The Ink Are The Memories We Shared

Дорогой Ты, Привет, я решил написать кому-то в этом году. На самом деле, я не знаю, кому я пишу. Я не собираюсь отправлять это, так что, полагаю, что, в основном, пишу себе. Получается так. Я собирался написать "Дорогой друг", но это звучит так странно, потому что все мои друзья прекрасны, но не способны понять меня. Я думаю, что могу доверить Тебе, или кому бы я там ни писал сейчас, намного больше секретов, чем своим друзьям. Надеюсь, это нормально. Я действительно надеюсь, что никто не найдет это письмо. Я просто хочу высказаться кому-то, пусть даже обычному куску бумаги, который никто кроме меня не увидит. Я просто вынужден высказаться кому-то. И этим кем-то, по сути, являюсь я. Человек с глянцевого журнала, на котором кто-то написал "Гарри Стайлс". Я не могу точно установить определенный день, с которого все началось. Нет, постойте-ка, могу. Это началось с того дня, когда Элеонор познакомилась с Лу. Я знаю, о чем ты думаешь, и, нет, я не сводил их. Это просто очередная вымышленная история, которую решили распустить какие-то ублюдки. Я думал, что по-настоящему нравлюсь ему, понимаешь? Мы разделяли эти милые короткие переглядывания и странные, сами по себе, шутки, которые были понятны только нам. Каждый раз, когда я оказывался рядом с ним, я превращался в хихикающую тринадцатилетнюю девочку. Он просто делал меня таким счастливым, я об этом и не задумывался. Тогда я действительно не волновался о том, кому кто и что нравится. Мы были просто Гарри и Луи. Что ж, когда в кадр попала Элеонор, я, вроде как, покинул его, чтобы во всем разобраться. Мне нужно было осознать то, что я гей, что мне нравится Луи, поправка, что я люблю Луи. В тайне я стал одержим ими, я изучил каждую их фотографию и медленно начал меняться. Полагаю, я просто хотел, чтобы он любил меня в ответ. Я не хотел, чтобы у нас был тот неловкий разговор, в котором я бы признался ему в любви, а он бы сказал "фу" и закрылся от меня навсегда. Я довольствовался нашей дружбой, просто мне хотелось большего. Но бедняжка-я не мог иметь ни того, ни другого. Моя неуверенность сказала мне, что он никогда не полюбит меня, так что я просто застрял на этапе дружбы.       Если честно, я не виню Элеонор, ведь она тоже влюблена в него. Просто она социально приемлема, в отличие от меня. Общество может принять ее. На протяжении длительного времени я действительно думал, что мои чувства взаимны. Но после миллионной прогулки и сорок восьмого отпуска, что они провели вместе, я не знаю.. вероятно, я стал менее значимым.. На самом деле, я ничего для него не значил. Никто не мог дать мне хорошего совета, так как я ни с кем не встречался со времен старшей школы. Я даже другом-то нормальным быть не мог, потому что когда бы мы ни собирались встретиться, я вел себя как идиот и одевался так, словно собрался на красную дорожку. Я взвинчен и одинок. Потому что она такая милая, а я парень. И мне не положено это испытывать, но.. я люблю его. Я полагаю, что это был тот момент, когда я подвел итог всему этому. Я просто посмотрел в зеркало, и мне не понравилось то, что я там увидел. Тогда я взял маркер и изрисовал все свое тело. Я обвел все те очевидные вещи, которые делали ее лучше меня. Я был уставшим и плохо себя чувствовал, так что побежал в туалет и выпустил все наружу. После той ночи я больше не смог остановиться, и теперь я делаю это каждую ночь. Маркер, потом тошнота, и так повторно. Я начал принимать снотворное, потому что я слышу, как они.. эммм.. занимаются этим, и.. от этого мне становится плохо. Меня сжигает изнутри, когда меня тошнит, потому что совсем не похоже, что я что-либо ем вообще. Снотворное помогает мне проспать тот момент, когда я могу увидеть ее, идущую с утра в его футболке. Я просто запутавшаяся поп-звезда, которая должна нацеплять на себя фальшивую улыбку каждый день, потому что если кто-нибудь узнает мой секрет, тогда я потеряю своего лучшего друга и карьеру.       Я надеялся, что "Ларри Стайлинсон" поможет. Я так надеялся на это.. Я желал, чтобы это как-то заставило его задуматься:"А что, если..?". Но, к сожалению, нет. Он просто сидит и издевается, словно это чья-то глупая шутка. Или истерически посмеивается над этим. Или же выкрикивает оскорбления в сторону девушек, упоминающих "это дерьмо". И я становлюсь бледным, когда он спрашивает, в порядке ли я, и мне приходится сглотнуть и кивнуть головой, потому что наши отношения - просто фантазия. Выдумка, которую я ужасно хочу называть реальностью. Спать одному тоже хреново. Это так чертовски холодно и одиноко.. Я украл одну из его подушек, пока он был в очередном путешествии. И это помогало мне на протяжении длительного времени, но сейчас запах выветрился, ничего не осталось. Пустота. Я чувствую, что много жалуюсь. Люди думают, что это из-за того, что я знаменит, и, да, конечно, это значимый фактор во многом. Но, в основном, это все из-за него. У него мое сердце, а он об этом и не знает, и у меня вряд ли когда-нибудь появится мужество сказать ему об этом. Это просто печальная история. Кудрявого мальчика-гея не любит в ответ натурал. Я думал, высказавшись, мне станет лучше, но нет. Я просто плачу сейчас и не могу остановиться. Завтра я попытаюсь снова. К счастью, я могу успокоить себя до того, как станет хуже. С любовью, Гарри хохо