* * *
- Лина, они готовы? – спросил у неё режиссёр. - Да, - ответила та и поправила на сестре волосы. - Ты должна быть с нами, - шепнула ей Лиса. - Я с Томом сюда приезжаю, - Лина отошла на шаг назад и улыбнулась. – Всё, они готовы! – сообщила она режиссёру. - Камера! Мотор! Музыка! – отдал распоряжения мужчина. Когда заиграла музыка, группа подтанцовки, стоящая спиной к камере, развернулась и начала танцевать, поднимая в воздух песок, специально задевая его ногами. Тщательно отрепетированные движения. Синхронность. Лина смотрела на них и улыбалась. Да, сейчас она не может танцевать. Ей даже ходить ещё больно. Но к началу тура она обязательно восстановится и займёт место Дивы группы подтанцовки. Том разговаривал с приглашёнными актрисами немного в стороне. Он улыбался им, шутил, рассказывал какие-то забавные моменты, при написании и записи этой песни. А затем обернулся и увидел Лину. Ему показалось, что девушка чувствует себя немного «не в своей тарелке», находясь вне съёмочного процесса. Находясь вне группы, которую помогала создать и которой жила последние полтора года. Каулитц извинился перед девушками и направился к Лине. Он был уверен в том, что сейчас она как никогда нуждается в его поддержке и не прогадал. Как только он обнял её сзади, сцепляя ладони на животе, Климова опустила на них руки и откинула на его плечо голову. Ей было так хорошо и спокойно сейчас! - Ты ещё будешь там, - шепнул ей на ухо Том. – Ты будешь танцевать на сцене рядом со мной. Ты будешь стоять там, и наслаждаться овациями фанатов. - Я буду танцевать только для тебя, - ответила Лина. Отсняв танец, режиссёр приказал всем переместиться в кафе. Съёмочный день закончился поздним вечером. Но этот день был насыщенным разными событиями и очень интересным. Братья Каулитц обзавелись новыми знакомыми, как и танцоры, которые с радостью работали с актёрами. - Пора по домам! – выступив в роли разгоняющего, приказал всем Дэвид. Танцоры скрылись в автобусе, который спустя три минуты отправился в сторону города. Дэвид, режиссёр, оператор уехали на машине Йоста. За ними последовали остальные участники съёмок. - Том, кличи от джипа у тебя? – застёгивая на ходу куртку, поинтересовался у него Билл. - Да, - ответил тот и достал из кармана джинс. - Спаси… Том! – возмутился блондин, когда близнец не отдал ключи, продолжая удерживать их в своей руке. - Машину не осквернять, - грозным тоном, приказал он и отпустил связку ключей. - Это и моя машина тоже, - самодовольно заявил Билл. - Да, но вожу тебя я, - напомнил старший Каулитц. – Так что будь добр, не оскверняй её. - Я только отвезу Нику домой, - посмотрев на брата невинными глазками, сообщил Билл. - Не смотри на меня так, ангел с вилами за спиной. Знаю я твои «только отвезу Нику домой». - Не будь занудой, - фыркнул блондин и направился к джипу, где Лина прощалась с Никой. – Ли, приласкай сегодня моего братца, а то у него спермотоксиз в голову бьёт, - попросил он девушку и сел на место водителя. - Кому-то сперма даже думать мешает, - съязвила она в ответ и направилась к Тому. Билл фыркнул и завёл мотор джипа. Ника села на место пассажира спереди и пристегнула ремень безопасности. - Домой? – поинтересовался Каулитц, повернув в её сторону голову. - Нет, - хитро улыбнулась Романофф, глядя перед собой. – У нас одно незаконченное дело осталось. - Тогда, куда? – блондин выехал на дорогу и втопил педаль газа в пол. - Туда, где нам не будут мешать. - Есть одно такое место. Том проводил недовольным взглядом джип и завёл мотор байка. Ему не нравилось то, что Билл может устроить в машине с Никой, но и запретить брату жить своей собственной жизнью он тоже не мог. Да и прав мелкий – тачка общая и каждый имеет на неё права. - Ты чего такой? – Лина села позади него и обняла за талию. - Не хочу завтра обнаружить на сиденьях следы их страсти, - проворчал гитарист. - Ты же не ревнуешь его? - К кому? – Том обернулся, недоуменно уставившись на девушку. – К Нике? С чего бы это вдруг? - Всю жизнь вместе, а теперь у него есть она. - У меня есть ты, но он не ревнует. - Ревнует, - не согласилась с мнением парня Климова. – Просто ты не замечаешь этого. Он и раньше ревновал. - Тогда у него были причины это делать. Куда поедем? - Покатаемся? – предложила Лина. - Покатаемся, - согласился Том и выехал на дорогу, взяв курс в совершенно другую сторону от города.* * *
- Никогда не занималась сексом в машине, - проговорила Ника, пытаясь снять с Билла футболку, запутавшуюся в огромном количестве цепей. - Тогда, с дебютом тебя, - с улыбкой, поздравил Каулитц и снял с себя футболку, а затем и цепи. - Том будет в бешенстве, - погладив большими пальцами ключицы парня, проговорила Романофф. А затем спустилась ладонями ниже, задевая пальцами правой руки проколотый сосок. - Лина его успокоит, надеюсь, - фыркнул блондин и забрался ладонями под майку девушки на спине, поднимаясь вверх. – Может, не будем о них? – поинтересовался он, расстегнув застёжку лифчика. Романофф хитро улыбнулась и кое-как перелезла на заднее сиденье. Билл повернул на неё голову и прикусил нижнюю губу, наблюдая за тем, как девушка, глядя ему в глаза, снимает с себя трусики. - Ты идёшь или смотришь? – нагло спросила она, чуть раздвинув ноги. - Я бы посмотрел, - Каулитц перелез к ней, - но, пожалуй, лучше поучаствую. Их снова накрыло волной страсти. Руки жадно ласкали всё, до чего дотягивались. Пальцы путались в волосах. Одежда трещала по швам, безжалостно срываемая с владельцев. Челюсти начинало сводить от быстрого поцелуя. Холод - кожа сиденья, горячо – Ника. Она извивалась на парне, подобно змее. Её губы блестели от слюны, так как из-за частого дыхания их приходилось облизывать. Бледная кожа, так и не успевшая увидеть за лето солнца, покрывалась капельками испарины, сверкающими в блеске серебристой луны, бесстыдно заглядывающей в лобовое окно машины. Билл придерживал девушку за талию, любуясь ею из-под полуопущенных ресниц. Ника ему нравилась. Нравился страстный секс с ней. Но всё равно чего-то не хватало. Он бросил взгляд вниз, на её живот, к тазобедренной косточке и понял – татуировки. Они есть у Лины, и они ему безумно нравились. Он любил смотреть на них, занимаясь с ней сексом. Любил очерчивать контуры кончиком языка и слышать тихие стоны удовольствия. - Вернись ко мне! – эту фразу и Ника, и Лина, находящаяся в десятках милях, проговорили одновременно близнецам в правое ухо. Они оба улыбнулись в этот момент и посмотрели на своих девушек. - Я весь твой, - ответили братья.