Забвение.

Драко Малфой как раз выходит из душа в шелковом халате и босой, когда в его номер врывается Блейз Забини. Весь растрепанный, что ему совсем не свойственно. Он подскакивает и порывисто обнимает Малфоя. Ну, это в его стиле, итальянцы такие эмоциональные, даже если аристократы. ‒ Как же давно мы не виделись! ‒ восклицает Блейз. Он отпускает еще влажного после душа Драко и делает шаг назад, чтобы рассмотреть его как следует. Видимо, осмотром Забини остается недоволен. ‒ Ты на скелет похож! И бледный такой... ‒ Я всегда был бледный, это аристократическая бледность, ‒ поводит плечами Драко. Он и сам знает, что плохо выглядит, Азкабан и нищета никому не идут на пользу. ‒ Раньше была аристократическая, фарфоровая, а теперь серая, ‒ вздыхает Блейз и снова обнимает Малфоя. ‒ Но главное, ты, наконец-то, выбрался! Ты уехал из Британии! ‒ Я вернусь через пару недель... ‒ Но тебе же там жизни нет! Я думал, мы месяцок поживем в Париже, а потом вместе поедем ко мне в Италию... ‒ Нет, Блейз, мама осталась в Лондоне, я не могу бросить ее. Ей тяжело, она плохо справляется. Я и так чувствую себя эгоистом, что оставил ее там одну, но мне просто необходимо было вырваться. Я должен вернуться к ней. ‒ Почему нельзя привезти ее к нам? Ей же будет лучше подальше от Лондона! ‒ Она пытается добиться сокращения срока для отца. Я знаю, что это безнадежно, мне кажется, она тоже знает, но уверяет нас в обратном. ‒ Нас? ‒ Да, с нами большую часть времени живет тетя Сью. ‒ Миссис Нотт? ‒ Блейз удивленно присвистывает. ‒ А она не с Тедом? ‒ Тед не может находиться в Лондоне, я живу там ради матери, а он нет. Тед уехал на побережье, в Северную Ирландию. Жил в какой-то мелкой деревушке среди магглов. Как только нам дали разрешение на выезд, он тут же убрался. Не знаю куда. ‒ Он уехал в Данию, ‒ говорит Забини. ‒ Я писал ему пару раз, но совы его не находили. Видимо, им в голову не приходило лететь в Ирландию. А потом, совсем недавно, письмо дошло, Тед ответил, что хочет обустроиться в Дании. Там живут Бестерлины. Точнее миссис Бестерлин и Кристин, Джонатана убили в битве за Хогвартс, а мистер Бестерлин до сих пор в Азкабане. ‒ Да, я знаю, ‒ вздыхает Драко. ‒ Тед всегда был неравнодушен к Кристин, пусть будет счастлив, если может. Просто мне жаль тетю Сью... Она все болеет, даже мама держится лучше. Именно поэтому она теперь живет с нами, чтобы мы могли заботиться о ней, хотя ей говорим, что это просто дешевле. Какое дешевле... У Ноттов осталось еще меньше чем у нас, а и у нас только гроши... ‒ Жизнь ударила всех нас, Драко. Но нам придется жить в этом новом мире, мире без Темного Лорда, родовых поместий и богатств древних фамилий. ‒ Я понимаю. Они какое-то время молчат. Блейз заказывает ужин прямо в комнату Малфоя, чтобы посидеть вместе, в тишине. Им в сущности даже не надо говорить, лица друг друга навевают достаточно воспоминаний. Их связывает дружба с раннего детства. Они даже не помнят, как познакомились. ‒ А где ты был, что не встретил меня? ‒ спрашивает Драко, чтобы нарушить тишину, которая вдруг становится ему тягостной. ‒ В парке гулял... ‒ Не один? ‒ Малфой знает ответ по интонации друга. Он надеется, что тот упомянет какого-нибудь общего знакомого. ‒ Нет... С одной очень красивой девушкой! Ее зовут Эмили. ‒ И из какого она рода? ‒ уже без интереса спрашивает Драко, просто, чтобы дать другу возможность рассказать то, что его распирает. ‒ Она маггла, ‒ огорошивает Блейз, Малфой даже кашляет от такой новости. Забини ударяет его по спине, чтобы помочь прочистить горло. ‒ Маггла? ‒ наконец выговаривает Драко, сделав глоток воды, чтобы прийти в себя. ‒ Ты с ума сошел? ‒ Успокойся. Это другой мир, больше нет Темного Лорда. Слишком много наших погибло, а нам нужно жить дальше. Ты не видел Эмили, она необыкновенная, такая веселая, непосредственная, светлая душа. После всех ужасов, что мы пережили, именно таких людей хочется иметь рядом, людей с чистыми душами. ‒ И когда ты успел стать таким сентиментальным? С каких пор Блейз Забини проводит с девушкой больше одной ночи? ‒ Эмили первая, с которой я захотел остаться подольше. Мы знакомы два дня и еще не спали вместе. Сегодня она ответила на мой поцелуй, и я счастлив! ‒ Ну, ты и влип, Забини! Магглянка, да еще и без секса? Зачем она тебе? ‒ Ты просто не знаешь ее, Драко. Она потрясающая! И совсем неважно, что она маггла. Мне хватит магии на двоих. ‒ Думаешь, она не сбежит от тебя, как только ты попытаешься рассказать ей правду? ‒ Надеюсь, что нет. Ведь существуют полукровки, значит, существуют и магглы, которые принимают нас, рожают детей и растят их. ‒ Как ты заговорил! Уже хочешь с ней семью и ребятят? Хочешь грязных полукровок наплодить? ‒ Не говори так, Драко. Мир изменился, пора тебе это понять. Идеи чистоты крови ‒ бред, полукровки, магглорожденные, магглы, они тоже люди, они не хуже нас. Малфой вспоминает Гермиону. Его магглорожденная богиня, единственная и неповторимая. Разве сыграли бы роль эти предрассудки, если бы Грейнджер согласилась тогда быть с ним? Нет, он отмел бы все, справился бы со всем, ради них, ради шанса быть счастливым с ней. ‒ Может и так, но я пока не готов это принять, ‒ примирительно говорит Малфой. Пусть Блейз делает, что хочет, сейчас это никому не навредит уже. Он прав, той системы больше нет, тех правил больше нет, шикарные аристократы ютятся по грязным маленьким квартиркам. Зачем цепляться за принципы, которые больше ничего не значат? Но разве у них осталось, что-нибудь кроме принципов?