Мужчина в моей голове

Лисбон поджала губы, пряча улыбку, но Грейс все равно заметила: - Что-то нашла? Терезе моргнула, захлопнула папку и протянула ее Ван Пелт: - Пусть Ригсби и Чо сейчас же посетят Ковелла. Чует моя... сердце, что прямо сейчас там происходит что-то интересное. - В каком смысле? - Ну, труп там расчленяет... - агент прикусила язык, - Пусть проверят. Слишком много нестыковок. - Как скажешь, босс, - неуверенно ответила девушка, пошла к дверям и по дороге обернулась, пытаясь понять, что же изменилось в Лисбон. По крайней мере, контраст со вчерашним днем был разительным. Начальница увлеченно перечитывала старые дела, следя пальцем за строчкой. Иногда ее лицо вспыхивало от удовольствия, она отворачивалась к окну, или сама себе салютовала кружкой с кофе, или шевелила губами, постукивая пальцем по столешнице. В общем-то она выглядела немного безумной, но счастливой. Грейс пожала плечами и пошла искать Чо. Полчаса спустя Грейс ждал еще больший шок. Лисбон ворвалась на кухню, сполоснула кружку от кофейной гущи и заварила ч а й. Ромашковый чай. Так и не заметив Ван Пелт, начальница так же быстро исчезла, бормоча что-то про одолжение. - Чудны дела твои, Господи, - пробормотала агент, откусывая от сэндвича, - Я же говорила, что новое белье меняет человека. Остаток дня Лисбон проходила с гарнитурой за ухом, постоянно с кем-то то переругивалась, то флиртовала, причем с одинаковым усердием. Несколько папок, оказавшихся на столе Грейс, содержали в себе дополнения в виде стикеров с замечаниями Лисбон - вызвать на допрос этого, запросить эксгумацию той, а с другой стороны записки с просьбой проверить алиби свидетеля, которого даже не подозревали, оказались ровные строчки одной и той же фразы. "Джон. Умоляю. Заткнись. Пожалуйста" Причем над "й" последнего "Пожалуйста" на последней строке реяло кривоватое сердечко. Но едва Ван Пелт изумленно хихикнула, как резко вернулась Лисбон, глухо извинилась и отобрала листочек. Грейс пообещала себе, что будет наслаждаться новыми странностями своего босса молча. Ну что? Я заслужил печеньку? - Даже две, - фыркнула агент. Джон сдавленно хрюкнул. Похоже, мадам, я вас совсем очаровал? - А больше ты ничего не хочешь? Сходим в душ вместе? - Что?! Так и быть, согласен на купальник. - Слушай, как давно у тебя не было секса? У-у, так давно, что уже и не помню. - Купить тебе «Playboy»? Увы. У Терезы возникло чувство, что он пожал плечами. Хотя давай. Ради эстетического удовольствия. - Ты неисправим! Лисбон закатила глаза и отодвинула от себя стопку папок: - На сегодня все. У меня все тело ломит. Хочешь, расскажу, как сделал бы тебе массаж? Она начала смеяться, прикрывая рот ладонью: - Ты серьезно? В данный момент я артист вербального жанра. - Извращенец. Извини? Почему извращенец? Я уже тебе говорил – ты все, что у меня есть. Ты, можно сказать, не даешь мне сойти с ума от одиночества. Кстати, а как давно у тебя самой не было секса? Лисбон царапнула столешницу и сделала вид, что задумалась: - Да-а, давненько… Ты прав. Надо бы это исправить… С удовольствием тебе помогу, внезапно очень обволакивающим голосом промурлыкал Джон. - Знаешь, обычно за таким обращаются к бывшим мужьям, - сладко проговорила Тереза. Нет!! Она прикусила губу: - Или Чо. Как насчет Чо? Тебе нравится Кимбелл? Тереза, жалобно попросил он, Я замолчу, только ты мне таких картинок больше не подкидывай. - Ладно, сладенький, - пытаясь удержать рвущийся хохот, ответила она и накинула пиджак, - Будешь галантным кавалером и проводишь даму? Всегда к твоим услугам, Джон вздохнул, Журнальчик все-таки купишь?