Ежегодный экзамен, или неожиданный поворот событий

Магнолия. Город, что ассоциируется не с величественными постройками, не с какими либо чудесами природы, а с самой бесбашенной гильдией во всем мире. Гильдия зовется Хвост Феи. Она сама по себе как чудо, ведь сплоченности магов этой гильдии, вере, упертости и, конечно же, силе может позавидовать какой-либо другой волшебник. Сильнейшая гильдия Фиора не является гильдией задавак. Эти ребята отличаются от всех стойкостью духа, стремлению к общему благу. Они как мушкетеры: «один за всех и все за одного»; они как герои из комиксов Marvel: спасают страну от коварных злодеев; они не идут на смерть, они борются за жизнь. В какую бы передрягу ты не попал, если у тебя есть друг в Хвосте Феи, то будь уверен, что он на все сто процентов поможет тебе, ни смотря ни на что. Понедельник день тяжелый, как говорят в народе, но для волшебников Хвоста Феи это обычный, ничем не отличающихся от остальных дней недели, день. Собираясь с утра в здании гильдии, друзья и товарищи встречались, договаривались и стоили планы, просто болтали, выпивали, обсуждали насущное, брали задание и отправлялись на его выполнение. Нередко согильдийцы устраивали вечеринки, закатывали пирушки в честь того или иного праздника. Там, где всегда было шумно… сейчас так же шумно как обычно. Вот, слышен визг Хеппи, который выпрашивал свежую рыбку у Миры, завывания Гажила, который сочинил новую песню, мольбы Грея о прекращении этого «извращения над мозгом молодых и здоровых» и, наконец, крики взорвавшейся от злости Эльзы, которой надоел беспредел в гильдии. Как и ожидалось, после истошного вопля Титании все, включая Джерара, что был неподалеку от Скарлет, сжались до размеров блохи. На пороге здания гильдии стояла девушка. Средний рост, темный плащ в пол, на голове капюшон, наполовину скрывавший лицо, лишь розовые длинные пряди волос виднелись из-под него. Девушка несколько минут стояла перед дверьми гильдии. Шум смущал её, она стеснялась войти. Когда гам резко стих, девушка насторожилась. Приоткрыв массивные двери, девушка просунула голову вовнутрь здания. Увидела она лишь перепуганных волшебников и аловолосую воительницу в гневе, а так же знакомую синюю шевелюру. Сердце запрыгало и пустилось в пляс. Зайдя в гильдию, розоволосая тихонько подкралась к знакомому. - Джерар, - окликнула девушка своего знакомого. - Миледи! Ну, наконец-то. Я уж начал волноваться. Долго добиралась, - поприветствовал девушку Фернандес. После происшествия на острове, Джерар с Миледи то уходили по собственным делам, то возвращались в Хвост Феи. Сколько бы девушка не приходила раз в гильдию, она каждый раз смущалась, стеснялась, была зажатой… Она никак не могла привыкнуть к тому, что волшебники Хвоста Феи принимают её за свою. А вот Джерар чувствовал себя как дома. Сняв квартирку вместе с Эльзой, парочка обжилась в новом доме, и скорее всего, поэтому Фернандесу легче привыкнуть к новым друзьям, нежели Миледи. Девушка, за прошедший месяц со дня происшествия на Тенрю, несколько раз сходила на задания с магами Хвоста Феи, сняла комнату на Холмах Феи, со многими подружилась. Кто-то уже поговаривал о возможных новых членах гильдии, но Джерар с Миледи все отрицали. Они по-прежнему идут к своей цели, искореняют темные гильдии и их волшебников, хотя последнее время, Джерар и Миледи позабыли о своей цели и, похоже, решили насладиться жизнью. Иногда, лежа на кровати ночью в темноте, по лицу розоволосой грешницы скатывались слезы. Слезы горечи и утраты. Миледи тосковала по Уртир, что отдала свою жизнь в