Забвение.

Полумна даже предположить не могла, что Гермиона прибудет не одна. Для девушки это стало просто шоком. Лавгуд полагала, что Гермиона все-таки не ровно дышит к Малфою, хотя и утверждает обратное. Появление Забини ввергло ее в ступор. Что он здесь делает? Он ведь друг Драко? Он вообще знает, что Грейнджер беременна? Полумна в курсе, что Блейз влюбился в Гермиону еще в Париже, когда та ничего не помнила. Но теперь-то? Если Грейнджер знает о его чувствах, понимает, что не может ответить взаимностью, то зачем она позволила ему приехать? Много вопросов и слишком мало ответов. При этом, только выйдя из камина в «Оранжевом кенгуру», Забини начинает что-то решать. Полумне даже не удается поговорить с Гермионой и услышать причину его присутствия, как он возвращается с удовлетворенной улыбкой. ‒ Я нашел отличный домик недалеко от магического квартала. Нам его сдают просто по смешной цене. Уже оплатил! ‒ Мы же будем искать моих родителей! ‒ непонимающе хмурит брови Гермиона. ‒ Конечно, но ты же не на машине их искать собиралась. Будем путешествовать камином, а жить в нормальных условиях. Тебе нужна мягкая постель каждую ночь. И там как раз три спальни. ‒ Три? ‒ выдавливает из себя Полумна. ‒ Ты с нами, с тобой Гермионе будет проще. Полумна окончательно теряет понимание ситуации. Если ему нужно три спальни, значит, они с Гермионой будут спать порознь. Но почему тогда он все время косит на нее глаза и чуть что подхватывает за локоть. Такое впечатление, что Грейнджер для него хрустальная статуэтка, стоящая на самом краю полки, необходима постоянная готовность ее поймать, а то разобьется. Полумну первую пихают в камин. ‒ Поймаешь, если Гермиона оступится после перемещения! ‒ кричит ей Забини в изумрудное пламя. ‒ Эй! Мне не пять лет, и я здорова! ‒ уже сердится на него Грейнджер. И это последнее, что слышит Лавгуд, прежде чем оказаться в переносящей ее воронке. Гермиона появляется в камине следом за блондинкой. И оступается, выполняя предсказание Забини. Полумна послушно ее подхватывает. ‒ Только ему не говори, ‒ шепчет Гермиона, успевая принять нормальное положение до того, как Блейз возникает в вихре зеленого огня. Дом оказывается довольно большим, но светлым и очень уютным. Высокие окна и традиционная для австралийцев веранда. Мягкие пастельные тона. Камин в гостиной, столь дорогой английскому сердцу. ‒ Устраивайтесь, девочки! ‒ командует Забини, в очередной раз сканируя Гермиону взглядом. Полумна быстро кидает вещи в одну из комнат и переходит в ту, в которой копошится Гермиона. Про ее виртуозное использование заклятия невидимого расширения уже все наслышаны. Девушка достает столько вещей, которые поместились бы не в каждом чемодане, из маленькой дамской сумочки. Полумна закрывает за собой дверь, а Гермиона даже не поворачивает головы, увлеченная развешиванием сарафана в шкафу. ‒ И что это значит? ‒ интересуется Лавгуд, опускаясь на кровать. ‒ Что именно? ‒ по глазам видно, что Гермиона все поняла и просто тянет время. ‒ Откуда тут Забини? ‒ задает более прямой вопрос Полумна, чувствуя, что начинает сердиться. ‒ Он предложил мне помощь. Мы же с ним подружились, пока я была в Париже... ‒ Подружились? Он ухаживал за тобой, вы чуть не переспали, он подрался с Малфоем из-за тебя... Я ничего не упустила? ‒ Нет. ‒ Это называется дружбой? ‒ Я не знаю, как это называется! ‒ неожиданно взрывается Гермиона. ‒ Я устала, я не хочу все решать сама! Он хочет мне помочь, сам предложил! И Блейз знает, что у меня ребенок от Драко, знает, что я его не люблю. Почему я должна отказываться от его помощи? Я честна с ним, это его