Защити меня...

      В душевую они отправились минут через десять. Вещи оставили валяться там, где их сняли, спеша окунуться в свежесть воды. Сначала Кэп хотел пойти в разные кабинки, зайдя в одну и уже включив воду. Но Ниэль зашел следом. Подошел сзади и тихонько уткнулся лбом в спину лидеру, чувствуя как по носу стекают капли воды. Кэп замер на мгновение, а потом повернулся. Волосы Ниэля прилипли к коже, капли текли по лицу, губам. А глаза смотрели на Минсу. В них была преданность. Именно так Кэп назвал бы этот взгляд. Весь вид младшего будто говорил: «защити меня…» Кэпа просто разрывали чувства. Ему хотелось стать целым миром, чтобы потом подарить себя ему, безграничной нежностью, чтобы целиком ему ее отдать. Малыш заслуживает этого. Он смотрел на Ниэля и скрипел зубами от ненависти к скотине, причинившей ему боль.       Кэп протянул руку запустил ее в мокрые волосы младшего на затылке. — Иди сюда, малыш. — и прислонился своим лбом к его. Так они стояли бесконечно долго под струями воды, закрыв глаза и наслаждаясь близостью друг друга. В какой-то момент Ниэль судорожно выдохнул и потянулся за поцелуем. Его мокрые губы пополам с водой были терпкими на вкус и прохладными. Минсу с готовностью отвечал ему, углубляя поцелуй до головокружения. Тело Ниэля отзывалось на каждое прикосновение, оно было таким податливым и ласковым, что руки лидера просто не могли прекратить блуждать по нему в поисках наслаждения.       Ниэль принимал эту нежность всем естеством, изгибаясь и тихо постанывая, сходя с ума от ощущения полета. Казалось, что эти сильные руки вырвали его из мира и унесли в пушистые облака, туда, где так мягко и светло, и рядом голос человека, ставшего таким родным за последнее время…       Шли дни. Все было как раньше. Только Ниэль стал другим. Ребята недоумевали, почему неугомонный танцор стал таким спокойным и медлительным. Исчезли резкие движения, куда-то пропал всегда настороженный взгляд. Даже в танце он теперь двигался, как само воплощение грации, завораживая и покоряя тягучей страстью. Перестал тренироваться в студии до обмороков. Конечно, только лидер понимал, в чем дело. Ниэль перестал видеть кошмары по ночам, больше не страдал бессонницей, успокоился. Они, конечно, до сих пор втихаря ночью приходили в комнаты друг к другу, чтобы ребята не заметили, что они спят в одной кровати. И так же тихо любили друг друга в эти ночи, сдерживая шорохи и стоны. Глядя, как Ниэль танцует, Минсу думал о том, что на теле этого парня не осталось ни одного сантиметра, которого бы Минсу не расцеловал. Синяки давно сошли, и теперь самое грубое, что получало это тело — легкие покусывания Минсу, когда его губы путешествовали по коже мелкого. Мысли об этом вызывали у лидера блаженную улыбку. Ниэль замечал ее и смеялся. Когда группа отправилась на концерт в штаты, для проживания им забронировали отель, который поначалу им показался музеем. Мебель в стиле винтаж, старинные картины, лепнина и вообще обстановка напоминали старое английское поместье. Парни пару часов бродили по коридорам, восхищаясь. Номера были огромными, а кровати еще больше. На двуспальную кровать вполне мог приземлиться вертолет.       Поэтому парням предложили заселиться по двое, дабы одной группой не занять половину отеля. Без церемоний лидер положил руку на плечо Ниэлю и увел его в один из номеров под негодующие вопли Рикки. Но того быстро скрутил Чанджо и потащил в другую сторону. Чонджи и Эльджо пожали плечами и пошли в оставшийся номер. — Ну ты даешь, — смеясь сказал Ниэль, когда за ними закрылась дверь, — Так и спалиться недолго. — Чанджо уже знает, — как бы за между прочим ответил Кэп. — Что? Как? — Ну он мне не говорил, но очень красноречиво посмотрел на меня, когда спалил за разглядыванием тебя на репетиции, — улыбнулся лидер. — Блин.. — Я думаю все догадались. Кроме Рикки, хаха. Мелкий просто не соображает. Но парни молчат, и спасибо им за это, как-то не представляю, что бы мы отвечали на вопросы о нас.       Ниэль скосил глаза на роскошную кровать, заправленную черным атласом и сделал хитрую моську. — Хеен? — М? — лидер проследил за его взглядом и хмыкнул, — Ты на что намекаешь, маленький развратник? Ниэль подошел к лидеру, взял его за руку и повел к постели. Легко толкнул ладонью в грудь, и тот, сообразив, упал на простыни. Ниэль забрался сверху, наклонился и потерся носом о нос лидера. — Я хочу тебя спросить, — тихо прошептал он ему в губы, — Ты позволишь мне любить тебя? — Эм… В смысле? А разве я не позволяю?       Ниэль молчал, улыбаясь глазами. До Минсу дошло. — Ты серьезно? Ты хочешь быть…сверху? — Минсу удивленно моргал. Ну да, все это время Ниэль отдавался ему. Но ни разу не был в активе. — Только если ты захочешь.       