Крокусе. С тем, что Милкович больше нет, розоволосая девушка давно смирилась, но та боль от утраты в сердце еще не зажила. Сжимая руки в кулачки и приказывая себе быть сильной, плечи девушки прекращали подрагивать и тогда, стерев слезы с глаз, Миледи шла дальше по своему пути, призывая себя жить и радоваться дальше ради Уртир. Проведя этот день в окружении магов Хвоста Феи, Миледи почувствовала всё то тепло, что исходит от каждого в гильдии. Все радуются, веселятся как угодно душе, не скрывая чувств. Привыкая к обстановке расслабления, розоволосая явно ощутила, как её привычная жизнь отличается от повседневных будней этих магов, но именно с ними жизнь девушки стала разнообразней, ярче, красочней. Неделя за неделей пролетали незаметно, как реактивный истребитель, превращаясь в месяца. Лексус, полностью выздоровевший, бегал вместе с Эльзой на задания, Грей с Джувией уехали в медовый месяц, у Люси, как у типичной мамочки, дни были однообразные: подъем, завтрак, прогулка с детьми, обед, сон, ужин, сон; а вот Леви готовилась к родам. МакГарден-Редфокс заблаговременно легла в больницу, нахватав с собой кипу книг. Рассчитав дату рождения своего ребенка, Магу слова оставалось только ждать. Расчет оказался верным и, помучавшись полдня, глубокой декабрьской ночью на свет появился мальчик, которого Гажил с Леви назвали Юки. Все ссоры и недомолвки между Редфоксами исчезли, стоило только родиться малышу, которого семейная пара долго ждала. Темные волосы и такие же темные глаза явно давали понять, что мальчик внешностью пошел в отца. А на другом конце города, еле переставляя ноги, плелся Нацу в сопровождении Хеппи. Выписавшись из больницы, Драгнил не смог усидеть на месте, хотя меланхолия в глазах парня была четко видна. Что-то в нем изменилось и это что-то очень беспокоило его друзей. Больше никаких драк в гильдии Нацу не затевал, не было так же его задорных шуток и выходок. Был только скучающий и иногда чем-то слишком озадаченный Нацу. Погружаясь в себя, свои раздумья, мысли, парень не замечал, как на него непонимающе смотрели друзья, а чаще всего подходили, намереваясь поговорить, но Драгнил, будто никого не слышал, отвечал невпопад, был ничем не заинтересован, кроме своих мыслей. Приходя домой, Убийца драконов валился на кровать, и медленно засыпая, шептал чье-то имя. Вот и в ночь рождения первенца Леви и Гажила, придя в свой дом и сражу же направившись к постели, Нацу уткнулся лицом в подушку, не обращая никакого внимания на причитающего рядом Хеппи. Иксид как только не пытался растормошить своего друга, но все, что ему удалось понять – это то, что Нацу душевно страдает. Но из-за чего? Что могло произойти, ведь даже самый близкий ему Хеппи ничего не знал и понятия не имел от чего так плохо Драгнилу. Нацу все меньше ел, отстранялся от друзей, надолго уходил в горы в абсолютном одиночестве. Иногда, заставая уходящего на рассвете Драгнила, Хеппи допытывался от него объяснений и просил не уходить, но лишь видел все те же глаза друга, наполненные болью. Проводя время наедине с собой, Нацу думал о глобальном: смысле жизни, непрекращающемся круговороте, о том, как все прекрасно устроено… - Эй, паренек! Ты уже три дня здесь сидишь. Не надоело? Нацу, до этого момента сидевший под деревом в лесу, резко вскочил и, обернувшись, увидел дряхлую на вид старушку, закутанную в разноцветные тряпки и с тростью в руке. - Пади дурно тебе от всего, да? Хочешь совет? Не беги от судьбы, ведь не знаешь, что ждет тебя в конце. А может это тот приз, который ты упустил в начале? А может самое заветное желание