Записка в три слова

      По дороге медленно шёл человек. Мужчина. И хотя его почти полностью скрывал чёрный плащ, не составило бы труда различить широкие мускулистые плечи, атлетическую фигуру и часть бородки, которая выглядывала из-под капюшона. Направлялся незнакомец в сторону деревни, уже показавшейся за поворотом. В последнее время он часто здесь бывает, да. Интересно наблюдать за этими людишками. Они довольно забавны. Со своими «тараканами в голове», как сказала бы сестрёнка.       Переступив какого-то пьянчугу, валяющегося на пороге, и оттолкнув другого, такого же, мужчина зашёл в таверну. Тут витал запах вина, жареного мяса и пота. Впрочем, как и всегда. Но именно здесь, за самым дальним, покосившимся столиком, он мог расслабиться и пить…пить…пить… Как бы он хотел напиться по-настоящему, до беспамятства, подобно этим смертным. Стоит признать: они умели жить. Умели радоваться, любить. Но могли и умирать… как Она...       Она ушла от него навсегда семнадцать лет назад. Она никогда не говорила ему, что любит его. Зато он любил Её, и этого достаточно, чтобы теперь в душе, казалось, навечно, поселилась тоска. Тоска и боль. Мужчина усмехнулся. Что-что, а вечность у него есть. Но теперь он хотел умереть, как обычный человек. Вслед за Ней. Да, Она – смертная, и он всегда знал, такой день настанет. Вместе с тем всегда была надежда, что она, наконец, примет его дар и останется с ним.       И даже когда Она пришла к нему в ту ночь… Он видел Её глаза, Её страсть, но таких важный для него слов не было. Опять горькая усмешка. Ты не признаешься, верно? Теперь уже никогда…       Какой-то гвалт пробился сквозь пелену воспоминаний. Мужчина медленно поднял голову, и глаза сами нашли источник шума. Им стала молодая девушка, которая гневно что-то доказывала трактирщику. Скорее всего опять решил прикарманить себе сдачу. Но вот девушка выхватила меч и приставила его к горлу мужика. Тот с поспешностью вернул пару монет.       А она своего не упустит! Давно пора было вправить мозги этому прохвосту. Его самого деньги не интересовали, их у него было достаточно, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. Кто бы мог подумать, что я опушусь до такого.       Он всё ещё разглядывал боевую девушку. Стройная фигура в кожаных доспехах, меч на поясе. Каштановые, почти чёрные, вьющиеся волосы. Она повернулась в его сторону и можно было заметить слегка ехидную улыбку и глаза… Голубые глаза...Такие же как и у Неё... Но этого не может быть... Те же глаза, в которых можно утонуть, почти то же лицо, почти те же, тартар меня побери, доспехи. Но это не Она. У Неё никогда не было этой колкой насмешки… Она выжила однажды... Но не в этот раз... не в этот...       - Не стоит глушить боль за выпивкой. Не поможет.       Загадочная девушка в коже присела на свободный табурет рядом. Даже в этой убогой забегаловке сейчас было полно народу, и только стол, за которым сидел мужчина, пустовал.       - Какое тебе дело? - грубо ответил мужчина. Даже голос похож. В самом деле пора завязывать.       - Ты прав, абсолютно никакого, - медленно проговорила незнакомка, потягивая заказанный эль.       Хватит тешить себя надеждой, Её больше нет! Вставай и иди отсюда. Не смей с ней говорить, это слишком больно.       - И как тебя зовут?       - О, стало интересно? А как же «Какое тебе дело? Вали отсюда?» - в голубых глаз плясали чёртики.       Теперь это было похоже на лёгкий флирт.       - Дианта. Меня зовут Дианта. Ну а ты? У тебя имя есть? Или ты «Господин-в-чёрном-плаще-который-строит-из-себя-бяку»?       - У меня много имён, - усмехнулся мужчина. Эта девчонка нравилась ему с каждой минутой всё больше и больше, немногие осмеливались говорить с ним в таком тоне. Даже воспоминания сейчас затаись и на время оставили его в покое. – Очень много…       - Что ж, приятно было познакомиться, но мне пора. Не пей так много, - опять ехидная улыбка, и Дианта встала из-за стола. Послав ещё одну улыбку, на этот раз угрожающую, мужику за стойкой, девушка покинула таверну.       И всё же в ней было что-то неуловимо знакомое. Может быть, даже что-то напоминающее мужчине его самого. И Её. Да, определённо пора завязывать с вином… и со смертными… я становлюсь слишком мягким. Но в душе всё равно оставалась пустота. И какими бы не были доводы, он всё ещё любит Её.