Кукла

POV Китнисс Устроившись на удобном диванчике, я смотрю на проносящиеся виды за окном поезда, который везет нас в Двенадцатый Дистрикт. Мы возвращаемся домой. Возле меня сидит Пит, что-то рисуя в небольшом альбоме. Чуть дальше в компании наших отцов выпивает Хеймитч. Мама пытается научить Прим играть на пианино, а братья Пита рубятся в карты. Со дня казни Сноу прошло десять дней. Койн скончалась через два дня после него. Зародившуюся панику, связанную со смертью нового президента смогла перерубить на корню Пэйлор, которая взяла на себя обязанности главы государства. В этом ей активно помогал Боггс, который не очень то и расстроился смертью Койн. Догадались ли они, что кто-то помог Койн умереть? Определенно. Но как сказала Пэйлор, что ни делается, делается к лучшему. На самом деле, для государства смерть Койн стала большим подарком, однако об этом известно узкому кругу людей. Мы с Питом входим в их число. Спустя два дня после смерти Койн нас к себе вызвала Пэйлор. Пит был очень встревожен, ведь догадывался, что я повинна в смерти новой главы Панема. Зайдя в комнату, в которой проходило собрание по поводу новых Голодных Игр, мы устроились в креслах напротив Пэйлор и Боггс. Оба выглядели усталыми, будто бы все эти дни не смыкали глаз, что впрочем было недалеко от истины. – Зачем мы тут? – интересуется Пит. – После смерти Альмы, – внимательный взгляд в мою сторону, – мы разбирали документы из ее сейфа. Думаю, вам будет интересно, взглянуть на них. Особенно тебе Китнисс, – с этими словами Боггс передает мне пачку документов. Они относятся к проведению Семьдесят Пятых Игр с детьми Капитолия. С небольшим удивлением, я замечаю имена детей, которые должны будут участвовать. Надо же, она решила даже это, не оставив этим детям выбора. Я смотрю на эти двадцать четыре имени и шокировано замечаю, что на первом месте записано Китнисс Эвердин(Лилит). – Она хотела, чтобы я участвовала в этих Играх? – вскрикиваю я. – Каким образом она бы это объяснила? – Не знаю, – качает головой Боггс, – никто не знает. Койн многое утаивала даже от нас. – Вы собираетесь устраивать эти Игры? – хрипло спрашивает Пит, хватая мою руку. – Нет, – успокаивающе отвечает Пэйлор, – больше никаких Голодных Игр. Все еще неверующе качая головой, я просматриваю остальные документы, которые наглядно подтверждают мои опасения. Койн не собиралась останавливаться на Семьдесят пятых Играх. Что такое двадцать четыре ребенка для огромного Капитолия. Она хотела еще смертей, она планировала еще Игры. Я бы не удивилась, если бы через каких-то лет пять к капитолийцам присоединились бы остальные жители Панема. – Ей повезло, что она умерла от болезни, – опять многозначительно посмотрев на меня, говорит Пэйлор, – а то мы бы имели казнь очередного президента Панема. И это смотря, как быстро мы бы смогли узнать о том, что она планирует. – Тяжело это признавать, но ты, Китнисс видимо спасла Панем во второй раз, – а вот и первое упоминание того, что Койн убила я. – Не понимаю о чем вы, – на лице появляется легкая усмешка. – Конечно. – Пэйлор кивает, принимая мою позицию. Краем уха слышу, как Пит облегченно выдыхает. – Что ты планируешь делать дальше. – Жить. Вернуться в Двенадцатый Дистрикт и просто жить. – Можем ли мы верить тебе?- настороженно, с ноткой недоверия спрашивает Боггс. Оно и понятно, ведь я убила Койн, так что могу спокойно убить еще кого-то. – Только в том случаи, если вы готовы дать мне возможность спокойной жизни, – отвечаю, прекрасно понимая, что от моего ответа зависит не только мое будущее. И Боггс и Пэйлор прекрасно поняли меня и отпустили, предварительно сняв с моей руки контролирующий браслет. Эти двое доверились мне, и их доверие я не подведу. – Китнисс, – смеясь, ко мне подходит Прим, – Пит сказал, что ты умеешь играть на пианино! – Умею, – я киваю, с интересом смотря на девочку. Она радостно подпрыгивает и, хватая меня за руку, тянет меня к стоящему пианино. Я сажусь за него, пробегая пальцами по клавишам. Рядом со мной садится Пит, обнимая меня за талию. Он утыкается подбородком мне в плечо и ласково целует в висок. Улыбнувшись ему, я начинаю играть легкую, незатейливую мелодию, которая будто бы наполняет светом вагон. Просто жить. Раньше эти слова были так далеки, но сейчас они так реальны. Большую часть жизни я была одинока, но сейчас рядом со мной большая семья, о которой только можно мечтать. Может быть Сноу и был прав, говоря, что личность Лилит навсегда останется со мной. Может быть. Слишком долго я была ею. Но сейчас мне нет смысла быть холодной и расчетливой Лилит. Сейчас я хочу быть Китнисс Эвердин. Я наконец смогла оборвать все нити, крепко держащие меня. Теперь никто не сможет руководить моей жизнью. Я больше не Кукла. Я человек.

КОНЕЦ