решение! ‒ Почему тогда не Малфой? Он хотя бы отец ребенка. ‒ Ему нельзя, ‒ теперь Гермиона говорит тихо, словно внутри нее сдулся воздушный шарик гнева. ‒ У него мать, он несет ответственность за нее и миссис Нотт. Я не могу заставить его бросить их ради меня и ребенка, которого мы не планировали. Он всю жизнь будет корить себя, какой бы выбор ни сделал, предоставь я ему этот выбор. ‒ Дорогая, почему ты защищаешь Малфоя, спасая его от сложного выбора, в котором нет правильного ответа, но при этом позволяешь Забини забывать о своей жизни, несясь на край света за тобой, не любящей, беременной чужим ребенком? ‒ Не знаю... Я совсем запуталась... Полумна, я устала и совсем не хочу больше думать. Видимо, решение спасти Драко от выбора, стало последним актом силы воли. Больше не могу и не хочу! ‒ последняя фраза получается какой-то визгливой. ‒ Что случилось? ‒ в комнату входит Блейз и тут же ощупывает обеих девушек взглядом. Он сразу догадывается о причине возбуждения Гермионы. ‒ Все хорошо, Блейз, ‒ как можно спокойнее отвечает Грейнджер, но на щеках появляется непривычный румянец. ‒ Ты устала сегодня, надо отдохнуть, ‒ как маленькой говорит ей Забини. ‒ Приляг, я принесу тебе чаю. Подремли. ‒ Хорошо, ‒ покорно соглашается Гермиона и укладывается на кровать рядом с сидящей Полумной. ‒ Пойдем, Лавгуд, ‒ зовет Забини и выходит. Полумна выходит вслед за ним и почему-то спускается на кухню, опять же за Блейзом. Он ставит чайник. А Лавгуд опускается на стул у стола и наблюдает за ним. Зачем она вообще пришла сюда, а не пошла разбирать вещи в свою спальню ‒ она и сама ответить не может. ‒ Знаешь, Лавгуд, я догадываюсь, что ты у нее спрашивала. Ты не понимаешь, что я здесь делаю. И да, знаю, что она беременна от Малфоя, и знаю, хотя она и не говорит этого прямо, что она не равнодушна к нему. Но я люблю ее, мне приятно просто ей помочь, защитить. Скорее всего, с Малфоем Гермиона больше вообще не встретится, и у меня может появиться шанс, не сейчас, через несколько лет... Но это надежда. ‒ Неужели ты, правда, так любишь ее, что готов ради нее пожертвовать стольким? Покинуть Италию и Англию? ‒ Да, я готов. Я покинул Италию и Англию, мать, друзей. Рядом с ней у меня не будет шанса найти другую девушку. Я буду заботиться о ней и чужом ребенке, ребенке своего соперника. И, черт возьми, не знаю, зачем все это делаю, просто сейчас, мне все равно никто не нужен кроме нее. А там, посмотрим... Может у меня судьба такая? ‒ Судьбу всегда можно изменить... ‒ тянет Полумна, внутренне восхищаясь силой этого молодого человека. Когтевранцы никогда не ненавидели слизеринцев, но и особой любви к ним не испытывали. Теперь Лавгуд понимает, что сильно недооценила их. Уже двое: и Блейз, и Драко ‒ показали пример настоящей любви, о которой пишут в книгах. Раньше Полумна не верила, что она существует, теперь убедилась собственными глазами. ‒ Раз ты с Гермионой, я могу быть спокойна, ‒ произносит Полумна. Забини уже налил чашку чая и готов отнести ее Грейнджер, но он смотрит на девушку, ожидая продолжения. ‒ Рольф Саламандер пригласил меня в экспедицию, он уходит на следующей неделе. Я боялась согласиться, вдруг понадоблюсь Гермионе, но у нее будешь ты, а это, наверно, даже лучше, чем я. ‒ Конечно, ‒ легко соглашается Блейз. ‒ Не упускай шанс. ‒ Я слишком плохо о тебе думала, а ты хороший, прости, ‒ неожиданно даже для самой себя выпаливает Полумна. ‒ А я думал: ты ‒ чокнутая, а ты абсолютно нормальная, ‒ усмехается Забини. ‒ Мы квиты, Лавгуд. И он уходит. Под его шагами поскрипывают ступеньки лестницы. Как верный официант понес чай Гермионе.