько сотен бесконечностей.       Тим посмотрел на небо. Уже пришёл рассвет. Снег перестал валить и воздух наполнился прозрачным стеклянным морозцем. Потрясающее чувство гармонии.       - А я не плакал, - со смехом выдохнул Тимур в волосы девушки.       Её щёки вспыхнули румянцем.       - Что?! Так это была уловка? Ах ты! Тимур, ты… - девушка не нашла нужного слова и рассмеялась.       Парень подхватил её смех, крепче прижимая к себе и осторожно стирая слёзы со щёк.       - Почему у нас с тобой не бывает нормально? – спросила Мила, щуря глаза на утреннее солнце.       - Нормально – это неинтересно, - ответил Тимур, поцеловав девушку в лоб, а потом в губы.       Этот поцелуй был таким же горячим, как и первый, но не таким робким, а уже настоящим, свободным.       Странное, странное, такое прекрасное утро. Утро, которого стоило ждать целых шестнадцать дней.       Тимур ухмыльнулся.       - По закону жанра сейчас камера должна уйти вверх, показывая небо, а на фоне зазвучать красивая мелодия, - сказал он.       - Пусть так и будет, - улыбнулась Мила. – А ты просто помолчи вместе со мной, ладно?       И они остались вдвоём, среди утреннего города, окружённые шумом автомобилей, перед ярким солнцем, приветствуя своё общее начало. Да, пускай по новой. На этот раз всё точно будет хорошо. Ведь полметра - всё-таки очень маленькая разница.