сбудется? Я тебе так скажу, ты еще только в начале пути. Не сомневайся, иди дальше, верь в лучшее и все, что захочешь - исполнится. Поверь бабушке, я уже много лет прожила на этом свете… Нацу хотел было открыть рот и спросить эту странноватую бабушку, но разве посмеешь перебить старушку? Вот он и молчит, ловит каждое её слово и, кажется, слова старушонки врезаются в сознание Убийцы драконов, оставляя след. Дослушав бабушку, Драгнил опустил глаза в землю, а как только поднял, то не увидел старушку, будто она была миражем. - У меня едет крыша, - сказал сам себе Нацу. – Пора возвращаться домой к Хеппи. Почесав затылок, Драгнил встал и, отряхнув одежду от земли, направился к своему дому. Путь до дома у него занял не больше получаса, но за эти полчаса в голову ему успели пролезть самые странные мысли. Его совсем не волновало, что сейчас происходит в гильдии или тревоги за него друзей. Юноша был сбит столку словами старушки, которая, как он считал, привиделась ему в лесу. Но где-то глубоко в душе Нацу осознавал, что это может быть совсем не глюк. Смирившись с тем, что не узнает, что это была за бабуська, широко шагая, Убийца драконов приближался к дому, где его ждал Хеппи. - Не знаю… Его вот уже целый день нет, - услышал Нацу слова своего синего друга. - Я подожду. Мне некуда спешить. Второй голос будто развел тучи в мыслях Драгнила. Звонкий, режущий слух, но такой родной Убийце драконов. Этот голосок заставил Нацу встать в ступор. Он будто испугался зайти в собственный дом. Замерев на пороге, розоволосый парнишка не решался толкнуть дверь. Но каждому страху есть предел, и естественно, Драгнил преодолев его, размашистым пинком открыл входную дверь, изрядно нашумев, чем оповестил всех вокруг, что он – Нацу Драгнил, вернулся домой. Иксид, до этого комфортно устроившись на столе, от неожиданности подпрыгнул и свалился на пол. Рядом со столом, закинув ногу на ногу, сидела обладательница того звонкого голоса. По выражению лица девушки можно было угадать, что она не в лучшем расположении духа. Блондинка смотрела на хозяина дома с вызовом и даже капелькой озлобленности. - Ну, и где тебя носит последнее время? – первая начала Люси. - Гуляю, знакомлюсь с новыми людьми, - вспоминая старушку, ответил Нацу. - А то, что друзья за тебя переживают… - Я устал, - перебил Заклинательницу духов Драгнил. Глубоко вздохнув, Люси попыталась сменить черствость на милость. - Нацу, пойми, что нам важно знать, что происходит. Мы ведь можем помочь. Мы ведь семья… - Твоя семья – это Лексус, Нами и Рейдон. Можно еще и Деда посчитать… - Ты бредишь! Еще недавно мы были лучшими друзьями и всегда во всем друг другу помогали, а сейчас ты вот так легко от всех отказываешься. Я просто хочу донести до тебя, что если тебе есть, что рассказать, то я всегда готова выслушать. Девушка, резко развернувшись, взяла со стола сумку и вышла из дома Драгнила. Иксид, наблюдавший за этим искрометным диалогом друзей, решил подать голос: - Почему ты так груб с Люси, Нацу? - Нет настроения, - сухо ответил Убийца драконов. Задумавшись о чем-то своем, Хеппи не заметил, как Драгнил что-то нашел и уже вовсю разглядывает. - Что это? – вдруг спросил Иксид. Драгнил, по-царски рассевшись на диване, держал в руках большую книгу в кожаном переплете. - Книжка какая-то. На столе лежала. Люси наверно забыла. - Или выронила из сумки, - предложил свою версию Хеппи. - Скорее всего, так и есть. Посидев и полистав книгу несколько минут, Нацу, не отрывая глаз от страниц, произнес: - Хеппи, мне кажется, я знаю, чем мы займемся в ближайшее время.