Кэп не знал, что ответить. Как бы страшновато, он ни разу в этой роли не был. Да, он уже искусно научился обращаться с мелким, знал где и как ему приятно и хорошо. Но себя в этом смысле он не знал вообще. — Ты ведь понимаешь, что у меня это будет впервые? — Конечно, хен. Не волнуйся, я буду аккуратным. Просто… Я хочу обладать тобой, как ты мной. Давно хочу. — Почему раньше не сказал? Думаешь я отказал бы тебе? Глупый. — Ну… Не знаю. Мало ли.       И с этими словами Ниэль прикоснулся к губам Минсу. Глубже. Еще глубже поцелуй. Минсу просто обожал так целоваться, без остатка, до боли в губах. Тогда сносило крышу и мир улетал вникуда. Так и теперь, он лишь слабо ощущал раздевающие его руки, снимающие с него рубашку, такую же черную, как простыни, затем джинсы, все остальное. Потом губы Ниэля начали путь от колена по бедру внутри, возле паха ушли вбок, поднялись по ребрам, свернули к соскам. Слабая резкая боль. Он чуть прикусил ему сосок. Мммм… Выдох. Дрожь по телу. Губы нашли шею. Руки лидера зарываются в длинные волосы, губы что-то шепчут в ушко маленькому соблазнителю. Еще один поцелуй. И губы исчезают. А потом Кэп вдруг ощущает их на своем члене.       Ооооох… Как глубоко… Кэп сдавленно стонет. Горячо, очень горячо у малыша во рту. Потрясающе. Его ноги разводят в стороны. Мокрый пальчик туго входит внутрь. Но Кэпу уже не страшно. Пальчики Ниэля тонкие, нежные. Второй. Лидер смакует новые ощущения. Третий. Мммм. Какая сладкая боль. Еще момент, и пальчики находят маленькую точку внутри, отчего лидера выгибает от удовольствия. Внутри все моментально расслабляется, требуя большего. — Малыш… Оох…       Ниэль дотягивается до губ Кэпа. Губы, чуть опухшие и горячие, дарят ласку. Пальцы внизу — офигенное удовольствие. Кэп открывает глаза и видит внимательный взгляд. — Хен, смотри мне в глаза, когда я сделаю это, пожалуйста, — глаза Ниэля мутные, шальные, он дышит хрипло и неровно. Минсу просто прожигает осознание, насколько малыш возбужден. — Хорошо…       Не отрывая властного взгляда от глаз Минсу, Ниэль медленно входит, внимательно наблюдая за реакцией лидера. Кэпу не больно. Малыш отлично его подготовил. Кэпу афигеть как классно сейчас! Он всем телом подается навстречу. Мммм черт, клаасноо… Кэп уже знал конечно, что Ниэля природа не обидела с размером, но одно дело держать в руках, и совсем другое — ощутить в себе. Малыш понял, что лидер готов, и начал двигаться. Кэпу рвало крышу. Твою мать, почему мы раньше этого не сделали? — Ниэль! — Ммм? — тот смотрел на лидера полузакрытыми глазами, тяжело дыша. — Я хочу тебя больше, малыш! Ниэль немного отстранился, а затем зашел так глубоко, как смог. — Да, малыш, еще… — Кэп чуть не выл от удовольствия.       Ниэль уже без церемоний развел ноги лидера до предела, прижался к нему и, набирая темп, выколачивал из лидера хриплые стоны. Тот сжимал руками простыни, метался, умолял, мычал…       Ниэль и хотел бы что-нибудь сказать, но ему не хватало воздуха, он задыхался от усилий, от вида перевозбужденного хена, от ощущения себя внутри него… Прекрасный, сильный парень сейчас отдавался ему весь, без остатка, его точеное тело перекатывалось мышцами и выступившими жилками, Ниэль пьянел от этой картины, рычал, врываясь в горячую тесноту, а хен уже выл, прижимая его голову к своей груди и двигаясь ему навстречу. Воздух раскалился, кожа блестит бисером пота. Ниэль прижимается лбом к груди лидера, делает еще несколько движений, и хен ревет, кончая, заливает обоих горячей жидкостью, почти вырывая волосы Ниэля, сжатые в кулаках. Ниэль рычит ему в грудь, выстреливая в тело хена семя…       Пустота… Блаженная и бесконечная… Два дыхания в ней и два сердца, гремящих в бешеном ритме. Сознание возвращается медленно, а с ним нежная усталость. Кэп открывает глаза и поворачивает голову, чтобы чмокнуть мелкого в висок. Тот дышит ему в шею, улыбаясь. Кэп тоже улыбается. — Ты бесподобен, малыш… Пообещай делать это со мной почаще… — Хах. Обещаю, хен. — и Ниэль обвил руки вокруг его шеи. — Жарко. Безумно жарко. — В душ? — Угу. Я теперь люблю душ. — Почему? — Он сломал мне два года. А потом подарил тебя. Обожаю душ.       Кэп вздохнул. Впервые Ниэль заговорил о прошлом с тех пор как он привез его домой, отбив у директора. Это значит, все в порядке. Теперь в порядке. Минсу прижал к себе свое сокровище, сполз с кровати и пошел в душевую. Больше нет между нами преград. Теперь ты есть у меня, а я у тебя, моя кроха. Я буду рядом. А ты будешь счастлив. Потому что я стану для тебя счастьем.