Метамфетамины

POV Луи Я жутко соскучился по Гарри. Я уже физически ощущаю свою тоску. Несколько раз я порывался позвонить ему, но вспомнил, что у меня нет его номера на новой сим-карте. По идее, он должен был въесться в мой мозг, но этого не произошло. Возможно потому, что мой мозг уже гниет. К тому же, из душа не вовремя вернулся Джек, а он внимательно следит за тем, чтобы я не сделал ничего опасного. Мне пришлось отложить телефон. Но бросать свои попытки я не собираюсь. Я чертовски сильно влюблен в Гарри. Я засыпаю с мыслями о нем, я просыпаюсь с его именем, звучащим в моей голове. Когда я ем, я думаю о Гарри. Когда я в душе, когда ни чем не занят, даже когда Джек отсасывает мне - я думаю о Гарри. Его никак не выбить из моей головы, как бы Джек не пытался. Он бывает нежным и заботливым, или становится грубым и жестоким, когда понимает, что его ласки на меня не действуют. Он думает, что ему удастся, но он ошибается. Мы занимаемся сексом регулярно. Недавно Джек порвал меня, было жутко больно. Он уснул, а я ушел в ванную и долго плакал. Я плачу постоянно, вообще-то, пока он не видит. Все чаще я провожу свое свободное время с котами миссис Берт. Они мягкие, пушистые, и у одного из них такие же глаза, как и у моего мальчика - с золотисто-зеленым ободком вокруг радужки. Кота зовут Пенс, но я зову его Гарри. Благо, он отзывается. Еще я начал повторять заброшенный когда-то французский язык. С миссис Берт я общаюсь в основном на нем. Я помогаю ей готовить - нарезаю овощи в салат, пока она ждет, когда запечется утка. Она спрашивает на французском: - Ты, верно, влюблен в Джека? - Нет, - отвечаю я. - Но ночью ты любишь его? - Нет, - повторяю я. Она замолкает, поправляет свои волосы, крашенные в бледно-красный цвет, стучит ногтями по столу. - Я тоже употребляла наркотики, когда была молодой. Она поднимает два пальца вверх и звонко растягивает: "Пи-и-ис!", чем сильно удивляет меня. - Хиппи? - восклицаю я по-английски. - Да, точно! - она щелкает пальцами. - Я была бунтаркой! - Кто был бунтаркой? - Джек просовывает голову в проем двери. - Вienvenu*, Джек! - приветствует миссис Берт. Я просто киваю головой. - Пахнет вкусно! - Джек подходит ко мне и обнимает, притянув за талию. - Он, верно, считает тебя своим? - миссис Берт возвращается к французскому. Я киваю, Джек ничего не понимает. Я чувствую себя шпионом, и миссис Берт, возможно, тоже. - О чем это она? - спрашивает Джек. - О нас с тобой, - отвечаю я честно. - И что говорит? - Что вы смотритесь как бультерьер и его оттраханная старая игрушка, - фыркает миссис Берт. Я усмехаюсь. Потому что она права. - Что она говорит? - начинает нервничать Джек. - Что мы мило смотримся вместе, - отвечаю я, и теперь приходит черед миссис Берт смеяться. - Пообедаешь с нами, Джек? - спрашивает она у сконфуженного парня, успокоившись. - Нет, спасибо. Он шепчет мне на ухо: "Я жду тебя", и хлопнув меня по заду, удаляется. - Он любит тебя, - замечает миссис Берт. Я не могу сказать ничего на это счет. Иногда мне кажется, что он испытывает ко мне какие-то чувства, но эта мысль вызывает у меня приступ рвоты. Мне легче принять то, что я шлюха, отдающаяся за наркотики, чем то, что Джек любит меня. Пенс прыгает на тумбу и хватает кусочек ветчины. - Ох, ну что за нахал! - возмущается миссис Берт. - Ничего, ему можно. Я откладываю нож в сторону, треплю кота за ухо, вглядываюсь в эти страшно знакомые глаза. - Я пойду, миссис Берт? - Да, - кивает она, и, мне кажется, на ее лице проскальзывает усмешка. - Спасибо. Иди. Я ухожу из ее квартиры, поднимаюсь наверх и останавливаюсь перед дверью. Из дверного проема на первом этаже выглядывает Пенс. - Прости, Гарри, - шепчу я, отвожу глаза и стучусь. - Можно войти? Джек открывает мне дверь, довольно и хитро улыбаясь. - Ну, входи. *** Он умело управляется с моим телом. Иногда я даже получаю удовольствие от происходящего. *** - Ты сегодня выглядишь грустным. Мы лежим на кровати, я и Джек. Я рассматриваю паутину трещин, ползущих по бледно-синей штукатурке. Неужели я умру в этом месте? Неужели я никогда не вырвусь из этих объятий? Перед глазами возникают образы, странные, деформированные и уродливо-гротескные. Меня "отпускает". - Я всегда такой, нет никакой разницы между мной сегодняшним и мной вчерашним, - отвечаю я. - Тебе было приятно сегодня? - Да, Джек, - отвечаю я. Он поворачивает меня за подбородок к себе. - Скажи это мне, а не стене. - Мне было приятно сегодня, - подчиняюсь я. Джек притягивает меня и целует. Впервые за все то время, что мы спим вместе. Я бы удивился, или возмутился, если бы мог реагировать хоть как-то. Но я просто подчиняюсь. Снова. - Ты сегодня был пластичным. Я надеюсь, ты будешь таким и дальше. - Угу, - киваю я и откидываю голову на подушку. - Еще отходишь? - усмехается Джек. Я молча киваю. - Я сделаю тебе приятно, пока ты не сопротивляешься. - Делай все, что хочешь, - соглашаюсь я. Джек сползает вниз, берет мой член в рот и отсасывает. У него это хорошо получается, я всерьез думаю, что он отыгрывается на мне за полученный им когда-то сексуальный опыт. Когда я кончаю, я невольно выкрикиваю: "Гарри!" Я вижу, как меняется в лице Джек. Его губы растягиваются в оскал. Я знаю, что он изобьет меня за это. Он наносит первый удар, по лицу, наотмашь. Дальше я уже не соображаю - теряю сознание. Я знаю, что он жестоко накажет меня за это. Так что хорошо, что я отключаюсь. У меня есть шанс не проснуться, потому что он изобьет меня до смерти. Иногда я думаю, что это было бы отличным выходом для меня. Смерть. Я знаю, что заслуживаю ее. Но мысль о том, что Гарри останется один в этом мире, и не будет знать, что я умер, и никогда не придет на мою могилу и не вспомнит - все это делает мне так больно, что каждый раз я изо всех сил пытаюсь придти в себя. И прихожу. Пока. Я жутко соскучился по Гарри. Я чертовски сильно влюблен в него. __________________________________________________ *добро пожаловать